Темное наследие (ЛП)

— О, Ангел. Я более чем осознаю, что внутри тебя сидит маленький дьяволенок. Я хватаю ее за горло, и она вздрагивает, ее потрясенный вздох разрывает воздух. — Я видел его.
Ее бедра двигаются сильно, более настойчиво в ответ на мои слова.
— Ты был засранцем для доктора.
— Он хотел кое-что, что принадлежало мне.
— Деймон, он действительно, действительно этого не делал. Он был чертовски напуган тобой.
— Я знаю, мне это понравилось, — признаюсь я.
Она качает головой, отчитывая меня, но, вопреки этому, протягивает руки и расстегивает молнию на моей толстовке, обнажая мою изуродованную кожу.
Привычка заставляет мои мышцы напрягаться от потребности прикрыться, и в ту секунду, когда она отстраняется, ее глаза встречаются с моими, я знаю, что она это почувствовала.
— Никогда не прячься от меня, Николас. И в ответ я никогда не буду прятаться от тебя. Никогда. — Она наклоняется вперед, проводя носом по моему горлу. — Я хочу всех тебя. Хороших, плохих и уродливых. Темных, опасных и смертоносных. И все, что между ними. Твои шрамы меня не пугают, как и твоя тьма. Единственное, что меня по-настоящему пугает, это мысль о том, что ты отгораживаешься от меня, что я тебя теряю.
— Черт возьми, Ангел. Ты разрушаешь меня.
— Хорошо. Это чувство полностью взаимно. Итак, ты собираешься что-нибудь предпринять по этому поводу, — она снова покачивает бедрами, — прежде чем мы поднимемся в нашу квартиру и начнем нашу новую жизнь? Вместе.
В моей груди раздается одобрительный рык.
— Скажи это еще раз, — требую я.
— Вместе.
— Да, другая часть, — стону я, когда она продолжает давить на меня.
Ее брови сжимаются, когда она вспоминает, прежде чем гаснет лампочка.
— Наша квартира?
— Черт возьми, да. Наша.
Моя сдержанность разлетелась в клочья, я переворачиваю нас, укладываю ее на сиденье рядом со мной и стаскиваю леггинсы и нижнее белье с ее ног.
— Деймон, — кричит она в шоке, когда я натягиваю штаны на задницу, освобождая свой член.
Кончик блестит от всей ее шлифовки.
— Пожалуйста.
— Чертовски нравится, когда ты выпрашиваешь мой член, Ангел.
Закидывая одну из ее ног себе на плечо, я отрываю ее бедра от сиденья и резко вхожу в нее.
— Да, — кричит она, ее киска сжимается вокруг меня и пытается засосать меня глубже.
Черт. Мои глаза закатываются, когда я сжимаю ее бедра сильнее, прижимая ее тело ко мне, пока я не погружаюсь полностью.
— Да, да, — повторяет она, когда я кружу бедрами, задевая это сладкое местечко внутри нее с каждым вращением. — Трахни меня, Деймон. Мне это нужно, ты мне нужен.
Нависая над ней, я кладу руку рядом с ее головой, удерживая другой рукой ее бедро.
— Я никогда ни в чем не могу тебе отказать, Ангел.
Я сильно вошел в нее, и, если бы я не держал ее, она ударилась бы головой о дверь.
Прошлой ночью, когда я лежал там, прокручивая в голове все это безумное дерьмо и гугля, как сумасшедший, пытаясь подавить панику, это была одна из вещей, которые я искал.
С тех пор, как я вернулся, я не действовал с ней жестко. Мое тело было не в состоянии этого сделать. Но черт возьми, если я этого не хотел, и мысль о том, чтобы что-то сделать, причинить боль ей или ребенку, чертовски пугала меня. Но, прочитав о сексе во время беременности больше, чем я когда-либо думал в своей жизни, я понял, что, к счастью, мне не нужно сдерживать свою девушку. По крайней мере, пока нет. Возможно, у нее найдется еще что-нибудь сказать по этому поводу чуть позже. Но прямо сейчас она будет продолжать получать худшее — или лучшее, как она могла бы утверждать, — от меня. Потому что, черт возьми… Мне нужно было, чтобы она была чем-то свирепым.
Ее ногти впиваются в меня, царапая мои плечи после того, как я стягиваю толстовку с рук, когда я беру ее с дикой самоотдачей.
— Моя. Моя. Моя, — повторяю я с каждым ударом.
— Да. ДА. Деймон. Николас. Черт.
