Любимая наша (СИ)

− Добравшись наконец до этой проклятой стены, грани миров, отделяющей меня от вас с повелителем Са-оиром, я испытала, наверное, самое горькое разочарование в своей жизни, − признаюсь тихо, когда дохожу в своём рассказе до тех событий, что предшествовали моему роковому визиту в Маран-Дэш. – Два месяца медитаций, обучения и ментальных погружений. Два месяца усилий на грани моих возможностей… и всего лишь стена. И слова ри-одо Сэтору о том, что дальше мне ходу нет, что теперь я должна как-то притягивать вас и ждать по эту сторону.
Зажмурившись, опускаю глаза.
− Тогда мне и явился впервые этот голос.
И только теперь я невольно запинаюсь. Не в силах заставить себя дословно пересказать то, что услышала тогда. Если я сообщу А-атону, что это Сэтору пытался убить Менетнаша, я дам своим сэ-аран ещё одно оружие против третьего мужа, предам его. Если же не скажу… предам их. Снова.
Может ли всё стать ещё хуже? Да, может. Как пройти по этой грани и не разбиться окончательно?
− Почему ты умолкла, Лина? – проницательно сужает глаза А-атон.
Не могу я рассказать всё. Просто не могу. Это не моя тайна.
− Голос сказал, что я нужна ему. И сказал… не верить Сэтору, − шепчу хрипло. – Это сильно испугало меня. Когда мы вернулись в реальность, я была дико вымотана, истощена, взвинчена… и мы с ри-одо Сэтору поругались… сильно. Я спросила, что могут значить эти слова. В ответ услышала, что он Глас Абсолюта и глава Просвещённых, поэтому у него хватает тайн, но он всё равно всё время меня поддерживал и защищал. А потом… ри-одо поцеловал меня. Я его укусила в ответ и вырвалась. Он ушёл.
Мне страшно смотреть на мужа. Потому я так и не узнаю, почудился ли мне скрип зубов, или был на самом деле.
− Но это было только началом, − заставляю себя продолжить. − Той же ночью во сне я снова провалилась в подпространство ментально. Прямо к этой белой стене. И каким-то образом прошла через неё.
На этот раз реакция А-атона заметна невооружённым глазом. Он подбирается, напряжённо вглядываясь в моё лицо.
− Я увидела поле битвы. Какие-то многоножки бились с крылатыми существами. Вокруг было так жутко, так страшно. Кровь, крики, лязг оружия... Меня спасла мысль, что раз я туда попала, то где-то должны быть вы. И потянулась за ниточкой нашей связи.
− И ты увидела нас? – впервые за весь мой рассказа задаёт наводящий вопрос А-атон.
− Да. Вы появились на ящероподобных скакунах. Бились на стороне крылатых. Я стояла на холме в стороне, смотрела на вас и не могла насмотреться. Думала, что во что бы то ни стало должна найти способ вас вернуть в родную Вселенную. Должна увидеть этот способ. И тогда меня бросило в ещё одно видение. На этот раз я оказалась намного ближе к вам. Вы с Повелителем Са-оиром сидели в шатре в окружении крылатых. Те потчевали вас, предлагали рабынь…
На этом воспоминании меня ощутимо передёргивает. От одной мысли, что за эти долгих два с лишним месяца мои мужья вполне могли удовлетворять свои потребности с кем-то другим, мне хочется рвать на себе волосы. Но имею ли я право хотя бы в мыслях обижаться на них за это? Нет, не имею. Не после того, как сама вошла в круг с третьим мужем.
− Но вы потребовали что-то другое. Я так обрадовалась, когда вы заговорили обо мне, когда почувствовали нашу связь. Пыталась коснуться, обнять, но ни вы, ни Повелитель Са-оир никак не отреагировали. А потом вам принесли голубой кристалл. И я наконец поняла из вашего разговора, что нужно сделать, чтобы помочь вернуться. Открыть ворота Маран-Дэш. И уже утром, не посоветовавшись с ри-одо Сэтору, я отправилась в храм. Где попыталась это сделать одна. Мне удалось лишь частично. Дверь открылась на целых три ладони. Но самое главное это то, что восстановилась наша связь. Нить уплотнилась. Я снова вас почувствовала. Я плакала и готова была прыгать до небес от счастья. Я была уверена, что это точно должно вам помочь.
Устремив взгляд на горные вершины, я даже не пытаюсь вытирать струящиеся по моим щекам слёзы. Улыбаюсь грустно.
