Любимая наша (СИ)

− Подожди, Сэтору, − шепчу прерывисто, когда его поцелуи спускаются на шею, лишая связных мыслей. Мои пальцы зарываются в красные волосы. С губ срывается стон: – Пожалуйста… Я не могу вот так просто…
− Не просто, моя девочка, − вскидывает он голову, чтобы обжечь голодным взглядом. – Абсолют соединил нас браком. Ты моя супруга теперь. И я больше не позволю тебе возводить между нами преграды, − пальцы на моём затылке чуть сильнее сжимаются. − Ты моя, Лина. Моя сейчас и навсегда. Я хочу тебя до боли. Хочу быть в тебе. Хочу дать тебе столько моей силы, сколько ты сможешь взять. Хочу вкусить тебя всю.
− Даже если я не хочу? – усмехаюсь с горечью.
− А ты действительно не хочешь? Или снова терзаешься чувством вины? Посмотри мне в глаза и произнеси это искренне. Скажи: «Сэтору, я не хочу тебя». Если убедишь, я отпущу.
Наши взгляды скрещиваются в немом поединке.
Вот так просто? Сказать и отпустит?
Я открываю рот, порываясь промолвить это, поступить правильно… но с губ не срывается ни звука. Потому что даже саму себя мне не удаётся в этом убедить. Особенно теперь, когда черта пройдена и всё уже случилось. После его поцелуя, который не оставил равнодушным ни моё тело, ни душу. Дурацкая натура, не умеющая врать.
− Не можешь, ведь так? – торжествующе улыбается мой третий муж. − Это наша ночь, Лина. Завтра подумаешь о своих сэ-аран. Сегодня я намереваюсь заставить тебя забыть обо всём.
И не давая мне опомниться, он снова обрушивается на мои губы с жадными поцелуями. Сокрушая мою волю своей жаждой, своей огненной страстью. Возвращая то чувство единения, что я испытала в круге вместе с ним. То безумное притяжение.
Протестующе застонав, я уже через секунду теряю все ориентиры, действительно забывая, о чём мы только что говорили, о чём я думала и чего страшилась.
Эти руки теперь везде. Огненные прикосновения плавят моё тело, превращая в мягкий воск, послушный воле Сэтору. Жаркие поцелуи жалят шею, заставляя выгибаться от удовольствия и стонать уже в голос, пылающими дорожками спускаются на ноющую грудь.
− А-а-а, − срывается с губ, когда мой сосок попадает в плен его рта. Болезненно сладкое удовольствие горячими ручейками стекает в низ живота.
А дальше я даже не замечаю, как оказываюсь на спине, а между моих раскинутых ног оказывается мужское тело. Пока не напирая и не придавливая, но всё внутри вмиг сжимается.
− Нет, нет, так нельзя… можешь навредить, − вспоминаю о предупреждениях лекаря, пытаясь выползти из-под Сэтору.
− Тш-ш-ш, доверься мне, − тянет он меня обратно. Демонстративно целует в выпирающий живот. – Я же сказал, что никогда не причиню вреда. И твоим сыновьям тоже. Не сопротивляйся мне, я хочу попробовать на вкус твоё удовольствие.
И прежде, чем я успеваю, как-либо отреагировать, разводит мои ноги ещё шире и с предвкушающей улыбкой опускается между них. И меня выгибает от первого же прикосновения его губ к самому сокровенному. Такого шокирующего почему-то. От того, как язык проходится горячей лаской по клитору, как толкается пару раз в меня, прежде чем уступить место пальцам, что тут же проникают внутрь.
− Такая сладкая, − урчит Сэтору, сводя меня с ума умелой настойчивой лаской. Вылизывает, прикусывает, играет, пока я полностью не теряю связь с реальностью. И двигает внутри пальцами, задевая самые потайные чувствительные точки.
Моё тело больше мне не принадлежит. Глаза закатываются от удовольствия, когда он почти подводит меня к оргазму, и из горла вырывается жалобное хныканье, когда отступает.
Это пытка. Самая настоящая пытка. Подниматься по грани всё выше и выше. Когда дальше одно лишь сладкое безумие. И кажется, что больше не выдержишь. Но в кровь выплескивается ещё больше пламени, и вот я уже кричу, разлетаясь вдребезги, содрогаясь всем телом и сокращаясь вокруг пальцев внутри.
А он не прекращает пытку. Слизывает мои соки, всасывает клитор. Немного больно и невыносимо сладко. И тот становится ещё чувствительней, а напряжение в моём теле даже не думает спадать, нарастая по новой.
 
