Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)
– На себе не показывают. – Горо убирает ее руку от лба, видит недоумевающее лицо Кеко и поясняет: – примета дурная.
– А… ну так вот. Те, которые еще стояли во время выстрелов – все получили по три пули. Две – в корпус, одну в голову. – Кеко больше не показывает на себе, она указывает на Горо. Горо вздыхает. На коллегах тоже показывать нельзя, думает он, эти молодые совсем ничего не понимают.
– Те, кто лежат – одна пуля, в голову. Те, кто стоят – три пули. Понятно, по лежачим – контрольные выстрелы. Сперва их контузило огненным шаром, а потом – Банг! – Кеко показывает выстрел, двумя пальцами, так, будто держит пистолет. Даже отдачу показывает.
– Горо‑сан, я когда в Токийском университете полиции училась, на курсах стрельбы преподавал один старый сотрудник. Говорят, он был наемником во всех конфликтах на континенте начиная с пятидесятых. Так он как раз рассказывал про такую вот манеру стрельбы. Так стреляют ганфайтеры, для того, чтобы так стрелять – нужны годы тренировки. Понимаете, Горо‑сан, если вот я из нашего револьвера выстрелю, я не смогу выстрелить сразу же после первого выстрела – его уведет в сторону и понадобится какое‑то время, чтобы восстановить линию прицела. А за это время – пусть даже это секунда или две – цель успеет сместится, например начнет падать. Каждая из этих ран – фатальна, но стрелок стреляет именно три раза по стоящему противнику. Это – рефлекс. – Кеко‑тян поправляет очки: – думаю мы теперь можем уверенно сказать, что в команду Франкенштейна (так теперь Кеко называла Сумераги‑тайчо) добавилась профессиональная убийца со стажем. Ганфайтер с опытом работы в горячих точках.
– Хм. – делает вид, что удивился Горо. Он давно уже пришел к такому же выводу, эта Кеко молодец. Он знает, что означают эти три выстрела по стоящему противнику. Стрелок привык работать по целям, которые защищены бронежилетами и шлемами. Потому, на случай, если не пробьет жилет – два выстрела в корпус, которые должны потрясти жертву, заставить застыть на месте, парализовать болью от сломанных ребер (кевларовый жилет держит пулю, но остаются синяки) – а потом – выстрел в лицо. Не в лоб, как лежащим, где стрелок не сильно торопился, выбирал место выстрела. Те, кто стояли – получили пулю в лицо. Там, где шлем не сможет защитить. И как правило – в глаз. Снизу, так, чтобы выходное отверстие было на затылке, уничтожив мозжечок.
А еще он знает, что для того, чтобы так попасть – нужно стрелять очень быстро, так, чтобы выстрелы сливались в очередь. Не так, как показывает Кеко – банг, банг, банг, нет. Бангбангбанг! – одним движением, одним жестом. Секунды, доли секунды, которые обычному человеку нужны чтобы сделать хотя бы один выстрел – а ей, этой новой наемнице в команде Черной Вдовы Сумераги – хватает чтобы сделать три выстрела. И не каждый пистолет на это способен. Но все это не имеет никакого значения, да. Впрочем – надо выслушать ее до конца.
– Так, о чем это я? – поднимает глаза вверх Кеко‑тян и спохватывается: – ах, да … таким образом мы подтверждаем наличие нового члена команды. Еще – в саду обнаружено тело некоего Мин Вана, разыскиваемого наемника мага с континента. Его уровень, согласно классификации СКПУ – тройная S‑ка. О чем это нам говорит? – задает риторический вопрос Кеко‑тян, а Горо вздыхает. О чем может говорит труп китайского мага категории SSS в саду поместья Джиро? Только об одном – что старый хитрец наладил‑таки отношения с триадой и приволок сюда целую бригаду бойцов и тройную эску, чтобы защититься от этой банды молодых волчиц. А еще это говорит о том, что молодые волчицы оказались сильнее. Сильнее мага категории три чертовых S! Да, все просто – в его городе, в его небольшом провинциальном городе вырос монстр. Потому что убить мага категории тройная эс – может только другой маг, категории эс плюс. А дистанция между категориями – гигантская. У меня в городе эска плюс – подумал он, покатал эти слова на языке. Слова отдавали металлом и кровью.
