Серая Чума (СИ)

— Увидел вашу машину и дверь открытую, стало интересно, зачем вы здесь?
— Любопытный мля…слышал о том, что некоторые заражённые «дешкой» сходят с катушек и нападают на людей?
— Мне кажется это уже все слышали.
— Зайди, посмотри что ещё бывает с этими зараженными.
Николай подождав секунду направился внутрь. В коридоре сходу ему в нос ударил уже знакомый запах кислоты. Поморщившись он продолжил движение вверх. Из приоткрытых дверей начали высовываться лица испуганных людей. На втором этаже вонь уже немного перебивалась запахом пороха, а сам коридор застилал дым. Дверь в квартиру шестнадцать была выбита, а вонь внутри неописуемо сильная. Зажав нос платком парень продолжил движение пока не наткнулся на что-то под ногами. Это было тело, в полицейской форме. На плечах были полицейские погоны, а на груди шеврон с фамилией Селин В. А. Его шею как будто обгрызли, кусок был вырван почти с кулак размером. А дальше, в проходе одной из комнат лежало второе тело. В домашней майке и трусах. Кто жил в этой квартире Николай не знал, но все таки подошёл ближе ко второму телу. Мертвец лежал вниз лицом, и поборов рвотный рефлекс от вони парень таки перевернул его и сразу отскочил. На человек оно проходило уже только по общим признакам. Но то, что произошло с лицом он объяснить не мог. Кожа на лице сморщилась и стала серой, губы стали темно синими и очень тонкими, а из приоткрытого рта виднелись не типично для человека длинные клыки, большая часть зубов как будто сточились и стали более острыми, как если бы они были в пасти хищника. Волосяной покров на голове стал очень густым, это стало заметно потому, что в местах залысин на лбу волосы были менее длинными и густым. Глаза остались практически такими же, за исключением огромного количества полопавшихся сосудов. На футболке было три пулевых ранения, и одно прямо в центре лба.
Осмотрев то, что уже однозначно не было человеком Николай достал телефон и сфотографировал это.
Следующем в его поле зрения стал проход в соседнюю комнату…и какой черт его дернул туда заглянуть? Внутри комнаты на кровати распластались два тела, тучной женщины, на вид лет пятидесяти и второе, небольшое, словно кому то было десять лет. Все мертвы. Обглоданы до костей. И тут Николай не выдержал и сблевал на пол. Выскочив на улицу он принялся хватать ртом свежий ночной воздух. Сержант закуривший к тому моменту третью сигарету посмотрел на Николая.
— Налюбовался?
— Я видел как какие-то психи жрали труп, но такое. Что это вообще?
— Понятия не имею. Но этот урод положил капитана. И выдержал три пули в грудь. Только в бошку угомонился.
— Ты военных видел в городе? — спросил Николай уходя от этой темы.
— Да, приехали выставлять кордоны по городу и карантинные зоны ставить. Да только какой от них смысл когда эта дрянь по всей Москве уже разошлась…
— А у полиции какие планы на этот счёт?
— Меня не посветили. В министерстве полная жопа, сам министр слег с вирусом, его зам пытается выработать какие-то действия, мобилизовали всех, без выходных ребята пашут. Пока носимся по вызовам, но людей не хватает. На один экипаж по три — четыре вызова за раз. Была бы возможность, я бы свалил на время, туда где народу поменьше.
— Я как раз завтра планирую.
— Везунчик. Дам совет, бей в голову, достаточно сильный удар выводит их из равновесия, а пуля кончает на месте.
— Спасибо.
Попрощавшись с полицейским Николай побежал домой, догружать остатки снаряжения и надо было немного вздремнуть до утра.
Максим Глазунов. 
В это же время. 
Пока с разных сторон в Москву входили войска Максим баррикадировал свой дом. Почти весь посёлок слетел с катушек. Сначала нападали друг на друга, затем прикончили приехавший патруль полиции, и разгромили карету скорой помощи. Эти сумасшедшие вырвались в дома и хватали жителей и…грызли их. Жрали. Максим это видел своими глазам, когда пять или шесть этих безумцев напали на его соседей и разорвали их на лужайке возле дома.
