В поисках цели (СИ)
Глава 6 — Долгий день
— Это что такое!? — разбудил меня, конечно же, голос матери.
Ну да, завалился спать в одежде, обуви… при том, что ложился во вполне нормальных трусах!
— Это я собирался плавать, но вспомнил, что сегодня не надо — не тот день. — Не колеблясь соврал я, бурча из-под подушки.
— Угу, в шесть утра? — не поверила мать.
— Часы не правильно идут видать.
— А ну вставай и раздевайся! И тебе, кстати, пусть не на плаванье, но в школу! Забыла что ли уже?
— Серьезно? Тогда зачем раздеваться?
— Да чтобы не лежать в обуви! — и она начала стаскивать с меня ботинки.
Я соскочил, стянул ботинки, куртку и штаны, и завалился обратно на кровать. Мать только покачала головой. Жалько мне её, что ей достался такой ребенок как я. И все было бы не так уж плохо, будь я парнем, а так… Я ведь не собираюсь менять свои идеологические принципы из-за этого. Да в этом мире проще пол сменить! Хотя, и этого делать я не собираюсь.
Входная дверь закрылась за матерью, и я остался один. Полежал еще целых пять минут, и принялся за зарядку. Потом отдохнул немного, и снова повторил подход к разминке. Материализовал два кленка — чуть не вырубился от нагрузки. Решил, что не стоит сразу начинать со столь серьезных вещей.
Отдохнул, поел, оделся и, подхватив собранный с вечера ранец, поплелся в школу. Это будет очень долгий день. Вот просто невыносимо.
— Саш, привет! — обогнала меня по дороге в школу жизнерадостная девочка Надя.
И куда это она так несется, а? Хм, без понятия. Хотя я сам плетусь уж больно уныло — думы. Надо поднажать! А то опоздаю, и… да ничего мне не сделают! Максимум в угол поставят, что — переживу.
А вот и родимый класс. Учительница, что чертит на доске магические, простите, математические формулы. Ребятня, что прискакала раньше звонка с утра пораньше, тихо офигевает от внеплановой контрольной. Девчонки… во главе с Надькой — так вот куда она так спешила! Уже устраивают мозговой штурм формул, заранее определив какой вариант возьмут себе — хитрые козы!
При наличии пяти вариантов, выбрали третий, рассчитали, какие места точно попадают в этот вариант при любом раскладе, и уже застолбили, выдавив всех, кто на них претендовал. Даже тех, кто исконно там сидел!
— Так, я че-то не поняла — проговорил я гортанным басом — Это чьи тут шмотки на моей шконке?!
Класс замер, стихли всё разговоры, и даже меланхоличная учительница у доски, обернулась в пол оборота, любопытствуя и недоумевая.
— Че, хозяин не опознается? — обвел я аудиторию взглядом исподлобья — Пшел — выкинул ранец куда-то неопределенно вверх со своей лавки, думая про себя «только бы не переборщить! Только б не переборщить!».
— Ой! — пискнула одна из девчонок стайки, когда ранец, с грохотом ударившись об парту третьего ряда, взорвался учебными принадлежностями на весь класс.
— Александра! — гаркнула учительница — Останешься сегодня после уроков. Будешь парту ремонтировать.
Я пожал плечами — ну, надо — так надо. И плюхнулся на своё законное место.
— Ой! — пискнул не хуже той девахи, что вместе с парой подруг приступили к сбору разбросанных по полу вещей, вскакивая солдатиком со своего места, хватаясь за зад.
Выковырял из филейной части беспрепятственно прошедшую сквозь штаны и гамаши кнопку.
— Хи, хи, хи. — донеслось откуда-то с задних рядов сильно отчаянно сдержимое «хи-хи».
Все ясно. Эта засада. Явно не для меня. Они бы не посмели! Но… я посмотрел на кнопку, загнул её пальчиками, обратив в простую шайбу, взглянул на девочек, что кидают на меня волчьи взгляды, и услышал звон звонка. Как понимаю — половина класса в опоздавших. Либо заспали, либо…
— Здрасте! — ввалилась львиная доля недостающих, олицетворяя из себя чуть ли не все мужское население «3-А».
С шумом разбежались по кабинету, занимая свои места, и продолжая похихикивать какой-то ранее высказанной шутке, принялись раскладывать учебный материал по «рабочим местам» на парте.
