Достоинства здравого смысла (СИ)
Возможно, окружившие нас люди в масках и понимали, что у их лидера не только крыша поехала, но и фундамент начинает активно откапываться с положенного ему от природы места, однако, тем не менее приказ они его все-таки взялись исполнять, атаковав без малейших колебаний. И первым в атаку бросился тот гигант, который был вооружен огромной боевой дубиной и тряпочку на свой морде явно носил лишь в целях сохранения приличий — перепутать его можно было бы разве только со слоном или каким-нибудь самоходным сараем. Ну как бросился…Шагнул. Качнувшиеся вперед полуматериальные силуэты двигались медленно и печально, будто являлись глубокими стариками, опасающимися порвать себе мышцы и сломать кости от малейших нагрузок. Вот только когда длина ног более-менее соответствует человеческому росту, то даже вроде бы полное ленивой неги приближение получалось вполне себе быстрым. Остановить такую тушу требовалось быстро и с гарантией — иначе бы она тупо втоптала в землю не меня, так моих спутников, когда перестанет наконец изображать из себя приведение, однако занятый перетягиванием каната с дампиром, упорно сопротивляющимся энергетическому осушению, я слишком уж сильно отвлекаться не мог. А потому решил пойти с козырей и просто швырнул в противника недавно обретенный посох, напоследок отдав команду: «Куси!» условно живому артефакту. И тот послушался! Непонятная растопырка, являющаяся то ли лапой, то ли все-таки пастью, окуталась разрядами энергии и словно увеличилась в размерах за счет нарастившей каждое острие маленькое молнии. Необычное оружие с яркой вспышкой вонзилось в кажущуюся полуматериальной грудь исполина, уже замахивающегося для сокрушительного взмаха и тот прямо на ходу завалился влево, накрыв собою еще парочку врагов, словно подрубленное дерево. Судя по тому, как мгновенно позабывший о битве громила принялся царапать собственное горло, слабея с каждой секундой, ему стало не хватать воздуха — а это служит вполне себе характерным признаком проблем с сердцем, видимо просто остановившимся из-за резкого электрического удара.
Пин выстрелил во врагов из арбалета, который непонятно когда успел изготовить к бою, и короткая толстая стрела прошила сразу троих! Одному бандиту вошла в грудь и вылетела из спины, второму просвистала через плечо и наконец вошла точно в лоб дампира…Чтобы в итоге глухо стукнуть об стену участка, оставшись все такой же девственно чистой — сугубо материальный снаряд так никого поцарапать и не сумел. Зато хлестнувшая парочку противников алыми разрядами Шана смогла остановить их и вырвала из глоток обнаглевшей преступности крики боли. К которым, миг спустя, присоединился и голос самой жрицы — подкравшийся с боку бандит на секундочку стал вполне себе материальным, всаживая в её пушистое плечо не такой уж и короткий загнутый кинжал.
— Когда они бегают или бьют, то уязвимы! — Оповестил я своих спутников, ненадолго оставляя дампира в покое и силой мысли проворачивая голову слишком расторопного бандита градусов на двести семьдесят. Хотел всего на сто восемьдесят — но побоялся, что представитель криминала может иметь повышенную подвижность суставов, помогающую пролезать во всяческие щели и решил немного перестраховаться. А вот когда фокус внимания переместился на другую цель, вооруженную сразу двумя короткими клинками, то с лица мужчины еле-еле удалось сорвать маску, поскольку большая часть моей атаки ухнула буквально никуда, так и не сумев хоть за чего-нибудь зацепиться. Но энергетическое осушение его достало и убило…Жаль только, лишь его одного, хотя я пытался растянуть атаку сразу на троицу относительно компактно стоящих разбойников. Впрочем, оставшаяся парочка, уже собиравшаяся потыкать пушистую девушку разными длинными вытянутыми предметами, намек в виде павшего под ноги товарища с будто взорвавшимися изнутри глазами осознали моментально, и упав на землю в эту же землю и просочились.
