Тропою артефактов (СИ)

Алекс смущённо кашлянул. Кажется, чтобы понять суть происходящего, было не обязательно знать язык. Бусинка сначала весело заухала, похлопывая себя крыльями по бокам, а потом и вовсе засмеялась совсем по-человечески. Алекса, кажется, это шокировало. Я понимающе усмехнулась, вспомнив свою реакцию на подобную выходку Буси. Хотя, чего уж греха таить, это и сейчас звучало жутковато.
- А это, должно быть, твой ухажер, который не понимает наш язык, - Белла обратила внимание на Алекса.
- Ага. Но мы здесь не для знакомств и расшаркиваний… - начала я, но меня перебили.
- Так это дело поправимое, - вдруг сообщила Белла и, отодвинувшись, открыла дверь пошире. – Заходите. Сейчас подтянем знание языков.
Я аж замерла от неожиданности. Нет, конечно, это логично – сирены работают с сознанием и подсознанием, так что вложить в чью-то голову знание языка должно быть вполне в её компетенции. Просто это как-то… внезапно. К тому же, мы пришли совсем по другой причине.
Я посмотрела на Алекса. Тот вопросительно смотрел на меня. Вспомнились его слова о том, что он не понимает половину разговоров, которые слышит. Подумалось о том, сколько труда наверняка уходит у Ленки, чтобы одновременно говорить вслух и мысленно транслировать перевод. Потом я представила, как неловко Алекс будет чувствовать себя на нашем застолье и приняла решение.
«Ох, и весело будет, когда все поймут, что Алекс понимает их и без перевода», - злорадно подумала я, уже предвкушая веселье, и потянула парня за собой, заставляя зайти в кабинет.
Селена
Еды мы набрали столько, словно нам предстояло не просто отметить помолвку в узком семейном кругу, а отпраздновать свадьбу и это был банкет человек на сто. Отец предлагал ещё поставить выпивку, но Колин отказался, сославшись на то, что на работе не пьет и вообще к алкоголю глубоко равнодушен. То, что я никогда не пью, и меня от вкуса алкоголя выворачивает, тоже приняли во внимание. Судя по всему, Алекс так же любовью к выпивке не отличался, поэтому, печально вздохнув и пожаловавшись на излишне трезвое окружение, от этой идеи папа вынужденно отказался.
- Только алкоголики пьют в одиночку, - заявил отец. А я подумала, что алкоголики и группами собираются тоже.
Это стремление выпить было мне совершенно непонятно. Никогда не замечала за папой стремления напиться, так что это предложение «отметить как следует», честно говоря, ввело меня в ступор. Ровно до того момента, пока я не поняла: отец очень хочет расслабиться и искренне порадоваться за свою дочь, но тревожные мысли не дают ему покоя. Похоже, мы с Колином очень не вовремя решили пожениться. Я сразу почувствовала себя ужасно виноватой. Колин заметил это, потому что сжал мою ладонь в своей.
- Всё хорошо? – шёпотом спросил он.
- Полный порядок, - кивнула я с улыбкой.
- Понятно, - Колин выпустил мою руку, и на мгновение я почувствовала разочарование. Но он тут же обнял меня за плечи, притягивая ближе к себе. У меня аж слёзы к глазам подступили. Какой же он у меня внимательный и заботливый! Я так его люблю!
Наконец, в столовую вошли Алекс и Леся в сопровождении Беллы и хитро улыбающегося Мика. Я по его лицу сразу поняла, что происходит что-то не то, о чём не преминула спросить.
«Вы что задумали?» - мысленно поинтересовалась я.
«Увидишь», - загадочно отозвался Мик.
Даже не знаю, как Колин, который знал своего кузена чуть ли ни с самого его рождения, не заметил эту хитрую ухмылочку на его лице. Наверное, в тот момент его больше занимало моё моральное состояние, чем выражения лиц наших друзей.
- А вот и вы! – тут же приободрился отец. Кажется, больше всех он был рад Лесе, которая могла снова связать его с моей мамой. – Давайте, присаживайтесь.
- Полагаю, надо представить вас друг другу, - опомнился Колин. – Эдгар, это Изабелла – невеста Мика. Белла, это Эдгар – отец Селены.
- И Киры, - тяжело вздохнул папа.
- Если хотите, я могу помочь вам прожить боль потери. Заходите на приём, - предложила Белла. Отец прищурился, разглядывая её. Лицо девушки оставалось спокойным и безмятежным.
