Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

– Надо сделать так, чтобы мы с ними только в финале встретились. – говорит Читосе: – по крайней мере время потянем.
– Это возможно. – кивает Линда: – с их репутацией и нашей … дурной славой, организаторы скорее всего так и сделают, чтобы мы только в финале встретиться могли.
– Почему это? – спрашивает с заднего сиденья Юки.
– Потому, что здесь главное – это шоу. Столкнуть двух потенциальных чемпионов в первых же раундах – это потеря рейтингов и интереса. Саспенс будут нагонять. Учитывая, что мы будем всеми ассоциироваться с Сумераги‑тайчо, которая уже легенда этого города, а Сандзюсан – будет воспринят болельщиками как наглые пришлые, которые специально спустились с Олимпа, чтобы надрать нам задницы – все захотят увидеть этот матч. – говорит Майко, закладывая руки за голову: – уверена, что администрация Игр сделает все, чтобы мы встретились именно в финале. Им же еще надо футболки продать.
– Футболки? – хлопает глазами Юки. Майко неожиданно развеселилась и повернулась к нам с переднего сиденья.
– Ну конечно, Снежка! Футболки! А ты не носила такую, бело‑голубенькую на прошлых играх? С надписью «Остынь!»? У меня даже дома парочка есть. Это ж твой бренд, Крио‑сан. А фигурки героини Крио, которые можно раздеть до трусиков? Кстати меня всегда интересовало соответствие фигурки и оригинала, так сказать… Акира, это видимо у тебя надо спрашивать – там все соответствует?
– Глупости какие. – говорит Акира, сосредоточившись на вождении.
– Ну да, ну да. Видела я твою, Юки, экшен‑фигурку у нее на журнальном столике. Уже раздетую кстати.
– Майко!
– Да ладно тебе, что за секреты между товарищами по команде!
– Это… это правда, Акира‑сан?! – Юки стремительно краснеет. Акира бурчит что фигурку ей кто‑то подарил, и она даже внимания не обратила, что Майко все преувеличивает, но вообще – фигура у Юки что надо и вполне соответствует.
– А плакаты? Видела я ваши фото в купальниках с прошлогодних Игр. Понимаю, нужно для пиар и все такое, но думаю, что тебе, Син надо бы такими себе всю комнату обклеить.
– Не надо! – жмурится Юки: – они неприличные!
– Да нету там ничего неприличного. Вы там с Сакурой в сплошных купальниках. И вообще – искусство в массы. Так я о чем – пока местные торгаши сувениров не понаделают и продажи себе не поднимут – никакого матча у нас с Сандзюсан не будет.
– Календарики. – вставила Читосе: – брелки. Ручки.
– Футболки, майки, кепки, повязки, банданы, заколки… – перечислила Майко: – это все бизнес. Поверить не могу, что ты денег с этого не получаешь, куда ваш Питер смотрит?
– Питер‑сан заключил контракт о сотрудничестве с местным муниципалитетом. – вдруг подняла голову Сакура: – согласно пункту 3.18 главы 4 все доходы от продажи merchandise, тематически связанного с брендом «Воины Сейтеки» – принадлежат муниципалитету. Взамен сторона обязуется способствовать продвижению указанного бренда в средствах массовой информации на территории префектуры в соответствии с приложением 2, являющимся неотъемлемой частью указанного договора.
Наступила тишина. Сакура оглядела нас, кивнула и снова положила голову Юки на плечо.
– Ну… – сказала Майко: – хорошо что вы больше не Воины Сейтеки. Теперь все доходы от продажи фигурок Юки в трусиках – будут наши!
  
Глава 13
 
– Я не могу это больше терпеть! – шипит Майко: – это невыносимо, это неудобно, это унизительно в конце концов!
– Вот‑вот. – поддакивает Читосе: – Син, ты должен с этим что‑то сделать! Это же узурпация власти, диктат и самодурство!
– Я тут новенькая. – говорит Иошико: – но и на мой взгляд это уж перебор. Особенно с зубными щетками.
– И нижним бельем! – встревает Майко: – это произвол!
– А что вы сами‑то ей не скажете? – спрашиваю я: – вот, и сказали бы – так и так, хватит уже, сколько можно.
– Скажешь ей… – бурчит Иошико. Она уже освоилась в коллективе и вполне себе может подать голос. Как говорит Майко – нашла свою социальную нишу. Нишу она нашла как раз между Майко и Юки, сидит и пышет праведным гневом.
 
