Темное наследие (ЛП)
— Или, по крайней мере, мы смогли бы это сделать, если бы ты не указал, как много места здесь сзади. Я мог бы уложить свою девушку на эти сиденья и— Хлопанье двери обрывает то, что, я уверена, должно было стать очень ярким описанием образа, который сейчас разыгрывается в голове Деймона.
— Ты подлый.
— Да, и Алекс лжец, — заявляет Деймон, шокируя меня до чертиков.
— Что?
— Только не говори мне, что ты не видела засоса у него на шее. Прошлой ночью он здорово потрахался. Чего я не могу понять, так это почему он этим не хвастается.
— Хм… интересно, — бормочу я, когда парень, о котором идет речь, опускается на водительское сиденье, красная отметина на его шее более чем заметна, теперь, когда я сижу позади него.
Мы молчим, пока Алекс заводит машину и выезжает из подземного гаража.
— Итак, как прошла вечеринка прошлой ночью? Есть какая-нибудь драма, о которой нам нужно знать? — Невинно спрашиваю я.
23
ДЕЙМОН
Я сижу рядом с Калли, пока врач, которому не повезло оказаться не на том конце провода, когда я позвонил в частную клинику, оплачиваемую Чирилло, ранее этим утром, проверяет ее и задает миллион вопросов о ее здоровье и дате последней менструации.
— Хорошо, значит, тогда ты почти на седьмой неделе беременности. И пока твои анализы крови в норме, с того места, где я сижу, все выглядит хорошо.
Каждые несколько секунд его взгляд перемещается с Калли на меня, как будто он беспокоится, что я в любой момент наставлю на него пистолет.
Слабак.
Стук в дверь заставляет его практически подскочить со своего места. Быстро извинившись, он подходит к нашему посетителю.
Калли сжимает мою руку в знак поддержки. Я не думаю, что для нее секрет, что мы здесь исключительно ради меня. Моя потребность знать, что все в порядке, что она здорова, что ребенку настолько хорошо, насколько это возможно, укутавшись в тепло ее тела, была всепоглощающей. Но уверенные слова доктора, даже если у него такой вид, будто он вот-вот наложит в штаны каждый раз, когда он так часто смотрит в мою сторону, помогают мне успокоиться.
— Ты в порядке? — спрашивает она.
— Да. В основном просто рад, что ему не придется принимать роды. У него нервы пугливого котенка.
— Оставь его в покое и прекрати пытаться напугать его до смерти.
Я пожимаю плечами. — Привычка. Плюс, он продолжает прикасаться к тебе.
— Серьезно, — шипит она, свирепо глядя на меня.
Неприятный писк наполняет воздух, прежде чем робкий доктор вкатывает в комнату аппарат.
— Еще очень рано, так что смотреть особо не на что. Но я могу сделать ультразвук, если хотите—
— Да, — рявкаю я, пугая его еще раз.
— Ладно, Калли, если хочешь, запрыгивай на кровать. Тебе нужно будет приподнять свой топ и опустить пояс.
— Деймон, — шипит Калли, когда мое неодобрительное рычание наполняет комнату.
Всего за несколько секунд она на месте, и доктор настраивает машину.
— Если ваши даты неверны, то мы, возможно, ничего не сможем увидеть при внешнем осмотре.
— Они не ошибаются, — уверенно подтверждает Калли.
— Хорошо, хорошо. Даже если так. Еще рано, так что мы просто посмотрим, как все пройдет. Если это не сработает, мы можем использовать внутреннее УЗИ.
— Внутреннее? — спрашиваю я.
— Да. УЗИ внутренних органов на этой ранней стадии может дать—
— Но ведь пришла бы женщина и сделала это, верно?
— О Боже мой, — бормочет Калли. — Не обращайте на него внимания. Не могли бы вы, пожалуйста, просто… — Она указывает на свой обнаженный живот, и доктор нервно сглатывает. — Надеюсь, до этого не дойдет.
— Это будет холодно.
— Ничего такого, с чем я не могла бы справиться.
— Похоже на то, — храбро бормочет доктор.
Я ерзаю на своем стуле, но крепкая хватка Калли на моих руках останавливает меня.
— Остынь, хорошо? — одними губами произносит она, когда доктор наливает ей на живот немного прозрачного геля, подозрительно похожего на смазку.
