Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
— В общем — забудь о моей просьбе. — сказала Майко: — забудь и все. Лучше спать будем.
— Погоди. — я поднял голову: — расскажи мне, что ты хотела. Если я могу это сделать, я сделаю. — Майко некоторое время колебалась, потом взглянула на меня, вздохнула, снова села по-турецки, немного поерзав из стороны в сторону, отвела взгляд куда-то в сторону. Некоторое время мы так и сидели — молча, стараясь не глядеть друг другу в глаза. Наконец она вздохнула и повернула свою голову, все еще не встречаясь со мной взглядом.
— Ты, наверное, уже знаешь, где твоя сестренка работает, верно?
— Угу. — кивнул я.
— Ну так вот. — продолжила Майко, глядя в пол: — есть у нас одна девушка, Читосе-тян. Недавно появилась в нашем районе, все честь по чести — к людям Джиро-сама обратилась и к самому старику на прием попала. Под защиту попросилась, хах. Дали ей защиту. А потом оказалось, что за ней люди идут… нехорошие. Но сильные. И за ними — большие люди из столицы. В общем, воевать из-за нее Джиро-сама не с руки. Но и отдавать ее туда — лучше уж самим ее в пруду утопить. Потому как ждет там ее… нехорошее ее ждет. Очень нехорошее. — она подняла глаза и встретила мой взгляд. Ее глаза были подозрительно мокрыми.
— А она хорошая девочка, Синдзи. Просто девчонка. И не заслуживает того, чтобы эти ублюдки ее насиловали и пытали на камеру, а потом на части разрезали и на органы продали. И сил у нас нет им противостоять… потому и прошу тебя помочь. Я понимаю, что ты и так натерпелся и … вообще просить об этом ребенка… но у меня нет другого выхода, а ты Синдзи такой … ну надежный что ли. И потом — с тобой у нас может получится. Предчувствие у меня такое, хах.
— Стоп. Что именно ты задумала? И как? — у меня было предчувствие что услышанное мне не понравиться. И точно. Сбиваясь со слова на слово, Майко поведала мне свой гениальный план и мне захотелось хлопнуть себя по лбу. Сильно, так, чтобы звон пошел. Ладно, что в плане был момент «ты же похож на девушку, наденем на тебя парик и никто не узнает», ладно, что план предусматривал выстрел в спину (мою спину, на секундочку!) из винтовки, с тем, чтобы потом официально и без всяких сомнений констатировать смерть, так все это еще и было изображено в лицах с гримасами и всем этим «а вот тут я в тебя бамц! И ты падаешь, вот так — эээаааууу…».
— Погоди. — сказал я, прервав Майко на полуслове, когда она показывала, как именно она оторвет всем головы уже после всего.
— Знаешь, Майко-сан, ты для меня во многом авторитет. Ты сильная, добрая и быстрая. У тебя фигура просто предмет зависти любой женщины и вожделения любого мужчины. Но! Ты, Майко-сан посредственно готовишь, плохо поешь, отвратительно водишь автомобиль и совершенно не умеешь в планирование и разводки. — сказал я и некоторое время любовался выпученными глазками Майко. Эх, подумал я, сейчас бы чайку хлебнуть, да сигаретку закурить, так не курит Синдзи-кун, что поделать.
— Ты чаю не хочешь? — спросил я у Майко, вставая: — потому что, чувствует моя душа, это у нас надолго.
— Чаю? — растерянно спросила Майко: — буду наверное…
— Ну вот и хорошо. — я прошел на кухню и поставил чайник. Некоторое время спустя мы с Майко сидели за столом, и я рисовал на листах бумаги, яростно чесал себе голову, расспрашивал Майко, вполголоса ругал ее за каждое «не знаю, Синдзи-кун», «не помню, Синдзи-кун» и «да не помню я, отцепись уже от меня!».
— Запомни Майко. — в очередной раз выслушав от нее «да зачем тебе это все нужно?!», сказал я и поднял палец к потолку, приняв позу седого мудреца в Храме Мудрости Под Листьями Лотоса: — запомни, никакой план не выдерживает боевого столкновения. Всегда будет какая-нибудь хрень. Кто-нибудь опоздает на место встречи, кто-то сломает себе руку. Или ногу. Кто-то, наоборот, приедет слишком рано. Таймер не сработает. Порох отсыреет. Собака будет лаять на место захоронения трупов. Появится свидетель. Противник будет слишком бдителен. И так далее. Закон Мерфи. Вот смотри, твой план не выдерживает никакой критики. Ты планировала переодеть меня в платье этой Читосе, напялить парик и во время обмена бесхитростно выстрелить в меня со спины, надеясь, что моя регенерация меня спасет, и в свою очередь — обмануть представителей этих людей свежим трупом?
— Ну… да. — Майко съежилась под мои взглядом: — а что не так то?
