За гранью (СИ)

— Нужно выбираться отсюда, — каким-то неживым голосом произнес Ник.
— Выбираться? — прошептала я, дрожа всем телом. Снова темнело, вода в бассейне забурлила, выбрасывая в воздух клубы пара.
Рядом мелькали черные тени, с тихим рычанием проносясь мимо и задевая меня своими липкими щупальцами. Я поминутно озиралась.
— Слушай внимательно. — Ник развернулся в мою сторону, взяв меня за руки. Я видела, как на его виске бьется венка в такт пульсу. — Сейчас мы выберемся отсюда и отправимся на берег.
Я кивнула. Все, что угодно, лишь бы не ощущать больше этот ужас. Пот градом катился по спине. Сердце бешено стучало, словно пытаясь переломать ребра.
— Ты пойдешь со мной? — Прошептала я дрожащими губами.
— Да. Я отвезу тебя на поверхность и вернусь.
— Что? Ник, почему?
— У меня не получится уйти. Нужно задраить люки изнутри, иначе сюда могут проникнуть. В этой лаборатории слишком много секретной информации. Она не должна попасть в чужие руки.
— Нет! — я попыталась вырваться. — Нет! Тогда я тоже не поеду! Я не хочу.
— Елена! — он тяжело дышал, буравя меня глазами. Видимое спокойствие давалось ему нелегко. — Ты отправишься на берег. Там недалеко город. Иди туда. К людям. Тебе помогут.
— Нет! — прошептала я, вздрагивая. За спиной кто-то шипел. Я почувствовала, как волосы на затылке приподнимаются. Господи… Ледяная капля побежала по виску.
— Медленно вдохни. — Велел Ник, видя мое состояние. — Помни, все это не на самом деле. Это просто галлюцинации.
— Хорошо. — Я зажмурилась, со свистом втягивая в себя воздух и пытаясь немного расслабиться.
Шипение за спиной приближалось, становилось все ближе и страшнее. Я почувствовала чье-то дыхание возле уха и замерла. Внутренности скрутило тугим узлом. Сердце болезненно трепетало в груди, вызывая спазмы. Неожиданно мою шею обхватила чья-то холодная рука, и я закричала что есть мочи, пытаясь сбросить эту гадость.
— Елена! — воскликнул Ник, прижимая к себе мое содрогающееся в конвульсиях тело. — Все нормально. Успокойся.
— Ник! — я прижалась к нему, чувствуя небольшое облегчение от тепла его тела. — Оно… Я его чувствовала!
— Пойдем! — Он поднялся с пола и торопливо направился к шлюзам, буквально волоча меня за собой. — Пора тебе выбираться отсюда. Иначе будет поздно.
— Нет! — я уперлась изо всех сил, цепляясь рукой за выступ двери. — Я хочу остаться с тобой!
— Ты не сможешь! — он уже кричал, пытаясь меня вразумить. — Ты уже сходишь с ума. Осталось недолго!
— Пускай! — мне было все равно. Я не хотела оставлять его здесь. Это было еще страшнее, чем мои кошмары.
— Твою мать! — выругался он, останавливаясь в коридоре.
— Пожалуйста! — я вцепилась в него изо всех сил, словно пытаясь прирасти к нему. — Пожалуйста, не прогоняй меня! Я все равно не уйду.
Он глубоко вздохнул, глядя мне прямо в глаза.
— Я пытаюсь спасти тебя. — Глухо произнес он. — Здесь мы погибнем оба. И очень скоро.
— Знаю. — Я наклонила голову, чтобы он не видел слез отчаяния, вырвавшихся из моих глаз. — Мне все равно. Я не оставлю тебя здесь одного.
Он обнял меня, привлекая к себе, и я тихо всхлипнула, чувствуя удары его судорожно бьющегося сердца.
— Прости… — услышала я тихий шепот, и в ту же секунду в мою шею воткнулась игла.
— Нет! — успела прошептать я, чувствуя, как стихает шипение за спиной и меркнет свет.
  
Глава 10
 
Соленый влажный ветер мягко дул в лицо и робко трогал волосы, словно опасаясь потревожить. Рука зарылась в теплый песок. Несколько минут я неподвижно лежала, привыкая к этому ощущению и боясь открыть глаза. Я уже знала, что увижу. В этот момент мне хотелось, чтобы все это оказалось сном. Страшным сновидением, от которого можно проснуться.
Но мой кошмар не имел границ. Я лежала на берегу моря, глядя неподвижным взглядом на синюю водную гладь, раскинувшуюся в нескольких метрах от моего тела.
Волны набегали одна на другую, будто играли в детскую игру, с тихим рокотом перекатывая круглые отполированные камешки. Прибой вспенивался, выбрасывая на песок мелкие ракушки, потом снова забирал их, жадничая и пряча от чужих глаз.
 
