Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

– Жаль. – грустит Майко: – я думала ты все можешь.
– Только в течение короткого времени и с момента как я осознала проблему. Возвращаться назад во времени я не могу.
– Жаль. – говорит Майко: – а то у меня пара мыслей была, в лотерею сыграть. Или ставки на лошадей делать.
– В казино я играла. Там короткий временной промежуток. – говорит Линда и поправляет локон: – теперь в большинство казино в Европе и Юго‑Восточной Азии меня и на порог не пустят.
– У нас плед есть в машине? – спрашиваю я, глядя на мирно посапывающую Вечно Молодую Луну и ее внучку. Замерзнут же.
  
Глава 40
 
Только убедившись, что сама Хикэру Митсуи и ее внучка Чиеко – находятся в безопасном месте, откуда довольно трудно выбраться, что как только они проснуться – меня оповестят – я позволил себе немного выдохнуть. Ситуация была близка к провалу, но с помощью Линды и предварительного мозгового штурма мы были готовы к нескольким сценариям.
– И все‑таки, страшная у этой старой клюшки способность. Жутковатая. Да и сама она… – поежилась Майко, садясь рядом со мной: – думаешь с ней удастся договориться? Она ж, если верить вашему анализу – очень сложная личность…
– Пока это только теории. Пусть и довольно правдоподобные – я вспоминаю, как мы проводили мозговой штурм в комнате для брифингов до операции.
‑ Если источники ничего не наврали. – говорю я, рассматривая фотографии всех бывших Хикэру Митсуи: – и каждая из них являлась одной и той же личностью, то вывод отсюда может быть только один – что она умеет менять тела. 
– К такому выводу пришел и наш аналитический отдел. – кивает Линда: – однако, думаю, что все немного сложнее и страшнее, чем просто обмен телами. Или временный захват тела. 
– Да, никто не стал бы жить в таком вот теле, если бы мог поменять его в любой момент. Насколько я понимаю, излишней сентиментальностью и гуманностью сама Вечно Молодая Луна не страдает. – говорит Акира, двигая пальцем фотографию пожилой женщины: – в конце концов, с их возможностями всегда можно найти или преступницу, обреченную на смертную казнь, или сумасшедшую. Если все‑таки есть моральные границы. 
– Да. – кивает Линда: – отсюда мы можем предположить… 
– Что она не меняется телами, а просто посылает текущую копию своей личности в тело, которое захватывает. – говорю я. Все становится на места. Вот почему она жила в теле старой женщины – даже если бы она сделала захват другого тела – в мире просто появилась бы еще одна Хикэру в другом теле, а она – продолжила бы доживать в этом. Но это означает, что каждый раз захватывая чужое тело – она как амеба – делится пополам. Копирует свою личность в новое тело. 
– Это страшно. – говорит Акира, немного подумав: – ведь это означает, что в случае с Намикадзе… она сперва подселила свою копию в его тело, а потом – осознав себя в теле Намикадзе Иору – совершила сэппуку. То есть эта она – совершила реальное самоубийство! Когда она делится, то она не знает, останется ли в старом теле, или она откроет глаза в новом теле. Значит – она была готова совершить самоубийство в любом случае. 
Мы молчим, осознавая жуткую способность Хикэру Митсуи и ее не менее жуткую готовность вспороть себе живот за интересы своего клана. Мысленно представляю себе, что я обрел такую вот способность, складываю вот так руки как Ино Яманака и – воу – уже в другом теле. Только Ино Яманака всегда могла вернуться в свое собственное тело, а я уже не могу, ведь я получаюсь не оригинальный я. Оригинальный я остался в своем теле, а я теперь – должен вспороть себе живот только потому, что это убедит окружающих держаться от меня подальше. Но ведь я умру на самом деле! Да, тут нужно иметь дух самурая, настоящий, а не то, что показывают по телевидению в вечерний прайм‑тайм. Каковы бы ни были обстоятельства, вынуждающие ее совершить этот поступок – для того, чтобы решиться на такое – нужны стальные яйца, без шуточек. И это только начало. 
 
