Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
– Знаю. – Акира снимает пиджак и остается в белой блузке: – еще комплект формы есть?
– Как договаривались. – Майко кивает Иошико и та достает из‑под скамейки синюю спортивную сумку: – на всех вас.
– Спасибо. Переодеваемся. – Акира скидывает блузку, демонстрируя белый бюстгальтер и на трибунах сзади нас свистят и улюлюкают.
– Может в раздевалку пройдем? – предлагает Юки, кончики ее ушей заливает красный цвет: – все‑таки…
– В раздевалку никто не пойдет. Вообще с трибун никто не уходит. – командует Акира: – находимся тут. А то… – она не договаривает, но всем все ясно. Мало ли что сейчас может произойти с нами в раздевалке. Нам нужно доиграть эту Игру и вот тогда уже…
– Но… ай, ладно. – Юки возводит за нашими спинами ледяную стену и трибуны позади нас – разочарованно гудят.
– Не переживай, Юки‑чан! Я вас закрыла от всего стадиона! – пищит довольная Джин, тоже одетая в спортивный костюм. Красно‑черный.
– Никто вас не увидит! – продолжает Джин: – кроме нас!
– Это‑то меня и смущает. – бормочет Юки, торопливо переодеваясь. Я тоже скидываю рубашку и брюки и натягиваю спортивные штаны. Носки и кроссовки. Как‑то надоело босиком бегать по холодному бетону. Это вон, Акире все равно, а у меня ноги мерзнут.
– Что по игре? – спрашивает Акира, справившись с костюмом и затянув волосы на затылке в конский хвост: – кто первый – мы или Митсуи?
– Первыми они. – отвечает Майко: – против Митсуи будет какая‑то команда с севера какие‑то «Тамплиеры». Говорят, довольно сильная команда, играют в основном от обороны, у них два крепких щитовика.
– Отлично. – говорю я, садясь на скамейку и сдерживая дрожь в руках, адреналиновый откат, куда от него деваться, будет еще минут пять колбасить. В таком вот состоянии трудно сидеть, тебя тянет что‑то срочно делать, но надо успокоится, выдохнуть и начать анализ нашей ситуации. Выиграть соревнования в конце концов. Рядом надувает и хлопает пузырь жвачки Иошико, ловит мой взгляд, открывает спортивную сумку и тычет мне в руки упаковку влажных салфеток. Молча беру салфетки. Бело‑зеленая упаковка с красным крестом в уголке. Иошико кивает, указывая взглядом на мои руки. Точно, руки. Открываю упаковку и начинаю оттирать бурые, запекшиеся пятна на руках.
– А Линда где? – спрашивает Акира, поднимаясь на носочки и оглядывая стадион: – что с ней?
– Да пес ее знает. – пожимает плечами Майко: – и Нанасэ с утра исчезла куда‑то. Вместе с Питером.
– Точно. – щелкает пальцами Акира: – то‑то я думаю не хватает кого‑то. Нас не дисквалифицируют?
– Не должны. – говорит Читосе, проходя к нам. Она ставит перед нами поднос, на котором стоят полиэтиленовые бутылки с водой: – вот, сходила, взяла попить. Вы где пропадали?
– Они в аварию попали. – говорит Майко: – дорожные происшествия.
– Угу. – кивает Акира: – прямиком под его сестренку, она‑то нас и переехала. Вы знали, что Нанасэ – в Антимагии?
– Понятия не имела. – качает головой Майко.
– Как в Антимагии? – удивляется Читосе: – Нанасэ‑онээсан в Антимагии? А у кого я благословления просить буду?
– Я ж говорила – у меня. Усыновлю Сина и все. Точно в Антимагии? – спрашивает Майко.
– Рано делать выводы. – говорю я: – если она из Ига‑рю, то это могла быть и операция под прикрытием.
– Оборудование у них было аутентичное. – задумчиво говорит Акира: – так что я скорее склоняюсь к истинности утверждения, что Нанасэ работает с Антимагией, чем на переодевание.
– Но она же была за нас! – встревает Юки: – она же была против Инквизиции!
– О, так вы еще и с Инквизицией встретиться успели. – удивляется Майко: – богатое у вас утречко вышло. Теперь понятно, что вы все такие потрепанные. Живые то там кто остался? Или… – она метает на меня озабоченный взгляд: – ну вроде Нанасэ жива должна быть, Син не психует, сидит тихо, ручки салфеткой протирает. Значит все в порядке с его сестренкой… или это он ее грохнул? Типа – не доставайся же никому? Ревность братика к сестренке, а я то думаю, куда Питер подевался… и его он тоже? Кровожадный Син…
– Да, жива она, жива. У нас конфликт с Инквизицией вышел, а Нанасэ нам вроде как помогать прибыла. Опоздала правда. – бурчит Акира: – всегда опаздывает.
