Иран. Полная история страны

К началу V века опоры государства Сасанидов изрядно расшатались. Среди знати распространились сепаратистские настроения, которые поддерживали зороастрийские жрецы, стремившиеся не к Добру, а к власти. Сам по себе распад государства был невыгоден духовной знати, но, с другой стороны, ей было выгодно любое ослабление власти шахиншаха. Можно сказать, что государство Сасанидов оказалось на грани раскола, для предотвращения которого Йездигерду I пришлось приложить много усилий. Любое своеволие, любое неподчинение приходилось карать строго и неукоснительно, вследствие чего Йездигерд I предстает в хрониках жестоким тираном. А «грешником» или «вероотступником» его прозвали из-за действий, направленных на ограничение власти зороастрийского духовенства.
Для правильной оценки личности «жестокого вероотступника» нужно учесть два обстоятельства. Первое – Йездигерду приходилось быть решительным, этого требовала сложившаяся обстановка. Второе – историю пишут образованные люди, многие из которых принадлежат к светской или духовной знати или же находятся на содержании у знати. Если знать недовольна правителем, то историки выставят его монстром. Для пущей объективности можно было бы сравнить мнения разных сторон, но, к сожалению, собственных историографов у Йездигерда I не имелось.
«Слабым местом» Йездигерда стало то, что его высшие сановники были представителями знати и потому способствовали укреплению власти шахиншаха лишь до тех пределов, которые были выгодны им. Сасанидские правители не додумались до простого решения, которому следовали представители Османской династии – надо было возвышать сторонних людей, целиком и полностью зависевших от расположения и воли правительства, а иранскую знать держать на расстоянии. Стремление Йездигерда к упрочению центральной власти его сановники использовали в собственных интересах. Выходило так, что ослабляя одни кланы, шахиншах тем самым усиливал другие. «Волы вертят головами, а повозка остается на том же самом месте», – говорят в подобных случаях иранцы.
Рис. из рукописи персидского эпоса «Шах-наме» («Книги царей»). Йездегирд, убитый ударом копыта «водяного коня». Ок. 1300–1330
Кончина Йездигерда, умершего в 420 году, окружена покровом тайны. Согласно легенде, шахиншаха убил волшебный водный конь, выскочивший из озера в тот момент, когда Йездигерд, совершавший поездку по стране, проезжал мимо. Серьезные историки, такие, например, как Прокопий Кесарийский, сообщают что шахиншах умер от некоей болезни. Но борьба Йездигерда с иранской знатью позволяет предположить, что смерть шахиншаха стала результатом заговора. В пользу этой версии свидетельствует и убийство старшего сына Йездигерда Шапура, который в 415–420 годах был правителем Армении. Узнав о том, что отец находится при смерти, Шапур срочно прибыл в Ктесифон и был там убит. Престол перешел к некоему Хосрову, представителю боковой ветви династии Сасанидов, но с этим не согласился другой сын Йездигерда по имени Бахрам, которого поддерживали правители Лахмидского царства, существовавшего в то время на северо-востоке Аравии.
Предание, которое сохранил для нас Фирдоуси, гласит, что Бахрам с арабским войском смог занять Ктесифон, но не стал поступать традиционным образом – казнить Хосрова как узурпатора. Он решил устроить выборы, в которых приняли участие 30 кандидатов, из них в конечном итоге остались только сам Бахрам и Хосров. Прекрасно сознавая, что знать будет не на его стороне (но зачем вообще тогда понадобилась эта затея с выборами?), Бахрам предложил оригинальный способ состязания – венец правителя положили между двумя львами, и победить должен был тот, кто сможет его забрать. Расчет делался на то, что немолодой Хосров не сможет справиться с таким заданием. Так и вышло. Хосров отказался подходить ко львам, а Бахрам забрал венец. Хосрова он отпустил с миром и богатыми дарами (трагические судьбы отца и брата явно научили Бахрама дипломатии).
 
Шахиншах Бахрам V прославился не победами над врагами, а искусной охотой на онагров, за что получил прозвище «Гур» [85]. В «Шах-наме» Бахраму Гуру уделено довольно много внимания.
 
