Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

– Да я не против. – пожимает плечами Читосе: – если это поможет. Сегодня и встречусь.
– Хорошо. С этим все. – кивает Акира: – у нас новости, Син, Майко. Вчера пришли документы по первому состязанию. Наши противники – «Ангелы Аоки».
– Ангелы? – поднимает брови Майко: – символично.
– Как иначе. Это же шоу. – Акира кладет на стол бумажную папку: – тут данные о них, все что удалось узнать из открытых источников. Я запросила и закрытые данные от своих информаторов и … попросила помощи у гокудо.
– Опять к своему старикану ходила? – ворчит Майко: – что он тебе снова наплел?
– Я сотрудничаю с гокудо в рамках заключенного соглашения, не более. – сверкает очками Акира. В свою очередь замечаю, что раньше Акира всегда говорила «Джиро‑сама», а сейчас – «гокудо». Обезличено.
– Хватит. – говорю я. Не хватало, чтобы эти двое опять поцапались на почве взаимоотношений Акиры и Джиро. Несмотря ни на что, я считаю, что у нас с гокудо где‑то есть общие цели, союзнические отношения выше эмоций, хотя и мне пару раз хотелось его прибить и ему, я думаю, приходила такая мысль на ум. У нас даже последствия таких вот раздумий Джиро‑сама на складу у Читосе лежат. Целых четырнадцать кило. Это ж и заморочиться надо и специалиста вызвать, потому как такое убежище четырнадцатью килограммами завалить непросто – уметь надо. Размещать заряды в слабых местах конструкции, просчитывать обвалы… и то не уверен, что все бы получилось. Но попытка засчитана, да.
– Так вот. Первым этапом у нас будет гонка. Или бег с препятствиями. Что‑то вроде полосы препятствий с чек‑пойнтами. Вот. – Акира расстилает на столе схему полосы препятствий. Мы склоняемся над ней.
– Чтобы в голову себе не брали, сразу поясню, эта схема не актуальная. Это полоса препятствий с прошлых Игр, какая она будет в этот раз – нет информации. То есть, информация то конечно есть. Только она секретная и нам недоступная.
– Аа… вот это на схеме, обозначено – это и правда огнемет?
– Да, вот тут огнемет, здесь ров с крокодилами. Но крокодилы были не настоящие. – успокаивает нас Акира: – это биоконструкты одного из судей, намного более смертоносные. Разрывали всех в мгновение ока.
– Ого. – проникается Читосе.
– Да, так как это игра типа «гонка», то в ней участвуют все участники команды. – говорит Акира: – так что быть должны все. У Ангелов полный состав – десять человек. Силы самые разные, но костяк первой тройки стандартный – один брут, боец ближнего боя, один баффер и один дистанционник. В команде у них есть мастер‑артефактор, некто Ариг, бывший наемник откуда‑то из Ближнего Востока, два мага с пространственной магией – все эти ваши порталы и прочее. Один – Двередел, просто открывает двери куда угодно. Ну, или не куда угодно, но Ангелы пытаются сделать вид, что он прямо всемогущ.
– Видела. – кивает Майко: – реклама же по местному ТВ идет, как он одной и той же дверью то выход на пляж с девицами, то холодильник набитый «Джапан‑Кола» открывает.
– Да, это он. – подтверждает Акира: – с одной стороны хорошо, что не будет прямого боевого столкновения, а с другой – они неплохо приспособлены и для преодоления препятствий. Второй пространственник – может сам себя телепортировать, вроде нашей Сакуры, только адекватный и быстрый. Наша же… – Акира качает головой: – темная лошадка. Что‑то она еще на Играх выкинет.
– А придется участвовать полным составом, значит и она тоже будет на поле. – поджимает губы Читосе.
– А я вот верю в нашу розовую пони. – пожимает плечами Майко: – она, если дело до серьезного доходит – редко косячит. Скорее это уж о Питере надо побеспокоится. Тут, на схеме этой – очень крепкие ноги нужны, бежать нужно и прыгать кое‑где, а он на днях на коленки жаловался. И спина у него побаливает. Ты бы его полечил к матчу, Син?
– Подлечу. – киваю я: – только попозже. А то у них с Нанасэ‑онээсан как‑то уж больно быстро все завертелось. Мне сейчас он бодрый и здоровый не нужен, пусть у него денька два еще спина и коленки поболят, а то он мне мигом младшего братика заделает.