— Что это? — выпаливаю я.
— Это… э-э-э… ультразвуковой гель. Он на водной основе. Полностью безопасен как для мамы, так и для ребенка.
— Я знала, что это плохая идея, — бормочет Калли себе под нос.
— Ладно, давайте посмотрим, что у нас здесь есть.
Игнорируя меня, доктор прижимает пластиковую палочку к животу Калли и смотрит на экран, который мерцает черно-белым.
Итак, я не идиот. Я не ожидал увидеть ребенка или что-то действительно узнаваемое, но я ожидал чего-то большего, чем просто дымка.
— Ну вот и все, — говорит он с гордостью, как будто он только что выиграл гребаную Олимпиаду.
— Где? На что мы смотрим?
Он отводит палочку немного в сторону, и внезапно появляется черный круг, а прямо посередине находится—
— Это он? — Спрашивает Калли, ее голос полон благоговения.
— Да. — Он продолжает объяснять, что именно мы видим, но слова просто проходят мимо меня, когда я смотрю на маленькую белую каплю на экране, которая однажды станет настоящим живым ребенком. Половина ее, половина меня и чертовски много совершенства.
— Хотите распечатку?
— Да.
— Пожалуйста, — добавляет Калли. — Да, пожалуйста.
Он нажимает пару кнопок, прежде чем убрать палочку с живота Калли и поместить ее обратно в держатель. Как только принтер закончит работу, он аккуратно кладет фотографии на край кровати и поднимается на ноги.
— Что ж, если у вас нет больше вопросов, я могу оставить вас приводить себя в порядок, а затем вы сможете записаться на следующую встречу у Луизы на ресепшене.
— С тобой? — спрашиваю я.
— Прошу прощения?
— Следующая встреча, она будет с тобой?
— Все будет зависеть от нашего расписания, мистер Деймос. — Натянуто улыбнувшись и кивнув, он прощается с Калли и практически выбегает из комнаты.
— Это действительно было необходимо? — Спрашивает Калли, вытирая живот синей салфеткой.
— Позволь мне.
Со вздохом она опускает руку, позволяя мне привести ее в порядок.
— Что? Он хотел что-то вложить в тебя. Это моя работа.
— Иисус. Ты что-то нечто.
Обнимая ее поверх леггинсов, я смотрю ей в глаза.
— Моя. Помнишь?
Она смотрит прямо на меня в ответ. — Тебе нужно преодолеть все это, или ты никогда не справишься, когда я рожу этого ребенка.
— Акушерки и врачи все будут женщинами.
— Конечно, они будут. И это тоже будет 1922 год?
— Ты не смешная.
— Ты тоже. А теперь помоги мне спуститься, здесь безумно высоко.
— В любое время, Ангел.
***
— Наконец-то, — говорит Алекс, вскакивая со своего места в комнате ожидания, как только мы выходим. — Как поживает наш малыш?
В другом конце комнаты раздается горловое покашливание.
— Все выглядит хорошо, — говорит Калли, прежде чем Алекс забирает ее у меня и обнимает за плечи.
— Видишь ли, не знаю, из-за чего ты переживал, братан. У Калли в сумке это дерьмо, связанное с выращиванием ребенка.
Он направляет ее к более чем любопытной женщине, которая пялится на нас троих, практически доставая подбородком до пола.
— Нам нужно записаться на следующую встречу, — говорю я, игнорируя выходки моего брата.
— Эм… вы все т-трое?
— Черт возьми, да, я не пропускаю ничего из—
— Пожалуйста, не обращайте на него внимания, — говорит Калли, пытаясь оттолкнуть от себя Алекса. — Доктор Уилкокс сказал, что нам нужно записаться на другой прием для—
— Ваш двенадцатинедельный просмотр. Да, это прямо здесь.
— Ты идиот, — бормочу я Алексу, пока Калли и администратор обсуждают даты.
— Братан, это было слишком забавно. Она на самом деле думает, что мы играем с ней в одной команде.
— Да, разве ты можешь винить ее?
— Чувак, с каждым днем достучаться до тебя становится все легче и легче.
Я рычу на него, более чем готов уложить его прямо здесь, посреди заброшенной клиники.
— Ладно, дети. Мы почти закончили? — спрашивает Калли, договорившись о своей следующей встрече.