Синдзи-кун. Тетралогия (СИ)

После таких слов воображение так и рисует Атсуши, висящего где‑нибудь в парке на ветке с запиской «не оправдал ожиданий, опозорил род, в моей смерти прошу винить Синдзи». Не, не, не, он же самурай, они же не вешаются и никого не винят. Значит, сидит такой Атсуши‑кун со вскрытым животом и сизые кишки у него на коленках вывалились. И рядом – на рисовой бумаге, красивым почерком – хокку. Что‑нибудь типа «Облака на небе. Кишки на коленях. Обидно.»
Акеми‑тян, девушка‑мечта, начинает говорить, что надо ей. А ей вообще от жизни многого не надо, оказывается. Лишь бы рядом со мной быть (тут у меня глаз дергается). Потому как – у нее любовь, чистая и глубокая. Выше неба, глубже моря и все тут. А я ее обижаю, угрожаю изнасиловать… по‑всякому. Ей, конечно, стыдно, но она на многое готова. А у Синдзи дома – оргии – ябедничает она и глазки сидящих на диване сестричек Сато начинают нехорошо так блестеть. Юки внимания не обращает, Юки‑то знает, что у меня дома за оргии и почему вокруг меня столько женщин крутится.
И девушка какая‑то, в одном… практически ни в чем – говорит Акеми и Юки кивает в такт, знает она эту девушку, сочувствует моему горю, но помочь ничем не может, потому что Майко – это стихийное бедствие, упакованное в одну симпатичную девушку и если уж она решает у тебя дома что‑то сделать – будьте уверены – сделает.
– Ладно! – говорю я, перебивая Акеми: – ну, хватит. Ну вот не надо. Мы все знаем, зачем вы тут и что вам надо. Вот брат у тебя ближе к правде был.
– Ты думаешь, что я тебя обманываю?! – слезы на глазах. Я вздыхаю. Ладно, все по порядку.
– Акеми‑тян. Сперва мы разберемся с одной большо проблемой, а наши с тобой взаимоотношения – выясним потом. Идет? – она не совсем довольна такой формулировкой, но кивает. Идет.
– Хорошо. Вот смотрите – у нас есть замечательный способ вам помочь – говорю я Мацумотам. Мацумоты переглядываются. Они не понимают.
– Поймите, в этой ситуации я вас понимаю. Долг перед семьей, обязанности перед старшими, никаких внятных инструкций, одна ответственность. «Подружиться с Юки‑сама» – ничего себе задачка, а? – говорю я и лицо Атсуши принимает задумчивое выражение. Конечно, продолжаю я, вам фронт работ нарисовали, а ни инструментов, ни вводных нормальных, ни информации в руки не дали. Как искать и где добыть, то, чего не может быть? Хорошенькая задачка – подружится с девушкой, которую два года отпрыск вашей же фамилии третировал, да даже будь она дурочкой последней и то трудновато пришлось бы. А Юки‑сама у нас недаром Снежной Королевой зовется, не думали об этом? Нет? Школьные клички на пустом месте не даются. У той же Иошико в узких кругах прозвище «Бешеная Гяру» и она его оправдывает на все сто. А Юки… вы представляете себе Снежную Королеву – дурочкой? Мягкотелой и всепрощающей такой тряпочкой? Терпилой – если по нашему? Нет? И правильно. Потому как – не дура, и прощать не торопится. Да она всю вашу семейку еще с прошлого раза не простила и не факт что простит когда‑нибудь. Вырастет, начнет деньги зарабатывать – заработает на сумму долга бывшего, в харю дядьке вашему швырнет и может тогда у нее на душе полегчает. Но не точно, ага. Может Юки‑сама и злопамятной быть.
Тут мы прервались, окна открыли. Холодно стало в помещении клуба. Продолжили. Дали вам, братик и сестричка, задачу заведомо трудно а возможно и вовсе невыполнимую. А зачем дают заведомо невыполнимую задачу? – спросил я и увидел, как на лице у Атсуши и Акеми возникает понимание, как они обмениваются взглядами.
Вот. Невыполнимые задачи дают тем, кто должен облажаться. Вы там, у себя больше ситуацией владеете, вот и подумайте, зачем вашей семье, чтобы вы тут облажались? Кому это выгодно и кто эту вашу поездку сюда лоббировал. Знаю я, что не все просто в семейных кланах Японии первого десятка, да. (на самом деле ни хрена я не знал, конечно, но – мог предположить. Кроме того, такая фраза, сказанная с умным лицом и важным тоном – предполагает, что заявитель этого знает многое, но предпочитает молчать)
Юки хихикает. Снежная Королева и хихикает?! Юки закрывает рот рукой и хихикает, глядя на потрясенный лица брата и сестры Мацумото.
 
