По ту сторону (СИ)

— Кушай, кушай! — приговаривал он, щедрой рукой наваливая полную тарелку зеленоватых горошин и большой сочный кусок розоватого мяса. Сколько ни глядела Мора на него, так и не удалось определить, какому животному оно принадлежит.
Вновь пересчитав невест, Мора озадаченно склонила голову набок, забыв о еде.
— Что такое, милая? — наклонилась к ней хозяйка дома.
Повернувшись, она хотела было ответить и тут опомнилась, что никто так и не представил беловолосую женщину.
— Вчера нас было десять, — в смятении от своего открытия произнесла она.
— Нет, девять, — покачала головой та.
— Мы всегда приглашаем девять, — поддержал её Агний, ловко разделывая мясо.
— Но я точно помню, вчера было десять карет, — упрямо качнула головой сбитая с толку девушка.
— Похоже, кто-то вчера перебрал цветочного вина, — беззлобно пожурил её мужчина и, отставив в сторону высокий бокал, налил воды из хрустального графина.
Мора не решилась продолжать спор. Сконфузившись, опустила взгляд в тарелку, радуясь, что собеседники уже сменили тему разговора.
После завтрака все отправились в сад. Казавшийся бесконечным, он раскинулся на холмах, перемешав в себе цветы, плодовые деревья и ягоды. На дорожки то и дело выскакивали белки, что без страха принимали угощения с рук. Среди ветвей метались цветастые пичуги с необычными голосами.
Идиллию нарушал темнеющий на границе сада лес.
— Не ходите туда! — вдруг окликнула одну из девушек беловолосая.
Тут же рядом с невестой оказался кто-то из придворных и, мягко подхватив под локоть, вернул в толпу.
— Почему нельзя ходить в лес? — удивилась Мора.
Столько лет лес служил для неё пристанищем и укрытием. Если и есть где-то безопасное место, то в лесу. Машинально коснувшись мочки уха, она замерла.
— Там живет чудовище.
Серёжки, покрытые защитными знаками, пропали. С трудом заставив себя дышать спокойно, постаралась незаметно ощупать вторую мочку. Так же пусто.
— Чудовище?
Только сейчас она сообразила, что пропали защитные кольца.
— Да, — лицо придворного омрачилось печалью, — оно много лет бродит по нашим лесам, появляясь в неожиданных местах. Не стоит думать, что от него можно убежать или спрятаться. Оно не щадит никого: ни женщину, ни ребёнка. Там, где оно проходит, остаётся только смерть.
«Куда делось платье, в котором я приехала? — думала Мора, едва слыша собеседника. — Может, убрали в шкаф?» Там в хитро сшитых карманах хранилась соль и рябиновые ягоды. Защита, которой снабдил её Милко, исчезла в один миг, а она и не заметила.
  
Глава 5. В которой Мора, получает небольшой урок истории
 
Дворец готовился к празднику полнолуния. Съедутся все соседи, и для невест это возможность проявить себя. Когда сообщили о готовящемся событии, девушки изъявили горячее желание помочь с приготовлениями, но оказалось, что здесь их помощь не нужна. По мановению изящной руки беловолосой на увитых плющом колоннах распустились незаметные до этого цветы.
Освобождённая от дел Мора обыскала свою комнату и не нашла даже ниточки или ленты от старого платья. Всё, в чём она приехала, вплоть до нательной сорочки, пропало. Самое обидное: пропала тетрадь с карандашом, что купил на свои деньги Милко, чтобы она могла отмечать дни. Надеясь, что хозяева не слишком на неё осерчают, она сделала две засечки на стене за кроватью.
— Не уверена, что я хотела бы вернуться, — поделилась Маришка, — Что меня там ждёт? У папеньки нет денег на приданое, хорошей партии на той стороне мне не сделать.
Они проходили мимо куста с красными листьями, такими яркими, словно кто-то совсем недавно сбрызнул их кровью. Маришка сорвала листок и тут же бросила его на землю, запачкав руки в пыльце.
— Посмотри на меня!
Мора посмотрела. Маришка, девица лет семнадцати, из тех, о ком говорят: кровь с молоком. Ясноглазая, румяная, с толстой косой до пояса, в лёгких местных нарядах выглядела странно. Возможно, из-за непривычных одежд и причёски казалось, что ей чего-то не хватает.
 