Максим успел спрятать с своём доме помимо жены с дочерью ещё одних соседей и теперь с Виктором — главой соседского семейства закрывали окна шкафами, забивали двери досками. Ночную темноту улицы начинал освещать разгорающийся пожар в коттедже на параллельной улице.
 
Ещё одно врезалось в память мужчины — собаки. В местном питомнике все зверюги тоже сошли с ума. Сначала сожрали семью державшую питомник, а затем разбрелись по посёлку небольшими стаями нападая на скотину и все попадавшихся на пути людей.
На звуки баррикадирования потихоньку начали сходиться заражённые. Сперва двое, потом ещё трое и вскоре их стало более десяти. Долбились в двери, разбивали окна и пытались проникнуть внутрь. Уши Максима заполнил гул тварей снаружи и крики родных внутри дома. Отступив к лестнице на второй этаж Максим с Виктором начали заваливать её всем, чем только можно было, от тумбочек до старенького пузатого телевизора. Закрывшись в одной, самой глухой комнате люди притаились. С первого этажа раздался треск, затем грохот. Твари проникли в дом…
Николай Романов 
5 июля. Утро. 
— Охереть — пришло Николаю на месенджер. — Что это?
— Не знаю, но эта тварь выдержала несколько попаданий в тело и смогла загрызть полицейского.
— Слушай, мы с Юлей уже принялись собирать вещи. К часу, двум будем готовы. Заедешь? — спросил Михаил.
— Я думал вы на своих колёсах?
— На своих. Но дорогу мы не знаем.
— Давай тогда вы подкатите к Путилково, там встретимся.
— Ок.
Положив телефон в карман Николай начал одеваться: накинул на себя облегченную летнюю «Горку», под кителем которой скрылась кобура с ТТ, на боевой пояс повесил подсумок с патронами к СКС, на руки накинул беспалые перчатки, а на ноги зелёные летние берцы.
Вновь взяв телефон в руки он хотел набрать Оксане, как телефон завибрировал, а экран зажегся её именем.
— Слушаю тебя Ксю.
— Коля — раздался голос девушки перебиваемый визгами и звуками беспорядков и погром — … Коля, забери меня. Тут несколько сумасшедших ворвались к нам на склад, крушат все, схватили Жанну. Господи. Мы закрылись в кладовой, но они долбят в дверь. Пожалуйста забери нас.
— Выбегаю! Держитесь, скоро буду!
Спустя пару секунд как хлопнула водительская дверь, двигатель внедорожника взревел и машина сорвалась с места. Быстро выскочив на Ленинграду он погнал в сторону Сходни. По ходу движения на Ленинградке Николай замечал кое где по обочинам военные Камазы и Уралы. Инженерную технику. Похоже начали возводить блок-посты на подходе к городу. В небе над Шереметьево крутились военно-транспортные вертолёты. Изредка на взлёт выходили самолёты, в основном частные бизнесс-джеты. Проскочив поворот на Шереметьевское шоссе Николай начал осматривать местность, где-то тут должен был быть склад на котором была Оксана. На въезде в посёлок со звучным названием Чёрная Грязь он резко свернул влево, на Сходненскую улицу. По правой стороне, после заправки находился тот самый склад, точнее огромный погрузочный терминал. Завернув на въезд он с удивлением обнаружил что главные ворота были кем-то любезно открыты. Почти не сбавив хода внедорожник въехал на территорию терминала. Выскочив из машины Николай удивился тому, что на улице не было абсолютно никого. Все стояло ровно, на своих местах, и только одна фура с открытой дверью стояла не на месте и двигатель по прежнему издавал звуки. Выхватив из чехла СКС парень накинул ремень на себя, растянув его до удобной длинны и держась за относительно свежее и гладкое деревянное цевье направился в сторону большой, открытой створки. Внутри картина была менее радужная. На полу лежало множество пустых коробок, некоторые раздавлены, будто на них кто-то плясал. В помещении было достаточно светло и сквозь погрузочные ряды было видно на метров двадцать вперёд. Каждый шаг берца издавал хоть и тихое, но продолжительное эхо. Держа карабин одной рукой парень достал телефон и набрал номер девушки.