– А мне даже нравится. – говорит Питер, поднимает голову, видит устремленные на него гневные взгляды большинства и поднимает руки: – но я не настаиваю! У меня просто вторая жена такая же была – все должно быть в порядке. Зато я на работу всегда в глаженых рубашках ходил. А Эрика‑тян вообще гладить не умеет.
– Твои половые драмы никого тут не интересуют – шипит Майко: – вы мне лучше объясните, почему я должна это терпеть?! Мне уже скоро тридцать лет будет, я взрослая женщина в конце концов! Мало того, что я свои вещи теперь стопкой у кровати складываю, цветные и черно‑белые – раздельно, так я еще и вставать должна в семь утра! Я всю свою жизнь положила на то, чтобы в конце концов вставать тогда, когда я захочу! А хочу я не раньше, чем в десять. Ну, девять, максимум.
– В самом деле, Син. – говорит Читосе: – когда она в гостях и недолго – ну, помнишь у нее депрессия по Джуну была – это один коленкор. А когда она считает, что тут хозяйка и жить с ней вместе – ну невозможно. Заставила меня промаркировать все зубные щетки, разложить пасты в алфавитном порядке и запретила мое лучшее белье одевать! А у меня другого приличного нет!
– Одевай неприличное. – шутит Майко, но тут же спохватывается, тема‑то серьезная: – а вообще Читосе права, Акира – она только в малых дозах хороша. Это как алкоголь, если немного, то весело, а как перебрал – так и проснулся утром в каком‑то мотеле с татуировкой тигра на жопе и филиппинской проституткой под боком. И трупом в ванной, да.
– А ты что скажешь? – поворачиваюсь я к Юки. Юки краснеет и говорит, что она тут новенькая и ее все устраивает. Вот бы еще вечерних перекличек не было, она потом долго заснуть не может, и Сакура пугается. Ее, Юки все устраивает, но требование Акиры носить приличное белье … немного смущает. Нет, не то, что приличное белье носить надо, тут она как раз с Акирой‑сан согласна, и то, что Читосе‑сан собиралась носить – вообще за гранью добра и зла. Ее, Юки, только немного, ну то есть самую чуточку смущает то, что Акира‑сан каждый раз требует это самое приличное белье ей показывать, по десять раз на дню, а это смущает. Чуточку. Совсем немного. Она, конечно и потерпеть может, но раз уж тут все высказывают…
– Вот! – торжествующе поднимает палец к потолку Майко: – все тебе скажут что это беспредел! Пора свергать эту самодуру, кто ее тут начальником назначил? Нанасэ – ты с нами? – сидящая с нами Нанасэ спохватывается, прекращает заполнять какой‑то кроссворд и говорит, что она в принципе с Акирой‑сан согласна, и то, что в тренировочном зале установили такие вот занавески, что Синдзи и Питер‑сан спят за ними – это очень хорошо. Плохо то, что некоторые тут умудряются раздеваться прямо перед этими занавесками, а свет так падает, что прямо театр теней получается. А Питер‑сан женат, ну или был женат… дважды кажется. И у него Эрика‑тян есть. Что до Синдзи, то для его неокрепшего организма и еще неустойчивых моральных принципов, такие вот спектакли – очень вредны. И могут привести к всякому. А она, Нанасэ – еще морально не готова внуков нянчить. И не думайте, что я не знаю, что тут без меня происходило – при этих словах Нанасэ пытается пронзить взглядом Линду, но получается откровенно плохо. Линда говорит, что то, что происходило действительно не является тайной и она может показать всем – как именно все происходило – если Син будет в настроении. Син в настроении, конечно же, но Нанасэ больно бьет меня по голове костяшками пальцев. Нельзя – говорит она, это только по любви, а иначе – будешь потом как Питер‑сан. Я задумываюсь и понимаю, что в моей подростковой жизни появился кумир. Хочу быть как Питер‑сан. О чем и говорю и еще раз получаю по голове. Майко говорит, что тема нашего собрания – Черная Метка, которую мы должны вынести Акире, а то еще несколько дней в этом аду и мы все будем через обруч прыгать и палку в пасти носить.