— В первое же утро служанка украла мои веснушки, — указала девица на курносый нос. — И волосы раньше сильнее вились, а сейчас лежат идеальными локонами. Здесь я красавица, что выйдет замуж за принца, а там мне придётся стать приживалкой в доме брата. Нет, лучше я останусь здесь.
Не желая спорить, Мора улыбнулась.
Через кусты с алыми розами к ним спешила Зорина. Тёмно-синее платье бесстыже облегало каждый изгиб юного тела, блестя капельками росы из алмазов на подоле. Несмотря на откровенный покрой, оно шло ей не в пример больше, чем то розовое безобразие с бантиками, в которое нарядили девушку на смотринах. Чёрные густые волосы подобраны ободком из тонких прутьев, в центре которого сиял сапфир в цвет глаз. Совершенно не сочетаясь ни с платьем, ни с другими украшениями, выделялись золотые серьги — подарок родителей. После войны она, не будучи замужем, разродилась мёртвым ребёнком. Родители сочли за благо отдать её на эту сторону.
— Девочки! — протянула она к ним белоснежные тонкие руки. — Пойдёмте скорее, я кое-что нашла!
Схватив их за руки, Зорина утянула подруг в тень замка. Поросшая диким виноградом стена ничем не отличалась от десятка таких же, пока девушка не раздвинула стебли. Вместо белоснежного, словно горные вершины, кирпича, там оказался кусок мозаики.
— Как думаете, можно попросить очистить стену? — спросила она, убирая волосы за ухо.
На солнце блеснули золотые серьги. Мора завистливо ущипнула себя за мочку уха.
— Не знаю, они и так многое нам позволяют, — Маришка раздвинула ветви и, не рассчитав сил, сломала несколько стеблей.
— Вы ведь гостьи, — раздался бархатный голос за спиной. — Разве мы можем в чём-то вам отказать?
Из-за высокой клумбы к ним шёл Ксандр. Высокий, статный мужчина в зелёном камзоле с золотым шитьем. Отпущенные до плеч волосы цвета липового мёда подхвачены обручем.
Девушки поспешили поклониться. Он вышел к ним так просто и легко, словно местный садовник, а не хозяин замка. Лёгкий взмах руки, и дикий виноград расползся в стороны, открывая часть стены.
— Позвольте провести небольшой урок истории. — В уголках глаз его затаились искры веселья. — Прошлая наша правительница — или царица, по-вашему — правила так долго, что никто уже и не помнит, кто был до неё, или же ей очень хорошо удалось уничтожить даже саму память о прошлых правителях.
В центре фрески возвышалась угловатая фигура женщины с алыми, словно закат, волосами. Неизвестный мастер приложил немало стараний, чтобы передать отблески заходящего солнца в этих невероятных локонах. Голову женщины венчала корона — камень, из которого её выложили, настолько белый, что смотреть на него трудно, хочется прикрыть глаза.
— Звали её Лилит. Она желала зваться первой и единственной правительницей этой стороны и жёстко подавляла любое инакомыслие. Видите кристаллы в её руках? — В разведённые в стороны ладони вставлены розетки драгоценных камней. — Лилит предрекла, что мир умрёт вслед за ней от холода и тьмы.
Под пучком камней, в котором смешались дымчато-серые, фиолетовые и чёрные камни, стоял черноволосый мужчина. От него волнами исходила тьма, в которой художник изобразил умирающие растения. Под пучком белых, голубых и синих камней — женщина. Под её ногами замёрзшие животные.
Подойдя ближе, Мора смогла рассмотреть надпись под ногами Лилит. Похожие буквы нашлись и под ногами черноволосого мужчины, но сохранились только частично, символы под ногами третьей барышни оказались затёрты полностью.
— Это их имена? — спросила она.
— Да. Лилит Первая и Единственная, правительница этой стороны и матерь всех народов, — кивнул Ксандр, не глядя на фреску. — Имя тьмы оказалось утеряно, когда он исчез, а холод нам удалось победить, и мы сами стёрли её имя из истории.