— Все. Для исполнителей подобного заказа важно установить не только факт смерти, но и объект, который умер. Ты что, планировала что они не подойдут к телу и не убедятся, что это Читосе-сан?
— Но обычно никто не проверяет близко…
— Это во время разборок не проверяют. А тут исполнителям дано задание убедиться. Кроме того у них задача — привезти Читосе. И я подозреваю, что задача звучит примерно так — живую или мертвую. А значит тело они заберут. А если вы попытаетесь им препятствовать, они заподозрят неладное.
— Пффф… — сдулась Майко: — блин… а я так все здорово придумала.
— Кроме того, я еще не уверен в силе своей регенерации и не факт, что я переживу пулю со сверхзвуковой скоростью в грудную клетку. Там повреждения от сверхзвука — ого-го какие. Гидрошок, все дела. Ты вообще знаешь, что такое гидрошок? Человеческое тело на восемьдесят процентов из воды состоит…
— А я думала ты бессмертный… — округлила глаза Майко.
— Я не знаю. Сам не знаю пока. Верю, что смогу один выстрел выдержать, но пока не знаю и проверять не собираюсь. Потому как если мы ошиблись, то на выходе у нас будет один мой труп и все еще не решенная задача по выдаче Читосе-сан. То есть в перспективе — два трупа.
— Извини, Синдзи-кун, я не знала… — повинилась Майко.
— Все-таки, ты иногда такая… — я вздохнул, глядя на нашу потупившуюся профессиональную и хладнокровную убийцу-метаморфа.
— Все, все Синдзи-кун, я поняла, проехали. — склонила голову Майко: — просто так хочется Читосе помочь.
— А что за люди ее ищут и почему? — спросил я.
— Черная Бабочка. — угрюмо отвела взгляд в сторону Майко.
— Эм… клан энтомологов?
— Какие еще энтомологи? — и Майко в нескольких словах объяснила, как я заблуждаюсь. «Черная Бабочка» — это логотип студии, которая снимает порнофильмы. При этом их фильмы отличаются особой направленностью, там не играют, а проживают каждое мгновение — именно так и звучит их слоган. Найти актрису, которая бы не просто умела сиськами на экране светить, а еще и палитру эмоций выдать как надо — сложно. А вот подписать контракт с наивной дурочкой, а потом изнасиловать на камеру, да еще и избить при этом — вот и пожалуйста, у вас никакого сценария не надо, никакой Станиславский не закричит — не верю! Потому что это правда. И играть тут не надо. Настоящие эмоции, попытки вырваться, отстоять себя, закрыться руками, отчаяние и ненависть, написанные на лицах — все это очень ценится на рынке подобного рода фильмов. Потому что у конкурентов — заранее написанный сценарий, актеры, которые с натугой изображают что срывают с актрис одежду, актрисы, которые пищат «ой, не надо пожалуйста» и «только не туда», а сами едва сдерживают зевоту. Даже через объектив камеры и экран телевизора видна фальшивость и ненатуральность. Поэтому «Черная Бабочка» — очень успешная и богатая студия. А после съемок натурального изнасилования с жертвами работают на месте — дают им деньги. Много денег. Утешают, мол так получилось, зато ты теперь с деньгами. Многие из девушек соглашаются молчать о том что произошло — и деньги есть, и в полицию идти стыдно. Вообще в Японии не приветствуется писать заявление об изнасиловании. Принять-то примут, но грязью по дороге с головы до ног обольют, так что обычно об этом просто молчат. Либо сами восстанавливают справедливость — к якудза, например, обратятся. Так что обычно изнасилованной и избитой девушке бросают пачку денег и вежливо просят заткнуться. Тем же, кто не понимает — угрожают. Поговаривают, что в самой «Черной Бабочке» есть подразделение, которое снимает полностью нелегальное видео со снафф контентом — и Майко думает, что слухи не врут. Читосе-сан же написала заявление в полицию и даже запись приложила — как оказалось, в этом ничего трудного нет, если кассеты с твоим изнасилованием продаются в особых магазинчиках в квартале развлечений. Да, на студии она подписала бумагу о неразглашении и деньги взяла, чтобы убедить начальство в том, что она их не сдаст. Но едва выбралась из этого ада — сразу же побежала в полицию. Дальше все понятно. Циничный я прекрасно понимал, насколько может быть коррумпирована полиция в квартале, где расположилась эта самая студия. Да у них в полицейский участок таких вот девушек наверное в неделю штук пять приходит. При всей своей наивности, Читосе поняла, что сделала ошибку и сбежала из участка. Уехала из Токио. Рванула сюда, на родину. Ее родители давно умерли, но ее семья когда-то была в неплохих отношениях с Джиро-сама, вот она и попросила у него защиты. В свою очередь «Черную Бабочку» крышуют какие-то очень большие люди в департаменте полиции, министерстве внутренних дел и правительстве.