− Но когда мы с Чотжаром вернулись во дворец, тут уже ждал ри-одо Сэтору. И мы снова поругались, на этот раз при куче свидетелей. Он набросился на меня за то, что я с ним не посоветовалась, заявил что восстановленная связь будет стоить мне жизни. Я же обвинила его в том, что он на самом деле не хочет вашего возвращения и потому сдерживает меня. В ответ услышала, что дура. Наверное, он был прав.
 
События, последовавшие за этой ссорой, описывать гораздо сложнее. Но я заставляю себя это сделать. Сухо рассказываю, как отказалась от встреч с Сэтору. О том, как стремительно теряла силы. Как все обязанности вынуждено принял на себя мой доверенный советник. Более подробно говорю про нападение на открытии приюта. Про то, как была вынуждена казнить Норихнара. И в конце концов про предложение Сэтору.
− Я тянула до последнего. Пыталась подпитываться в местах силы. В Маран-Дэш, в нашем дворцовом святилище, но силы стремительно убывали. В круг Сэтору вносил меня на руках абсолютно истощённую. Я не могла уже даже с кровати подняться.
На террасе повисает звенящая тишина.
− Вы считаете, что я предала вас этим решением? – решаюсь спросить. И даже посмотреть в лицо своему мужу. – За это наказываете холодностью?
Он по-прежнему выглядит отстранённым и равнодушным, но мне чудится, что пустота в его эмоциях уже не настолько вымораживающая. Но, возможно, я себя просто обманываю, выдавая желаемое за действительное.
− Ты ошибаешься в своей оценке, Лина. Моя, как ты говоришь, холодность к тебе не относится. Я не могу считать предательством твои действия, так как они не выходят за рамки моих приказов. Следовательно, мне не за что тебя наказывать. А тебе незачем чувствовать себя наказанной.
Незачем? Я настолько ошеломлена этими словами, что просто не нахожусь с ответом. Как я могу просто не чувствовать потому что незачем? Такой приказ может отдать только кто-то абсолютно бесчувственный.
А А-атон тем временем поднимается с дайрата.
− Мы с братом больше двух месяцев были лишены привычных благ цивилизации. Мне нужно привести себя в порядок перед собранием Высшего Совета. Вели подготовить купальни и подать обед. И скажи Чотжару, чтобы он подобрал мне одежду.
Полученные распоряжения, как ни странно, немного снимают сковавшее меня напряжение. Словно всё вернулось в прежнее русло. Вот есть мой венценосный властный муж, о котором я должна позаботиться. Есть его нужды, которые необходимо удовлетворить. И пусть я сама уже давно не та послушная рабыня и тень своих супругов, сейчас возможность окунуться в привычные хлопоты, помогает мне наконец собраться.
− Хорошо, мой Повелитель, − заставляю своё тело двигаться. Выпрямившись, спускаю ноги на пол. Осторожно поднимаюсь, привычно положив руку на живот.
И только спустя несколько секунд замечаю взгляд А-тона, прикованный к моей ладони.
− Ты хорошо себя чувствуешь? – неожиданно спрашивает он. Безэмоционально, но всё же… Что-то живое мелькает в его взгляде, теперь я в этом точно уверена. – Если нет, иди отдыхай. Пусть всем займётся Чотжар.
− Всё в порядке. Мне просто нравится касаться живота, так я словно прикасаюсь к нашим малышам. Уверена, они это тоже чувствуют, − на моих губах появляется несмелая улыбка, полная нежности и любви к моим сладким мальчикам. – Одо Ми-ичан говорит, что вскоре я уже смогу ощущать их шевеления. Наверное, это глупо, но мне кажется, что так я быстрее почувствую этот долгожданный миг.
− Шевеления? Так быстро? – удивлённо вскидывает брови мой светлый сэ-аран.
− Почему быстро? – приходит мой черёд удивиться. – Позади уже почти половина срока беременности. Самое время.
Недоумённо нахмурившись, А-атон некоторое время буравит меня тяжёлым взглядом, будто пытается разложить по полочкам в своей голове упущенную информацию.
А я тем временем набираю на торобраслете код вызова служанок. И покидаю террасу, обойдя по кругу светловолосую статую, изображающую моего любимого супруга. Нужно заняться делом. Это всегда было самым простым способом забыться хотя бы на время. И только так я могу не думать о том, что впереди меня ждёт разговор ещё и со вторым мужем. Встреча, которой после такой долгой разлуки я должна ждать с нетерпением, но теперь по-настоящему боюсь.