 
Мужи! – сказал Бахрам. – Вам приходилось
 
Познать судьбы и милость, и немилость.
 
Мы все – рабы, а бог для всех един,
 
Он, только он – законный господин.
 
Я горе прогоню, добро посею,
 
Я не позволю действовать злодею [86].
 
 
Если уж говорить начистоту, то делами правления Бахрам V совершенно не занимался, и его можно понять, ведь охотиться гораздо приятнее, чем править. Не чурался Бахрам и других удовольствий, таких как пышные застолья и отдых в обществе женщин. Всеми делами в государстве заправлял вузург-фрамадар [87] («великий владыка») Михр Нарсе, возвысившийся еще при Йездигерде. Будучи рьяным приверженцем зороастризма, Михр Нарсе организовал гонения на христиан, которые спровоцировали войну с Византией, начавшуюся в 421 году. Эта война, длившаяся около года, закончилась «вничью».
Смерть Бахрама V так же туманна, как и смерть его отца. Вроде бы он провалился в глубокую яму вместе со своим конем во время охоты, но нельзя исключить и того, что шахиншах был убит заговорщиками из числа придворных.
  
Армения в составе государства Сасанидов
 
В 387 году, в правление шахиншаха Шапура III, Великая Армения, служившая «яблоком раздора» между Римом и государством Сасанидов, была разделена ими между собой. Западные и восточные окраины были присоединены к владениям сторон, а центральные армянские земли стали владениями вассальных правителей. В целом иранские приобретения вчетверо превышали римские, но люди имели бо́льшую ценность, чем земли, ведь земля без людей никакой прибыли не дает. Армянские князья-нахарары больше тяготели к христианскому Риму, нежели к языческому Ирану. Многие из них вместе со своими людьми переселились в Западную (Римскую) Армению, так что Шапуру III пришлось проявить дипломатичность. Он сделал правителем Иранской Армении аршакидского князя Хосрова, известного как Хосров IV, и обратился к ушедшим нахарарам с призывом вернуться обратно, который был ими услышан.
Золотой поднос с изображением Шапура III, убивающего тигра. IV век н. э.
Хосров практически сразу показал свой характер, управляя делами своего царства без оглядки на шахиншаха Шапура, а когда тот попытался призвать своего вассала к порядку, решил заключить союз с императором Восточной Римской империи Аркадием. В 392 году Шапур бросил Хосрова в темницу и поставил правителем Восточной Армении его брата Врамшапуха. В 414 году после смерти Врамшапуха шахиншах Йездигерд I вернул Хосрова на армянский престол, но тот вскоре умер, после чего Йездигерд усадил на армянский престол своего сына Шапура, о котором уже было сказано выше. Можно с уверенностью предположить, что возвращение Хосрова на престол было всего лишь прелюдией к воцарению Шапура. Многолетнее заключение сильно подорвало здоровье Хосрова и было ясно, что долго он не протянет.
В 428 году, при Бахраме V, Иранская Армения стала марзпанством – пограничной провинцией, управляемой шахским наместником. Разумеется, армянские князья (да и не только князья) восприняли это изменение негативно, поскольку оно означало полную утрату самостоятельности, к тому же часть земель армянского царства были включена в состав соседних областей. Перцу в похлебку добавило активное насаждение зороастризма, развернувшееся при сыне Бахрама Йездигерде II, который, в отличие от своего отца, активно интересовался государственными делами и в укреплении своей власти, подобно Ардаширу-основателю, полагался не только на меч, но и на религию. Прежде христиане воспринимались сасанидскими правителями в качестве неопасных для государства иноверцев. Однако после того, как римский император Константин Великий легализовал христианство и дал толчок его превращению в господствующую религию империи, христиан в Иране стали рассматривать как потенциальных пособников враждебного Рима. С точки зрения логики расчет на то, что зороастризм сможет крепко привязать Армению к Ирану, был верным, но следовало учитывать и разные другие обстоятельства, и, что самое важное, распространять зороастризм мягким, ненасильственным путем.