 
- Сирена? – наконец, спросил он. Белла кивнула. – Что ж, тогда я бы от вашей помощи не отказался.
«Вы долго», - обратилась я к Лесе, пытаясь понять, причастна ли она к тому, что задумали наши друзья. Олеся невинно улыбнулась.
«Да так, были кое-какие дела, - увильнула она от ответа и поспешно перевела тему. – Думаешь, терапия поможет твоему отцу?»
«Не знаю. Хотелось бы верить, - вздохнула я, но быстро опомнилась. – Так, ты мне зубы-то не заговаривай. Что вы опять натворили?»
«А что мы могли натворить? Не так уж нас долго не было, знаешь ли. Десять минут туда, десять минут обратно и всё, время тю-тю», - Леся пожала плечами.
«Это вы весь этаж решили обойти, раз вам десять минут понадобилось на дорогу? – мысленно хмыкнула я. – Лучше сдавайся. Врать ты совершенно не умеешь».
«Ладно-ладно, - всё же уступила мне Леся. – Только не порть сюрприз остальным».
«Я могила», - мне пришлось постараться, чтобы зажевать рвущуюся наружу совершенно детскую проказливую улыбку. Теперь я отлично понимала Мика, который был не в силах сдержать свои эмоции.
«В общем, теперь тебе не нужно переводить наши диалоги Алексу. Сюрпри-и-из!» - сообщила Олеся.
«Да ладно! – ошарашенно выдала я. – Как так получилось?»
«Белла постаралась, - хмыкнула Леся. – Ты же сама заметила, что нас не было слишком долго для обычной дороги туда и обратно. Вот, теперь ты знаешь, что мы слушали пение сирены».
«Вау, - выдохнула я. – Всё-таки сила Беллы просто невероятна».
«Не то слово, - согласилась Леся. – Когда она первым делом при виде Алекса сказала, что может сделать так, чтобы он начал понимать наш язык, я была в шоке. Ну, и не упускать же такой шанс. Я подумала, что так будет легче для нас всех: и он, наконец-то, не будет чувствовать себя лишним в компании, и нам с тобой не придётся терять время, чтобы переводить ему суть разговоров. Надеюсь, ты не очень обиделась, что мы немного опоздали?»
«Конечно нет! – спешно заверила я её. – Даже мысли не было. Скорее папа хотел поскорее тебя увидеть… ну, ты понимаешь».
«Ага, - поморщилась Леся. – Знаешь, мне так не нравится эта ситуация. Я уже устала нервничать. Алекс предлагал поговорить об этом, а я… я как будто не уверена в том, что у мох переживаний есть смысл… ну, основания».
«Всё хорошо, - остановила я её поток сознания. – Поверь, мы все сейчас на взводе. Никто из нас не спокоен, так что это совершенно естественно. Просто выдохнем с облегчением, когда всё закончится. Будем жить себе долго и счастливо».
«Ага», - Олеся немного расслабилась. Её губы тронула лёгкая улыбка.
«И, Лесь… никто не делает тебя ответственной за возвращение мамы. Просто хочу, чтобы ты знала», - вместе со своими словами я послала ей импульс нежности и спокойствия.
«Спасибо, - кажется, Олеся действительно растрогалась. – Я тебя люблю».
«И я тебя, - совершенно искренне ответила я и поднялась со своего места. – Иди сюда, обнимемся».
Олеся обошла стол и сжала меня в крепких объятиях, уткнувшись носом куда-то в район плеча. Я обняла её в ответ, успокаивающе поглаживая по спине. Буся устроилась на моём свободном плече и обняла нас обеих крыльями.
- Это что за приступы нежности? – удивился Мик.
- Не мешай семейным разборкам, - цыкнула на него Леся, незаметно для остальных смахивая слезинку.
- Именно, - поддержала я. – У нас тут может драма происходит.
Когда мы с сестрой, наконец, разорвали объятия и разошлись по своим местам, я заметила нежную улыбку, тронувшую губы Алекса. Как всё-таки приятно знать, что даже если со мной что-нибудь случится, то у Леси будет тот, кто сможет позаботиться о ней.
«Олеся рассказала мне, что ты теперь понимаешь наш язык, - я мысленно обратилась к Алексу. – Очень рада за тебя».
«Спасибо, - кивнул Алекс. – Ваши разговоры оказались гораздо интереснее, чем я ожидал… но сегодня же твой праздник, так что не обращай внимания на меня».