Язык Сэтору теперь движется напористей, почти жёстко, ритмично, именно так, как мне хочется. И я улетаю снова. Срываюсь в пропасть.
В глазах почти темнеет. Я вся в огне.
− Пожалуйста, − хриплю, чувствуя, что ещё немного и просто сойду с ума. Хотя сама не знаю чего именно прошу… Продолжить? Прекратить? Заполнить наконец голодную пустоту внутри? Сознание тонет в багряном тумане.
И Сэтору решает всё за меня. Перевернув набок, одним плавным движением оказывается позади. И, подняв одну мою ногу, прижимается твёрдым членом к моей перевозбуждённой промежности. Крупная головка скользит по мокрым складочкам, раздвигая, растягивает ноющие мышцы, слегка проникая внутрь. Дразнит, пока я сама не начинаю ёрзать и двигать бёдрами, пытаясь насадиться глубже.
− Скажи это, − рычит он мне в затылок. Кусает за шею сзади, словно хищник свою самку. – Скажи, что хочешь меня. Попроси…
Протолкнув ладонь мне под голову, обхватывает лицо, заставляя немного повернуться к нему… обводит языком кромку уха, толкается в ушную раковину, снова почти толкая за грань. Зарывается лицом мне в шею, вылизывая, отчего меня начинает просто трясти от перевозбуждения.
Бёдра сотрясает мелкой дрожью. Но этот садист даже не думает войти глубже.
− Скажи, Лина!
− Я хочу тебя… Безумно хочу… пожалуйста, − почти хнычу, снова подаваясь навстречу.
− Моя хорошая девочка… чувственная… восхитительная, − оскаливается в торжествующей улыбке муж, набрасываясь на мои губы, сразу проталкивая язык глубоко внутрь. По рецепторам бьёт мой собственный вкус.
Но в глазах всё меркнет, когда меня наполняет его член. Мышцы внутри так сильно сжимаются, что я, кажется, чувствую каждую венку, каждую неровность. И практически глохну от шума крови в ушах. От рёва пламени в крови.
Новый оргазм накрывает меня сокрушительной волной, пробирая до самых глубин.
А дальше каждый плавный толчок лишь продолжает мою агонию. Волны оргазма накатывают одна за одной. И движения Сэтору становятся быстрее. Не прекращая целовать, он уже просто рычит мне в губы. И я откуда-то знаю, что сдерживается, бережёт, заботится… И от этого дурею ещё больше.
Может, дело в гормонах, может в воздержании, но кажется, я стала ещё чувствительней, чем была.
Его оргазм, кажется, ощущаю каждой клеточкой своего тела, ловя ещё одну волну для себя. Чувствую всем своим естеством, купаясь в огненной энергии, разлитой вокруг. Наполняясь ею до краёв. Мало что может сравниться с этой пронзительной остротой разделённого на двоих наслаждения. Разве что разделённое на троих…
Мысль мелькает и тонет в блаженной неге. Я вся растекаюсь пресыщенной лужицей, кайфуя от нежных поцелуев, которыми теперь осыпает моё лицо супруг. От его рук, скользящих по моему телу в благодарной ласке. От этой непередаваемой близости.
− Ты лучшее, что могло случиться со мной в этой жизни. Я так долго ждал, желал тебя практически с первой нашей встречи, но даже подумать не мог, что будет так… − шепчет Сэтору, прижимаясь губами к моему виску. – Я никогда не смогу от тебя отказаться. Никогда и ни за что.
  
Глава 3
 
Сквозь сон я чувствую прикосновение к моему плечу, ещё одно… это поцелуи. Кто-то нежно целует мои плечи, на талии приятно сжимается мужская рука… и от большого тела позади так много тепла… Только мне безумно не хватает прикосновения к прохладной коже второго мужа.
− Просыпайся, Лина, − врывается в моё полусонное сознание голос… Сэтору.
Это не Са-оир. Не муж... Точнее, муж... но не тот.
Открыв глаза, задерживаю дыхание, чувствуя, как сердце болезненно ускоряется в груди. В мыслях меня накрывает полное осознание моей новой действительности. Моих сэ-аран всё ещё нет рядом со мной. И я им изменила.
Обхватив за плечо, Сэтору мягко, но настойчиво переворачивает меня не спину. И наши взгляды встречаются. В багряно-чёрных глазах застыло настороженное внимание, которое постепенно меняется на досаду и что-то ещё, что я не могу прочитать. Тёмное. Тяжёлое.