– Страшно даже не это. – говорю я: – вы подумайте дальше. Ваши аналитики наверняка уже просчитаю этот вариант. – поворачиваюсь я к Линде: – а что, если весь клан Митсуи – это одна Хикэру‑доно? 
– Что? – некоторое время хмурит брови Акира, потом до нее доходит и она прижимает ладонь ко рту: – Аматэрасу, какой ужас… 
– Как не странно, но такой теории у нас нет. – качает головой Линда: – я слышу об этом в первый раз и только сейчас понимаю, что это логично. Придется нам пересчитать стратегию, исходя из этого предположения. 
– А я вот немного не понимаю. – сдвигает брови Майко: – о чем вы сейчас? 
– Если способность у Хикэру Митсуи – это не просто захват тела, а перенос копии своей личности в тело реципиента безвозвратно, то это значит, что она в состоянии наплодить кучу своих личностей в телах других людей. А теперь скажи мне, кому можно доверять главе клана, как не самой себе? И как скоро в твоем клане останутся только твои копии? Даже если предположить, что указанная способность нуждается в какой‑то там подготовке или материалах для ритуала – пройдет какое‑то время и вокруг будут только одни Хикэру Митсуи. – объясняет Акира. 
– Сандзюсан! – ахает Майко: – а я‑то думала, как она так много суперов вместе собрала! 
– Совет Пяти. – буркает Акира: – все пятеро. 
– Возможно – весь клан. Но не исключено, что и другие люди. В правительстве. В руководствах других кланов. Если подойти к этому с умом, то через некоторое время все население страны может быть копиями личности старой клюшки. – делает вывод Линда: – наши аналитики все же предположили, что Хикэру‑доно старается не привлекать внимания и не распространять свои копии в геометрической прогрессии. Был сделан вывод, что у ее способности скорее всего есть определенный лимит копий. Например – пять. Или – тридцать три. 
– Но точно вы этого не знаете? – утвердительно спросил я и дождался ее кивка. Не знают. Страшная способность. Если бы у меня была такая, стремился бы я захватить весь мир своими копиями? Вряд ли, ведь каждая копия – это личность, передавая ее в другое тело, я словно создаю новую жизнь, новую судьбу, а самое главное – это же все равно буду я. Командовать в бою своими же личностями, обрекая кого‑то на смерть, а кого‑то на инвалидность, уже непросто. А если вдруг – заселить весь мир своими копиями? Вовсе неинтересная и даже немного отвратительная мысль. Но что меня в этой мысли пугает? То, что в мире не останется ни одного человека, кроме моих собственных личностей, копий меня? Или то, что возможно однажды придется конфликтовать самому с собой? Это, как раз – вполне возможно, а уж я знаю, каким я могу быть отвратительным врагом. Аматэрасу, какой кошмар. Некоторые способности не должны существовать в этом мире. 
– Хорошо. – говорю я, некоторое время спустя, осознавая масштаб проблемы: – но что это говорит о ее личности? Какая‑то из ее личностей дожила до этого времени, прожив несколько жизней, или скорее – имеет воспоминания о нескольких жизнях, ведь ее нынешнему телу явно не так уж и много лет. Значит, ее личности в этом теле – тоже не так много лет, но эта личность имеет память предыдущих личностей – до момента копирования. Потом их жизнь расходится в стороны. Молодая Хикэру сидит у смертного одра старой Хикэру и видит, как та умирает, зная, что это тоже она. И зная, что однажды и она сама будет лежать на смертном одре, а ее копия в новом молодом теле – будет смотреть как она испускает дух. 
– Мурашки по коже. – говорит Майко: – эта тетка повидала дерьма. 
– И повидает еще. – киваю я: – и она … она на самом деле не бессмертная. И не вечно молодая. Она будет жить и стареть так же как и все, однажды передав свой опыт молодому телу и умерев. 
– Значит она должна быть фанатичкой. У нее должна быть какая‑то миссия, которая стоит всех этих смертей. – говорит Акира задумчиво: – я бы так долго не протянула.