Я перевела взгляд в небо, синеющее над головой. Желтый мягкий песок, вымытый водой и нагретый солнцем, сверкал под солнечными лучами. Я лежала у кромки воды, рядом с невысоким утесом. Казалось, что море медленно отвоевывало себе территорию суши, сантиметр за сантиметром.
Я медленно закрыла глаза. Как бы мне хотелось, чтобы этот кошмар закончился! Теплый соленый ветер, дышащий влагой в лицо, солнечное тепло и шум прибоя. Будучи на глубине в тысячу метров, я мечтала увидеть все это. Прыгнуть в голубую воду и поплыть, ведомая волнами. Нырнуть, набрать в ладонь горсть песка и разноцветных ракушек.
Теперь мне хотелось только одного — вернуться на морское дно. В тишину. В темноту. На станцию, захваченную зеленой мерзостью. Мне уже не нужно было ничего: ни солнца, ни воздуха, ни теплого ветра.
Несколько недель назад я очнулась на подводной станции, в темноте и тишине. Рядом со мной был только Ник, который заменил мне весь мир. Другого я не знала. И не знаю до сих пор.
Одинокая слеза прокатилась по щеке, оставляя мокрый соленый след. Он все-таки вытащил меня из смертельно ужаса. Я просила его оставить меня на станции, умоляла, но он отправил меня сюда. Спас.
Я горько усмехнулась. Зачем? Чтобы я жила?
Рядом со мной, в тени утеса лежали несколько знакомых упаковок и бутылок. Я смотрела на них, чувствуя, как в глубине души разгорается ярость. Он позаботился обо мне. Оставил еды и воды, чтобы хватило на первое время. Но разве мне все это нужно? Я ничего не хотела. Только возвратиться на станцию, в тишину и сумрак. Вернуться к тебе, Ник.
Я схватила злосчастные брикеты, подошла, пошатываясь, к кромке прибоя и забросила их в воду, как можно дальше. Он хотел, чтобы я уцелела? Ха!
— Как ты мог так поступить? — тоскливо прошептала я. — Зачем?
Я безвольно осела на песок, закрыла глаза и свернулась клубочком, отгораживаясь от внешнего мира. Ничего не хотелось, даже дышать.
Солнечный свет и теплый ветер будили в душе глухое раздражение. Мне нужно было попасть на дно моря. Вниз, куда невозможно добраться. Всего несколько сотен метров. Если бы дело казалось такого расстояния на суше, я уже бежала бы к нему, сбивая в кровь ноги. Но там вода и глубина. Я не доплыву. Не смогу…
Тихий шепот прибоя словно пытался рассказать что-то, успокоить и утешить. Он шелестел, напоминая, что там, в тишине и холоде, в страхе, находится он. Совсем один. Я до боли сжала кулаки, вонзая ногти в ладони.
Ник. Он так близко, только протянуть руку. И не достать. Ему сейчас плохо, я это знаю. Но ничем не могу помочь. Зеленый ужас, захвативший станцию, медленно убивает его.
Что-то мешало в заднем кармане джинсов. Рука нащупала странный предмет. Маленький круглый камешек, видимо случайно попавший туда, и платежная карта.
— Ты позаботился, чтобы я не умерла с голода, — горько усмехнулась я, засовывая ее снова в карман.
Пальцы нащупали еще что-то. Я с удивлением рассматривала странный предмет, лежащий на моей дрожащей ладони. Лист бумаги. Не единожды выстиранный, и исписанный поблекшими чернилами. Глаза застилали слезы, когда я читала эти слова, написанные его рукой. Страх. Радость. Месть. Огорчение. Обида. Отчаяние. Любовь.
Бумажка выпала из непослушных пальцев. Я схватила ее и прижала к груди, словно самое великое сокровище во вселенной. Ветер, набрав силу, плеснул брызги соленой воды в лицо, пытаясь вернуть к действительности.
Я все поняла. Только сейчас. Эти чувства разом навалились на меня, словно стараясь раздавить, расплющить, убить.
Я содрогнулась в безмолвном крике. Ник. Как же так! Почему! Комкая в руках несчастный клочок бумаги, и снова разглаживая его пальцами, я сидела на песке, чувствуя, что схожу с ума.