– Это говорит о том, что новый член команды, не только профессиональная убийца, но более того – убийца магов. Господина Вана, больше известного под псевдонимом «Мара» разыскивали вот уже почти десять лет. Из любой схватки он выходил победителем. А тут – выстрел в голову. Один. И… – Кеко пробежалась глазами по рапорту, который держала в руках: – и восемь – в тело. Из них семь – в сердце.
– Она хотела чтобы наверняка. – сказал Горо и почувствовал сухость в горле. Прокашлялся: – ясно. Что еще?
– Повреждения дома и сада нанесены в основном ударами плазменных нитей мага гокудо, некоего «Джуна», настоящие фамилия и имя неизвестны. Известно только, что он фактически являлся телохранителем старого Джиро. Я так рада, что Джиро‑одзи‑сама выжил. – говорит Кеко. Ее волнует этот старый пердун.
– Хотя выжить в центре битвы магов такой категории… удивительно что здесь не просто кратер с эпицентром воздействия… – говорит Кеко. Горо молчит.
– Ну так вот. Восстанавливая события, вечером команда Сумераги‑тайчо решила нанести удар по Джиро‑одзи‑сама. Однако старик был начеку и после того, как его люди в поместье стали умирать – он вызвал подкрепление в виде китайских наемников. Пока не подъехали китайцы – команда Сумераги успела устранить всю охрану особняка и Джуна, в результате их схватки и были нанесены все эти повреждения. Китайцы приехали на черном «Мерседесе», воткнулись в фонтан и принялись штурмовать дом. К этому моменту команда Сумераги была уже внутри здания и наемникам пришлось зайти в особняк. Они были обречены с самого начала. – Кеко повернулась туда, где догорал особняк, разрушенный ударами плазменных нитей.
– После этого, в дело вступил мистер Ван, последняя надежда Джиро‑одзи‑сама. Но и он был обречен. Новый член команды Сумераги, – убила его. После этого команда Сумераги почему‑то собралась и уехала. Вот тут я не понимаю. – хмурится Кеко.
– Знаешь, Кеко‑тян. – говорит Горо: – нам с тобой нужно поговорить. Давай отойдем в сторону. Они отходят от места происшествия, Горо поднимает желтую ленту с надписью «не пересекать! Работает СКПУ!» и гербом филиала СКПУ в Сейтеки, пропуская Кеко. Она наклоняется и проходит под лентой, он следом за ней. Они отходят в сторону – далеко в сторону, туда, где яркие проблески маячков полицейских автомобилей еле видны, в сторону от пожарных машин, в сторону от экспертов, от коронеров, от целой кучи людей, которые все что‑то делали на месте происшествия.
Наконец Горо остановился. Огляделся по сторонам, достал пачку сигарет и с облегчением закурил. Покрутил головой, глядя на Кеко.
– Что? – спросила она: – что случилось? Я же вижу, что что‑то случилось, Горо‑сан.
– Нам придется закрыть это дело. – сказал Горо, чувствуя, как сухой язык еле ворочается во рту.
– Что?! Но почему… мы же столько знаем! Мы можем наконец объявить эту Сумераги и ее злобных сучек в общегосударственный розыск! Мы можем натравить на них Антимагию! Им конец! Это же не спрячешь, это же… два десятка трупов!
– Стой. Стоп. Погоди.
– Но я!
– Стоп! – Горо поднял руку и Кеко наконец замолчала. Он выбросил недокуренную сигарету и глухо выругался.
– Хорошо. – сказал он: – Хорошо. Хочешь быть Шерлоком Холмсом? Давай. Давай продолжим твою дедукцию. Ты сама только что сказала, что последним рубежом обороны у старого дурака был только этот маг, тройная эска. Верно?
– Да… но…
– А теперь скажи мне, если вот эта команда вошла сюда с целью убить старого Джиро – как он пережил эту ночь, если маг лежит вот тут с пулей во лбу? Не знаешь? А ты подумай. Что должно было произойти, если после всего вот этого – штурма, десятков трупов, взрывов и пожара – команда Сумераги и гокудо Джиро – разошлись в стороны? Мирно? Погляди на следы – до того, как их затоптали эксперты – было минимум четыре машины и еще два десятка ребят из гокудо. Куда они делись? Они помирились. А разве такое бывает на этом уровне и после такой крови? Нет. Просто так не бывает. Есть только один случай, один вариант, который позволил старому Джиро все еще вдыхать воздух.