Беглец (СИ)
— Ты ведь не будешь против, если сегодняшнюю ночь я проведу с ним? — произнесла она и кивнула в мою сторону.
Клаус впал в ступор и некоторое время переводил удивлённый взгляд с меня на Джесси.
— Джесс, не думаю, что ты понимаешь, о чём просишь. — Напарник попытался отговорить красотку от ошибки.
— Напротив, дорогой, я прекрасно знаю, чего хочу. — Она сверкнула глазами. — Если согласишься, можешь просить о чём угодно.
— Ну, ты мне не жена. — Клаус быстро оправился от шока. — Как я могу тебе что-то запрещать?
— Я знала, что ты меня поймёшь.
— А меня спросить не забыли? — приподнял бровь я.
— Заткнись, — фыркнула в мою сторону Джесси, и я почувствовал, что начинаю заводиться.
Похоже, эта красотка действительно знает, чего хочет. Ну что же, посмотрим, сколько она продержится.
— Так о чём ты хотел попросить? — Рыжеволосая натурально игнорировала меня, словно я — пустое место.
— Нам нужен список всех, кто находился в лаборатории на момент нападения.
— Пф-ф-ф, всего-то? — расхохоталась она. — Он будет у вас в течение часа. Стеф, дорогая, позови, пожалуйста, официанта, я жутко голодная.
Вскоре разговор перешёл на отстранённые темы, затем Джесси вызвали, и они с подругой поспешили ретироваться. Власти наконец-то разобрались с ситуацией и разрешили репортёрам войти в охраняемую зону. К сожалению, сесть на хвост знакомой Клауса у нас не получилось даже за деньги. Слишком сложная система регистрации и выдачи пропусков.
Однако о своём обещании девушка не забыла, и в течение получаса на визор Клауса прилетел график работников лаборатории. На его изучение мы потратили приличное количество времени. Ведь помимо поиска знакомых фамилий мы тщательно изучали всех, кто в тот момент находился на работе. Выяснение прошлого некоторых из них оказалось под строжайшим запретом. Такие улетали в отдельную папку, где впоследствии собралось более десятка человек. Я нисколько не удивился, что одним из кандидатов на тщательную проверку оказался уборщик. Банально, но всё ещё действенно. Ведь люди не меняются, и сильные мира сего всё так же игнорируют обслуживающий персонал. А даже если замечают, смотрят как на пустое место, словно этих людей вовсе не существует.
О начальниках отдельных проектов говорить не приходится, их данные засекречены априори, как и региональных директоров. Тем не менее проверить мы были обязаны всех. А как иначе понять, с кем именно здесь встречался Савин? Впрочем, на данный момент это была наша единственная зацепка.
— Опа, от нашей Джози уже прилетел ответ, — нарушил тишину Клаус. — Говорит, что ей знакома некая Ольга Акимова. Вроде как раньше она была в совете директоров «Юникорна», но потом ушла с должности в простые лаборанты. А я-то всё думаю, почему мне её имя показалось знакомым?
— Странный поступок…— Я задумчиво почесал подбородок. — Что-то случилось?
— Нет, даже скандала не было. Так, в новостях попытались что-то раздуть, но в итоге всё быстро сошло на нет. Зацепиться не за что.
— Тогда это вдвойне странно. Кто по собственной воле отказывается от власти и денег⁈
— Шрам, возможно, для тебя это чудно́, но такие люди существуют. Скорее всего, её интересовало что-то другое.
— Что думаешь? Не к ней ли прибегал наш клиент?
— Без понятия, но среди работников она одна из немногих, кому удалось выжить. Там всего-то пара человек спаслась, остальных положили прямо в бункере.
— Не нравится мне всё это. Похоже, мы ввязались в игру, которую не потянем при всём желании.
— И что предлагаешь? Сдаться, выйти из партии? А как же неустойка?
— Ты знаешь, что больше всего на свете я люблю деньги, но в могиле они мне вряд ли пригодятся. Всё это уже вышло из-под контроля и вот-вот втянет нас в полноценную войну между корпорациями. Хочешь сложить голову за чужую идею?
— Лично я думаю, в том контейнере что-то настолько ценное, ради чего стоит рискнуть.
— Не понял? — Я удивлённо уставился на напарника. — Предлагаешь продолжить работу и осадить контейнер у себя?