Плюхнувшийся рядом со мной Толик, сразу после посадки, сунул руку под попу, вынул оттуда уже загнутую кнопку, и выкинул её куда-то в неопределенность, как нечто несущественное. Вот что джинсы жопозабронирующие делают! Получил в ответ на кнопку ластиком в висок.
Кинул в ответ точилку — получил еще одним ластиком по темени. Подобрал с полу оба снаряда — в момент нагиба получил пеналом по хребту.
— Эй!
— А ну тихо! — гаркнула учительница — Кто дежурный?
— Я! — соскочила все та же Надька, хотя я почти уверен, что сегодня дежурить должен кто-то иной.
— Жукова. — взглянула на неё учительница, тоже, как видно прикидывая, что дежурить сегодня должна не она — Раздай тетрадки и посчитай отсутствующих. — решила она что-то для себя, проигнорировав факт подмены.
— Да. — ответила Надя, и метнулась к учительскому столу, начав раздавать тетради, громко выкрикивая фамилии.
— Иванова! — сидящая на первой парте девочка приняла тетрадь — Горшков — пацан с последнего ряда со вздохом поднялся и пошел за тетрадью — Жулин! Жулин?
— Нет его. — буркнул Горшков, подходя к первой парте.
— То есть как это нет?! — отозвался рыжий парень тоже с последнего ряда — Я тебе дам меня нет! Да я сейчас.
— Жулин тихо! Мы уже поняли, что ты у нас тут — такого не пропустишь — проговорила учительница недовольно, присаживаясь за свой стол.
— Но вот она же пропустила! — указал мальчика на девочку, что пока сор да дело, под шумок, рассовывала тетради своим подругам — А я тут был! И вообще вместе с ней пришёл!
Учительница пожала плечами.
— Ну конечно. — проговорил Горшков, заглядывая в свою тетрадь.
— Что конечно?! — тут же переключился на него Жулин.
— Двойка говорю у меня конечно! — показал он свою тетрадь, сплошь исписанную красной пастой. — Как и у тебя, раз ты у меня списывал.
— Что?! Как?! — схватил буйный свою тетрадочку — Это не справедливо! — распахнул он тетрадь, направив в сторону учительницы.
— Жулин, успокойся и сядь на место.
— Это… это… это…
— Жулин. — повторил учитель, и мальчик, громко сопя и топая ногами, уплелся себе за парту, бурча под нос нечто невразумительное, на тему нарушения прав и свобод.
— Это все — сказала Надя, успев за время споров растолкать все оставшиеся тетради по рукам и рядам.
— Э! Стоп! А ГДЕ МОЯ?! — соскочил я с места, понимая, что до меня-то тетрадочка, не доехала!
Надька пожала плечами, выдав невинное:
— Так не было её!
Это что, такая тонкая месть?
— Видимо не сдавала — поддакнула ей учительница.
Это… заговор?
— То есть как? А ну ка… — сорвался я со своего места и метнулся к первой парте.
— Гончарова!
— Так, так…
— Гончарова! — повторила учительница.
— Ах ты! — заметил руку заведенную Надькой себе за спину, и прежде чем та успела опомниться, и скинуть тетрадь другой заговорщице, успел выхватить молниеносным рывком.
Правда помял мальца.
— Гончарова Александра!
— Жукова Надежда… — прочитал я имя-фамилию на отобранной тетради — третий А класс…
Надя, молча и с видом обиженного величества, отобрала свою мятую тетрадь себе обратно.
К нам подошла учительница и, не дожидаясь, пока мне скажут «место», я уплелся обратно к себе за парту.
— Давно мамы в школе не было — покачала головой математичка, глядя на меня, и обратилась уже ко всему классу — Думаю, все уже посмотрели свои оценки?
Класс дружно вздохнул. А Надька, украдкой показа мне язык.
— В таком случае думаю, на этот раз стараться будете лучше.
Класс вновь вздохнул.
— Итак, варианты. Первый, второй, третий, четвертый, пятый. Первый, второй, третий, пятый. — принялась она раздавать варианты всем двадцати детям в ручном режиме, повергнув девичью банду в настоящий шок.
Но возразить чего-либо кто-либо из них не осмелился, довольствуясь одним лишь беззвучным воем досады.
— Первый, второй… — получил я свой второй вариант — Записывай! — и суровое наставление.