— Кончай на мой член, Ангел. Затем ты вернешься в нашу квартиру и начнешь наше совместное будущее с моей спермой, капающей из твоей киски.
— О боже, — хнычет она, ее влагалище сжимается на мне. — Я люблю тебя.
 
Садясь, я слегка меняю угол наклона и прижимаю большой палец к ее клитору. В ту секунду, когда я поворачиваю его, она взрывается, наполняя тишину подземного гаража своими криками по мне.
Еще три толчка, и я падаю через край, мой член дергается глубоко внутри нее, покрывая каждый дюйм ее тела мной.
— Черт, Ангел, — тяжело дышу я, падая на нее и заявляя права на ее губы.
— Мне нужен душ, — жалуется она, заставляя меня смеяться.
— Я уверен, что это можно устроить. Мне чертовски нравится принимать с тобой душ.
— Чтобы очиститься, Деймон, — возражает она. Я все еще внутри нее, так что не может быть, чтобы она не почувствовала, как я снова закаляюсь.
— Конечно. Мы тоже вполне можем это сделать.
Она смеется, но смех быстро обрывается, когда я провожу языком по ее губам и краду последний поцелуй, прежде чем позволяю ей снова одеться, и мы направляемся наверх.
— Знаешь, однажды Нико поймает тебя и убьет, — тихо бормочет Калли, когда мы рука об руку выходим из лифта и направляемся к нашей входной двери.
— Я бы хотел посмотреть, как он попытается. Я лучший солдат, чем он, положа руку на сердце, — уверенно заявляю я.
— Возможно, ты не захочешь, чтобы он слышал, как ты это говоришь.
— Сначала ему нужно было бы покинуть свою квартиру, Красавица.
Она замирает от моих слов, но точно не может спорить.
— С ним все будет в порядке, ты же знаешь. Мы не позволим ему утонуть, — уверяю я ее, пока мы идем по коридору в гостиную.
— Я знаю, я просто— Ее слова запинаются, когда мы видим кого-то, сидящего на диване, кто немедленно привлекает наше внимание.
— Дядя Дэмиен.
Когда он появился в ее подвале, сразу стало очевидно, что он не был шокирован, обнаружив меня там. И я знаю, что это не потому, что Тео позвал его на помощь.
У него, блядь, повсюду глаза. Он, вероятно, знал, что я планирую покинуть квартиру, еще до того, как я переступил порог.
Бьюсь об заклад, он, блядь, тоже знает, куда мы пошли и почему.
Мне было насрать, если Дэмиен узнает, что я нарушил приказ и ушел. Мы с Алексом устроили все так, чтобы все было как можно безопаснее и незаметнее. И, черт возьми, чтобы получить шанс увидеть нашу маленькую каплю и убедиться, что с Калли все в порядке, я бы сделал это снова не задумываясь.
— Что для тебя значат слова «Не покидать это здание, солдат?» — Дэмиен рычит, устраивая шоу.
Калли напрягается рядом со мной, явно немного напуганная маской Босса Дэмиена. На меня, однако, это подействовало не так. Я вижу легкость в его глазах. Это несерьезное предупреждение. Если бы это было так, я бы уже смотрел в дуло его пистолета. Или хуже.
— Смягчающие обстоятельства, — говорю я, притягивая Калли к себе и обнимая ее, защищая.
— Понимаю.
Калли прерывисто дышит, когда ее дядя подтверждает то, что я уже знал.
Хлопнув руками по коленям, он толкается, чтобы встать.
— Думаю, тебя можно поздравить, — говорит он с улыбкой. — Должен быть честен, малыш. Я не думал, что ты будешь первым, кто подарит нам наследника, но, полагаю, случались и более странные вещи.
Мои губы приоткрываются, чтобы ответить, но Калли опережает меня.
— Это не было запланировано, — выпаливает она.
— Как я и подозревал. Но все это происходит по какой-то причине. Мы с Селеной были ненамного старше вас обоих, когда узнали, что она ждет Тео. Быть молодым не всегда должно быть плохо. Я стал лучше в тот день, когда стал отцом, и я не сомневаюсь, что ты тоже станешь таким, сынок, — говорит он, не сводя с меня глаз.
Я киваю, благодарный за его слова.
— Но, — настаивает он, желая сохранить видимость закоренелого босса мафии, которым он и является, — если ты снова ослушаешься моих прямых приказов, ты можешь не дожить до того дня, когда это произойдет.