— Шрам, ну сам посуди: нам кинули каких-то жалких десять миллионов…
— Клаус, ты в своём уме⁈ Жалких десять лямов⁈ Ты серьёзно⁈
— А разве нет? Ты просто посчитай, во сколько им обошлось вторжение на Навь? «Юникорну» явно дали время на завершение операции, им позволили вести огонь по мегаполису с орбиты! Ты хоть представляешь, какие деньги они отдали только на взятки, чтобы провернуть всё это⁈ И ради чего?
— С этой позиции ты, конечно, прав, но как ты себе представляешь то, о чём говоришь? Хочешь схлестнуться с крупнейшими корпорациями Галактики в одиночку? Да они нас раздавят! Даже мокрого места не останется.
— Если попадёмся. Сейчас самый подходящий момент, чтобы начать свою игру. Пока корпораты заняты взаимными разборками, на нас даже внимания не обратят.
— Обратят, как только мы завладеем контейнером.
— Вот именно. И тогда мы сможем получить гораздо больше. Ну же, Шрам, я тебя не узнаю! Неужели испугался⁈
— Когда-нибудь, Клаус, я выбью тебе все зубы за твои слова.
— Насрать! — ухмыльнулся он, — Если у нас всё получится, я смогу не просто вставить новые, а поменять их вместе с головой. Устроим аукцион, и до конца дней больше ни в чём не будем нуждаться. Разве не к этому мы стремимся? Не об этом мы мечтали в приюте? Вот он, наш шанс на новую жизнь. Лично я готов пойти ради такого ва-банк.
— Ты сегодня на удивление разговорчив, дружище.
— Не уходи от ответа.
— А если я откажусь?
— Ты знаешь, я поддержу любое твоё решение. Но хоть раз, Шрам, прислушайся к моим словам.
— Жадность не просто так называют пороком, Клаус. Подумай над этим.
— Я уже не первый день об этом думаю. Пойми, я бы не предлагал, если бы не был уверен в наших силах.
— Да, но пока мы имеем лишь дырку от бублика. С чего ты взял, что, затеяв собственную игру, мы вырулим как надо?
— Потому что вся добытая информация останется нашей. «Доминат» использует наши отчёты и ведёт собственную партию. Мы точно останемся не у дел, если они схватят Ника первыми, и ты лучше меня это знаешь. Ты меня удивляешь, Шрам! Почему я вообще тебя упрашиваю⁈
— Потому что это доставляет мне удовольствие, — честно признался я. — На самом деле я с тобой согласен: игра стоит свеч. А теперь давай за работу. Нужно напасть на след этого Ника. И желательно раньше, чем это сделают корпораты.
— Давай проверим эту Ольгу. Чует моя пятая точка, что наш клиент забегал именно к ней. Они вместе работали на «Юникорн» и наверняка были знакомы. Все остальные не имеют никакой связи с Савиным.
— Мы ещё не проверили тех, из отдельной папки, — поморщился я. — Не стоит торопиться, Клаус, это до добра не доведёт. К тому же госпожа Акимова сейчас на допросе, вряд ли нам позволят свободно с ней побеседовать. Давай дождёмся завтрашнего дня и тщательно проработаем каждого кандидата.
— На свидание спешишь? — усмехнулся напарник, — Джесси мне уже весь визор сообщениями засыпала. Переживает, что ты вдруг передумал.
— Ревнуешь?
— Ха-ха-ха, — громко расхохотался Клаус. — Брось, Шрам, я встречался с ней пару раз в отпуске, не более того. Просто… В общем, я не ожидал, что она окажется такой…
— Какой? Извращенкой? Ты ведь это хочешь сказать?
— Ну, если коротко, то да. — Клаус поднялся со стула и дружески хлопнул меня ладонью по спине. — Повеселись там за нас обоих.
— А ты разве к блондинке не поедешь?
— Нет, она мне не понравилась. Думаю вернуться на «Калипсо» и проведать, как там твой Каин. Заодно немного поработаю.
— Ты сегодня не устаёшь меня удивлять.
— Всё просто, шеф: деньги я люблю больше женщин, а впереди вдруг замаячил огромный куш. Я же спать перестану, если его упущу. К тому же задача теперь облегчилась, нам ведь больше не нужно брать Ника Савина живым.
Клаус покинул мой гостиничный номер, в котором мы и устроили кабинет для совещаний. Я проводил его задумчивым взглядом и едва заметно улыбнулся, когда с шелестом закрылась входная дверь.