Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
– Я ничего ей такого не показывал! – протестует Чепу: – то есть… она настаивала! И она говорила, что никому не скажет! И не будет смеяться! И… вовсе он у меня не маленький!
Акира поднимает бровь и смотрит на Джин. Джин делает вид, что ее тут нет. Акира некоторое время наблюдает за тем, как Джин внимательно изучает кучевое облако на горизонте, вздыхает, снимает очки и осторожно массирует переносицу.
– Аматэрасу, за что мне все это. – говорит она: – у меня же диплом с отличием, я же маг огня высшей категории, могла бы на Кибердайн Системс работать, в Северную Америку переехать, жить там в чертовой Калифорнии… а у меня здесь вот это все…
– Акира‑сан спрашивает насчет машин фон Неймана. – поясняю я для Чепу: – а что ты там Джин показывал другого – это уже вы сами между собой разбирайтесь. Ваши личные половые драмы Акиру‑сан не интересуют.
– А! – Чепу мечет извиняющийся взгляд на Джин, Джин его игнорирует, продолжая изучать небо: – сейчас!
Чепу склоняется над столом и ловко мастерит какое‑то существо, больше всего похожее на обезьянку, только такую, карикатурную – с развитыми верхними конечностями и маленькой головой, ноги очень маленькие, рудиментарные.
– Ноги ему не к чему. – поясняет он: – а руками он будет бумагу складывать. – он делает шаг назад от столика. Мы смотрим на результат. Бумажная горилла деловито устремляется к пачке бумаги, вытаскивает в сторону листок формата А4 и начинает его складывать. У нее получается не так хорошо, как у Чепу, но она продолжает с упорством и целеустремленностью самого Чепу в поисках ответа по родинке. И что с этой родинкой такое, думаю я, почему все так хотят знать, где она? Снова кошусь на Акиру. Она смотрит на бумажную обезьяну, которая мастерит себе подобную.
– Что за бумага? – не отрываясь от наблюдения, бросает Акира через плечо. Иошико открывает свой блокнот и смотрит туда. Морщится, пытаясь разобрать свои же каракули. Сегодня с нами нету Юки, которая обычно тенью следует за Акирой – у нее сегодня переезд от папы к нам домой, на квартиру, которую сейчас занимаем мы с Читосе и Читосе в этом ей помогает. Я увильнул от этой обязанности, так как присутствие бесстрашного лидера и идейного вдохновителя более приоритетно на полигоне во время опасных научных экспериментов и прочих маленьких шагов для человека, но гигантских скачков для всего человечества. Как же – машина фон Неймана в нашем Лагере для особо одаренных хулиганов, тут же надо срочно принимать меры, пока Чепу со Шлендрой мир не захватили и не начали требовать предоставить им вертолёт с бассейном и вечеринку с кокаином, или что там у них на уме.
– Бумага белая, качество «ААА», формат А4, производства бумажная фабрика «Папер Инк Джапан Корп», Киото. – говорит Иошико.
– Сколько у нас всего разных типов бумаги? – спрашивает Акира, поймав мой заинтересованный взгляд.
– Если считать с туалетной и картоном для поделок – то порядка пятидесяти. – отвечает Иошико: – но есть еще так называемая пластиковая бумага, вощеная, упаковочная и эти – прессованные листы из металлических опилок и размоченного картона, их Вереск помогала делать.
– Мда. – говорю я. Вот это и есть экспериментальная наука, повторение одного и того же с внесением изменений буквально по миллиметру, по миллиграмму и миллиджоулю воздействия. Что будет, если все, то же, но из туалетной бумаги? А из туалетной бумаги с ароматом персика? Никогда не понимал туалетную бумагу с запахом персика… это вообще для кого? Или вот пластиковая бумага – это ж и не бумага вовсе, а пластик, сможет ли Чепу с ней совладать? Или изобретение Вереск – влажный картон вперемешку с опилками, прессованный в листы и удерживаемый ее силой. Довольно интересный материал получился…
– Вот. – говорит Чепу, отошедший от стола и сложивший руки на груди: – вот.
– Неплохо. – маленькая бумажная горилла собрала свою копию и прекратила работу. Начала работать следующая – собирать еще одну. Целью этого эксперимента было определить, существует ли предел в поколениях собранных Чепу конструктов имени Неймана, и какой он? Когда Чепу собирает один конструкт – он же вкладывает туда магию, верно? Жаль у нас нет прибора, который измеряет магию, а сфера девушки с татуировками паутины из инквизиторов – слишком грубый инструмент. И не дадут нам ни инструмента, ни этой девушки. Они ж инквизиторские. В голове мелькает мысль соблазнить и захватить, сразу же отметается как волюнтаристская и идиотская, влекущая за собой множество негативных последствий.