– Вот! – говорит она сквозь смех: – Вот! Не только мне он теперь мозги выносит! – снова смеется. Довольная. Выражение веселого злорадства на лице, мол получи, фашист гранату.
– Вы Сина не слушайте, он у нас иногда… такое говорит. – извиняющимся тоном доносится с дивана. Сочувствуют сестры Сато красавчику и красавице. Это Ая.
– Но так‑то он у нас умный… надо задуматься. – вторит ей Мико. Молодцы, сестрички.
Вздыхаю, потираю переносицу жестом Акиры (Акира делает это с усталой элегантностью, в духе – меня окружают идиоты) и продолжаю разговор.
– Вот теперь вам понятно, в какой вы ситуации? Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что. Вас подставили, ребята. Как ни крутись, а все на вас упадет и вы же крайние будете. Но! – поднимаю палец я: – вам несказанно повезло. Потому что я – на вашей стороне. И я, вам, ребята, помогу.
– А на нашей стороне кто? – задает вопрос Ая‑чан, поднимая руку, как школьница на уроке. Тьфу, она и есть школьница.
– Как кто – я конечно. И вам тоже повезло. Может быть, даже больше, чем им, но повезло. Вот смотрите – и я погрузился в объяснения. Что от вас требуется – завоевать доверие и дружбу, показать, что вы можете контролировать ситуацию. Что надо Юки – чтобы ее оставили в покое. Ну так у вас и цели практически схожие. Что значит ничего подобного? А я сейчас объясню. Ты, Юки – делаешь вид что дружишь и общаешься, передаешь им сведения о себе и своих занятиях, а вы в свою очередь отчитываетесь перед семьей что все чики‑пики и оставляете ее в покое, во все оставшееся время. Видите – мы союзники все тут. У нас нет врагов в этой комнате, просто люди, которые хотят выполнить свой долг. Что значит – нет, Юки? А ты думаешь будет лучше, если они будут за тобой реально следить? Или, еще хуже – наймут специалиста? Или, вот облажаются они и сюда других направят?
То то же. А вы? Ну что вы кота за хвост тянете, соглашайтесь, лучше условий не будет. Вы уже ногами в жир попали, не надо усугублять ситуацию, а так вы выполните «невыполнимую» задачу и всем в клане нос утрете. У вас же бешенное преимущество будет – вы с нами в сотрудничестве, мы ж под вас любую акцию сделаем. Ну типа ивент «Королева пригласила на чай» или там даже «Свидание с Королевой»! Ой. Больно, Юки‑сама, больно же, я просил не делать так. Ну не надо свидания, так и не надо, чего сразу болтом‑то.
И ты – говорю уже Акеми – надо будет отчитаться что повлияла, отвела в сторону от Юки, захомутала и делаешь что хочешь – так и пиши. Я и так в восхищении тобой, так что даже враньем не будет. А подойдут к нам независимые контролеры – так мы все подтвердим, все факты вашего самоотверженного труда на пользу клана и семьи. А это не одно и то же? Неважно. Я смотрю на собравшихся. Лица у Акеми и Атсуши ошеломлённо‑задумчивые. Юки сидит – довольная. Сестрички Сато – спокойные, им еще со стола убирать и посуду мыть. Где‑то звенит звонок.
– Перемена кончилась. – говорит Юки: – на урок опоздаем.
  
Глава 17
 
На урок мы опоздали. Немного, на пару минут, но здесь это чуть ли кощунство, попирание всех святых и сенсация. Тем более сенсацией было опоздание такой группы – свита Снежной Королевы, двое новеньких и «этот Синдзи». Так что Королева с сестричками получили свое первое замечание и порицание, новенькие – предупреждение, а я – отработку после уроков. Несправедливо и пристрастно, я считаю. Сатоми‑сенсей вообще к новеньким как к хрустальным вазам относится – даже не дышит в их сторону. Еще бы – круглые отличники и статистику класса поднимают. Не то, что я – опять неуд по истории.
Ну и ладно. Зато договорились об ненападении и сотрудничестве. Юки обещала, что примерно раз в неделю (как в настроении будет) – проводить пару часов с новеньким – в непременном присутствии блюстителей чести (думаю ей просто хотелось иметь кого‑нибудь рядом, чтобы не скучно было) – эдаких матрон при юной барышне. Кандидатуры матрон – на ее усмотрение. Конечно, вся эта активность целиком и полностью оплачивается из необъятных карманов семьи Мацумото.