— Очень полезный, мля, совет! — Выругался Тырн, взмахом клинка заставляя еще одного бандита рефлекторно отшатнуться. Пусть противник был практически неуязвизм для меча полуорка, однако рефлексы человека взяли свое и заставили сделать все возможное и еще немного больше, лишь бы не оказаться на пути у полосы остро заточенной стали. Шана попыталась залечить полученную рану одной рукой и долбануть алым разрядом с другой, но не добилась успеха ни в одном из начинаний. Её рана не закрылась, пусть даже кровотечение вроде бы заметно ослабло, а заклинание впустую выбило фонтанчик земли и пыли перед ногами лишь на миг замедлившихся противников, уже взявших нас в плотное эфемерное полукольцо. — Только мы вот вряд ли сможем драться, когда нас уже зарежут!
В его словах был смысл. Пин швырнул разряженный арбалет в лицо одного противника, попытался отмахнуться клинком от второго, и в это время третий, зашедший парню во фланг, упал на колени и совершил глубокий выпад, вонзая короткий узкий клинок в ступню молодого наемника, занятого блокированием совсем другой атаки. Парень попытался переместить клинок вниз, дабы покарать обидчика, но тут же оказался вынужден дергать его обратно вверх, блокируя метнувшееся к горлу лезвие. А тем временем его нога, которую кромсали практически без помех, украсилась новой раной и кровь, текущая оттуда в весьма хорошем темпе заставила бы самого молодого члена нашего отряда быстро лишиться всех сил. Зато Зак, на которого насело сразу трое пусть никого и не убил, но ранить успел по меньшей мере троих, размахивая клинком словно взбесившаяся мельница и натуральным образом избивая своих жертв. Пусть полноценным магом риамец не являлся ни в клей мере, но какие-то начала волшебства были обнищавшему аристократу все-таки известны, и он сумел усилить свой меч аурой бледно-серого света. Защитный покров ослаблял режущее действие клинка, благодаря чему попавшие под удар бандиты оставались живыми и в общем-то даже целыми, однако судя по их воплям, близкое знакомство с данными контактными чарами оставляло просто ужасающую боль, продолжительные судороги и, кажется, то ли воспаление, то ли некроз.
Посох, успешно выбивший из игры здоровяка с его дубиной, шибанул разрядами молний еще парочку головорезов, оказавшихся к нему достаточно близко, причем со вполне пристойной эффективностью — корчащиеся на земле тела возможно были живы, однако немедленно встать и пойти в атаку явно не могли. Остальные бандиты, к сожалению, не являлись ни идиотами, ни мальчиками для битья и сумели быстро нивелировать подобную угрозу. Кто-то из них накинул на артефакт чего-то вроде аркана, явно предназначенного для обезвреживания всяческих волшебных существ или магов, в результате чего новые порции электричества лишь впустую скользили по толстой темной веревке, но в итоге никому не причиняли вреда. А меня тем временем компания из шести-семи головорезов, вооруженных не только кинжалами, но также секирами и даже чем-то типа алебарды собирались то ли зарубить, то ли вообще расчленить обрушившимися с разных сторон одновременными ударами, и потому перетягивание энергетического каната с вроде бы начавшим поддаваться потихоньку дампиром пришлось прекратить, принимая экстренные меры к спасению собственной жизни.
— Отступаем! — Скомандовал я, ломая в карманах сразу несколько батареек, сбивая с ног ближайших врагов телекинетическим импульсом, в который вложил едва ли не всю полученную силу и уклоняясь от ударов тех ублюдков, кто все-таки смог устоять. Это оказалась парочка бандитов, до того находившихся в задних рядах и орудовавших своим оружием из-за спин товарищей. Ближе всего к успеху оказался владелец алебарды, который колющим ударом смог немного зацепить мое лицо, распоров щеку стальным шипом на конце своего оружия. Очень хотелось показать ему, почему злить боевых магов — плохая идея, но практически сразу же пришлось приседать, спасаясь от свистнувшего в воздухе лезвия топора, крепившего к ну очень длинной рукояти. Кавалерийский вариант, позволяющий им махать прямо не слезая с седла? Путь к бегству у нас был только один — дверь магазина, которую я лишь парой минут раньше безуспешно пытался высадить плечом. Видимо атаковать, высунувшись по пояс из какой-нибудь преграды или просто из грунта, противник все-таки не умел — подобные фокусы закончились бы множеством посторонних предметов, внезапно оказавшихся внутри их организмов и, следовательно, внутри ограниченного пространства помещений мы получим хоть какое-то преимущество. — Внутрь лавки! На счет три…Три!