Так вот – если при создании своих бумажных зверушек Чепу тратит магию, то нам интересно, на сколько хватит его магии? Понятно, что его жабки обычно живут пока не расползутся по швам – бумага все‑таки материал легко изнашивающийся. Но если он собрал один конструкт, а тот создал еще один, а тот, в свою очередь – еще один, то до какого поколения будет хватать его магии? Мы уже выяснили, что на два поколения хватает.
– И еще одна. – говорит Чепу, смешно перебирая ногами, словно жеребенок в стойле, шмыгнув носом и утеревшись рукавом толстовки: – третье поколение уже.
– Так. У тебя по прежнему есть с ними связь и управление? – спрашивает Акира. Бумажные гориллы отрываются от работы и встают по стойке «смирно», потом начинают барабанить кулаками в грудь, подражая Кинг‑Конгу.
– Хорошо. Продолжаем. – Акира глядит как горилла четвертого поколения собирает конструкт пятого поколения, а я украдкой смотрю на нее. Спросить ее про родинку? Или все‑таки подождать следующего раза, как у нее настроение будет? Настроение у Акиры бывает примерно раз в месяц, когда, как и положено любому офисному сотруднику в Японии – она позволяла себе выпить лишнего и … да, и все остальное тоже себе позволяла. И окружающим. Акира в такие минуты была веселой и очень опасной.
– Что ты на меня смотришь опять? – спрашивает она, не отрываясь от наблюдения и делая какие‑то пометки в блокноте: – только не говори, что ты с Читосе поссорился, я посредником в этих переговорах участвовать не собираюсь.
– Да не ссорился с ней! – говорю я: – откуда такие предположения?
– Много она для тебя делает, вот что. – говорит Акира и поправляет очки: – а ты все так, как будто так и должно быть принимаешь. Мог бы и внимание обратить.
– Да я обращаю… наверное. – говорю я и задумываюсь. Действительно, думаю я, Читосе всегда когда надо – под рукой. И чай всегда заварит и порядок наведет и вещи мои никогда не забывает в стирку отнести… и вообще. Неужели я не обращаю на нее внимания? Обращаю. Хотя если Акира так говорит… надо бы ее на свидание сводить. В кино, в торговый центр, куда тут парочки ходят? И подарок ей заказать какой. Даже знаю, какой – вон, попросить у Линды штурмовую винтовку, или там дробовик нормальный, а то тот, что мы отжали у «Антимагии» через раз клинит. А я говорил, что нельзя оружие на поле боя поднимать… я смотрю на стол и вижу, как бумажная горилла шестого поколения мастерит гориллу седьмого. Остальные стоят неподвижно, ибо есть такая штука как геометрическая прогрессия, а мы сегодня не так много бумаги с собой взяли.
Конечно, идеальная машина фон Неймана для завоевания необитаемых планет и формирования биосферы, для терраформинга – выглядит совсем иначе. Это какое‑нибудь стальное небольшое зерно, которое просто бросаешь в почву, а оно само зарывается и осуществляет поиск необходимых для производства материалов (а в идеале – имеет что‑то вроде синтезатора необходимых материалов из любых в наличии), и начинает самовоспроизводится. В той самой геометрической прогрессии. То есть, если одна такая машина может создать свою копию… ну скажем за месяц (пусть будет подольше), то на следующий месяц их будет уже четыре. За год – две тысячи сорок восемь таких конструктов. В конце следующего месяца их будет уже восемь миллионов триста восемьдесят восемь шестьсот восемь штук. И тридцать четыре миллиарда на исходе третьего года. Даже если эти машинки будут небольшие – нет такого строительства, с которым бы они не справились. Более того, можно подождать еще год. При этом – не требуется никаких затрат, никаких хлопот, ничего. Вы просто бросили зерно на землю и подождали. А потом, когда количестве конструктов достигнет необходимой для вас цифры, вы просто командуете им и делаете что хотите. Переворачиваете горы, перенаправляете реки, передвигаете континенты, захватываете Японию и объявляете всю землю на планете Святой Землей а себя – Богом‑Императором Земли. А тем временем = пока ждете – можете даже носу из Лазурного Дворца не казать.