– … имя Императора объявляется Святой Землей! – гремит над стадионом голос, и я чувствую уже знакомые пузырьки счастья внутри, заполняющие все мое существо изнутри.
– Слушайте, а у кого‑нибудь из вас … такие, приятные ощущения при объявлении Святой Земли бывают? Ну, вот сейчас? – спрашиваю я и Майко недоуменно хлопает глазами.
– Если так подумать, то прямо сейчас я хочу есть. – говорит Юки: – мы же ели черте‑когда вообще.
– Мы ели двадцать минут назад. – говорит Акира: – завтракали вместе в этой закусочной, где ты два литра кофе выпила. Говорила я тебе – ложись уже спать.
– Надо же. – округляет глаза Юки: – а вроде вечность уже прошла. Все равно есть хочу. У меня метаболизм ускоряется, когда льда много делаю, а тут еще и под бурстом. И комары эти…
– А я хочу надрать кому‑нибудь задницу. – говорит Майко: – а что? Раз уж наша Снегурочка больше не ругается и задницы через слово не поминает, кто‑то же должен был это сказать? Радуйтесь, я избавила вас от этой необходимости.
– Я могу ругаться! – радуется Джин: – я много разных слов знаю!
– Охолони, отроковица. – опускает свою руку ей на голову Читосе: – а то так мы с тобой всю физику тут задницами покроем.
– Спасибо за развернутый ответ. – говорю я. Есть пища для размышлений – никто не чувствует ничего особенного, когда разворачивается полевой купол «Святой Земли». Что же тогда получается, я все‑таки голем Алой Стражи? Или – Твое Величество, как обзывает меня Линда? Существует ли третий вариант? Да, конечно, и третий и двадцать третий, все‑таки мы живем в вселенной вероятностей, может быть и генетический сдвиг такой, а может быть часть моей способности… много чего может. Но основных версий две – искусственно созданный биологический конструкт или родственничек. Ни тем, ни другим быть неохота.
– Приглашаются участники первого матча! – гремит над стадионом голос и на поле выходят «Тамплиеры» – трое мужчин в белых накидках с красными крестами на них. Напротив – встает одна девушка из Митсуи.
– Ты смотри что творят, засранцы. – шипит Майко: – одна. А ну как проиграют?
– Не, не, не, нам такого не надо. – вторит ей Читосе, подбираясь на скамейке: – если они проиграют, нам в финале еще и с этими драться.
– Не должны они зарваться, у нас договоренность с Хикэру‑доно.
– Старая клюшка совсем из ума выжила. – говорит Акира: – на соревнования такого уровня одного участника выставлять. Не дай бог Митсуи матч проиграют, нам проблемы в финале не нужны. Особенно – такие. – она кивает на поле, и я прикипаю взглядом к «Тамплиерам». Все трое складывают руки и воспроизводят последовательность печатей, двигаясь слаженно и синхронно. Над ними вспухают пузыри силовых полей, покрываются дымкой силуэты и дрожит воздух, словно в жаркий летний полдень над асфальтовой дорогой.
– Ни хрена себе. – присвистывает Майко: – вот что значит команда, заточенная под оборону. А какой тип соревнования?
– Дуэль. – отвечает Читосе: – без ограничений.
– Дуэль… да как эта девчонка такие щиты пробьет? – говорит Иошико, она обнимает Джин от избытка чувств: – смотри, мелкая, будешь потом вечером шоу показывать!
– Что? – удивляется Акира.
– Да у нее ж талант – она что видела, в жизни не забудет. – поясняет Иошико: – фотографическая память. Вот вечером и развлекаемся – показывает, что за день произошло… ну, с изменениями… – на последних словах Иошико чуть краснеет под внимательным взглядом Акиры.
– Талант, говоришь. – мурлычет Акира, смерив Джин взглядом: – что же… посмотрим…
– Читосе! – говорю я, повернувшись к девушке, сидящей рядом: – что‑нибудь новенькое про наших соперников удалось узнать?
– В архивах ничего. – отрицательно мотает головой Читосе: – но я взломала базу данных Национального Управления, лед там старый, на два поколения отстает, написала парочку червей, закинула через частную почту… там правда была защита от такой атаки, но стоило только выключить электричество в Токио на парочку минут, как…