 
– А ты ему разреши Эрику‑тян приводить в убежище, и проблема мигом решена будет. – советует мне Майко: – она его знаешь как в кулаке держит. Хорошая девка, нам бы такую в гарем.
– Нет никакого у меня гарема! – отрицаю я: – и нам здесь только Эрики не хватало, кто бы это ни был.
– А никто про тебя и не говорит. – моргает Майко: – гарем – мой. Вы все в него входите. Акира – старшая жена. Читосе – любимая. Ты – страшненькая. Для разнообразия. Мелкие – на подхвате. Юки, Иошико и эта твоя мазохистка, мечта извращенца – Джин. У меня большие планы на поездку в онсэн после Игр, увидишь. Ай! – она хватается за макушку. Акира разминает ребро ладони.
– В любом случае. – продолжает Акира, как ни в чем не бывало: – нам нужно определится именно со способностями, которые помогут нам быстро передвигаться. Телепорты, ускорения, возможность наведения ледяных мостов через препятствия, уничтожение препятствий в конце концов. И всем – начать бегать! Учится преодолевать препятствия. Подтянуть физическую форму.
– А… это вот что на схеме? – тыкаю пальцем я в кружочек с надписью «Игрок А». Думаю о том, что размещать на схеме положение игрока, преодолевающего препятствия – по меньшей мере странно.
– Полосу мы и они преодолеваем на время. Не одновременно. По очереди. Три раунда, как обычно. А вот это… здесь на схеме обозначены игроки противоположной команды, которые во время прохождения нами полосы – мешают.
– Мешают? И какими именно способами? – перед глазами встали матчи на отборочных, высохшие тела, взорванные головы и прочие радости спортивной жизни суперов.
– Любыми. – пожимает плечами Акира: – кроме прямо запрещенных. В этом году запрещено… вот, список. Почитай. – она протягивает мне лист бумаги. Ага, вчитываюсь я, запрещена как обычно ментальная магия, с целью воздействовать на членов судейского жюри и наблюдателей, странно, получается на другую команду – можно? Запрещено переворачивать и искажать пространство более чем на десять процентов от текущего его состояния на начало матча, запрещено подкупать членов других команд, ага и такое тут бывает, оказывается, а еще…
– Девчата! И Син! – в комнату врывается бледный Питер: – Нанасэ‑онээсан!
– Что такое? – сразу же реагирую я. Вот, как знал, что эти их шушуканья по углам добром не кончатся. Она ж у меня наивная чукотская девочка, всему верит как в первый раз.
– Что‑то с ней не так! – выпаливает Питер: – не просыпается! – мы переглядываемся.
– Только не говори мне, что ты оставил ее спать одну… – говорит Майко и до мне вдруг доходит. Все это время мы терпим бытовые неудобства, расстилаем футоны в тренировочном зале и спим вповалку на полу – только потому, что Линда очень настоятельно советовала нам не спать поодиночке. Рядом со спящим всегда должен быть еще кто‑то. Неважно, спящий или нет, читающий, смотрящий телевизор, даже курящий – но рядом всегда кто‑то должен быть. Иначе – Грендель.
– Да мы и не спали! – оправдывается Питер: – мы… ну… – он кидает виноватый взгляд на меня: – а потом она попросила сока попить, жажда у нее была, а я пока ходил к холодильнику… вернулся, а она уже спит. Я думал – просто спит, а она не просыпается!
– Блядские Митсуи. – говорит Акира. Я не слушаю ее, я уже бегу по коридору. За мной Майко и Читосе. Врываюсь в нашу комнату, в комнату Читосе. Мы давно уже не обитаем в ней, спим же теперь вповалку в тренировочном, но они с Питером, видимо нашли место для уединения.
Нанасэ‑онээсан спит. По крайней мере так кажется. Она лежит на кровати, бледная и красивая, как Белоснежка, не хватает хрустального гроба и семерых карликов.
– Сестренка! Вставай! – тормошу я ее. Бесполезно. Прислушиваюсь к дыханию, кладу пальцы на сонную артерию, рядом с трахеей. Есть пульс. Жива.
– Надо Линду вызывать. – говорит за спиной Читосе: – она должна знать, что с этим делать.
– Это ж нарушение перемирия и иммунитета на период Игр! – рычит Майко: – пойдем надаем им по задницам. Ноги оторвем и в жопу засунем! Я знаю, где они живут в Сейтеки.