Темное наследие (ЛП)

К счастью, Ант, кажется, лучше понимает, где мы находимся, прежде чем взлететь, его ноги хрустят по сухим листьям и палкам под нами.
— Деймон, — шипит он в ту секунду, когда понимает, что я не иду, и я быстро — ну, настолько быстро, насколько кто-либо из нас действительно способен двигаться — следую за ним.
Каждый шаг причиняет боль. Палки и камни впиваются в подошвы моих ног каждый раз, когда я опускаю их, но от холодного, пронизывающего ветра каждая из моих травм болит еще сильнее, чем внутри.
— Черт, — рявкаю я, когда Ант обо что-то спотыкается, прежде чем рухнуть на землю передо мной.
Мне требуется все, что у меня есть, чтобы помочь ему встать на ноги.
Я едва могу разглядеть его черты, здесь так темно, но это не значит, что я не вижу боли в его глазах.
— Сколько еще? — Спрашиваю я, мое тело быстро сдается, и последнее, что нам нужно, это отключиться здесь. Мы так близко к безопасности.
Я так близок к Калли.
— По ту сторону леса, — говорит он глубоким от агонии и истощения голосом.
Обнимая его за талию, я не оставляю ему выбора, кроме как идти вперед.
— Мы выберемся отсюда сегодня вечером, — обещаю я ему.
Мы продвигаемся еще на несколько футов, прежде чем он снова падает.
— Я не могу. Мои ноги… мое тело…
— Ублюдок, — ворчу я, глядя на него сверху вниз. — Я, блядь, не оставлю тебя здесь.
— Просто иди, — шепчет он. — Иди и забери свою девушку.
— Не, к черту это, чувак. Не после всего.
С мыслями о Калли, заполняющими мою голову, я направляю каждую унцию силы и решимости, которые у меня есть, и поднимаю его.
Я едва могу двигаться с его весом, нависающим над моим плечом, но другого способа покончить с этим нет.
Мы выбираемся из этого вместе.
Несмотря на холод и дождь, когда я наконец пробираюсь сквозь заросли деревьев и замечаю старую черную машину, припаркованную в конце гравийной дорожки, по моей спине струится пот. Каждый вдох — это агония.
— Мы сделали это, — говорю я Анту, но ответа нет. — Ант?
Ничего.
— Черт.
Если бы ситуация была другой, я мог бы вздохнуть с облегчением, когда наконец опускаю его на заднее сиденье машины, но сейчас он без сознания, его грудная клетка едва двигается, а все тело дрожит.
Он впадает в шок.
— Черт. Черт.
Я делаю шаг назад, отчаянно пытаясь думать, но в голове чертовски мутно. Моя кожа горит, а сердце бешено колотится.
Он спланировал это, говорю я себе. Он сказал, что все было здесь.
Шаркая ногами по багажнику, я открываю его и чуть не рыдаю при виде лежащей там спортивной сумки.
В спешке я расстегиваю ее, обнаруживая целую кучу одежды и одеял.
Схватив две пары спортивных штанов и одеяла, я возвращаюсь к Анту, ставя его нужды на первое место.
Пытаться натянуть брюки на его ноги труднее, чем я ожидал, но вскоре я его укутываю, и, надеюсь, что ему немного теплее. Но ему нужна помощь. И она нужна ему быстро.
Натягивая вторую пару спортивных штанов, я открываю водительскую дверь и начинаю поиски ключа, который в конце концов нахожу в маленьком закутке под вентиляционным отверстием.
— Мы выбираемся отсюда, Ант. Я собираюсь помочь тебе. А потом мы вернемся и убьем этих ублюдков за то, что они с нами сделали.
Дождевая вода, пот и кровь стекают с моей кожи, пропитывая пояс позаимствованных брюк, но я не придаю этому значения.
Я сосредоточен на парне сзади, который прямо сейчас заслуживает моей помощи, и на моей девушке.
Я иду, Калли. Я, блядь, иду.
12
КАЛЛИ
— Деймон, — выдыхаю я, едва способная поверить в то, что я вижу.
Мое сердце бьется о ребра, когда я просто смотрю на него, мое тело движется само по себе, когда я убираю руку Алекса со своей талии и ставлю ноги на пол.
— Ангел—
Все происходит так быстро. В одну минуту он стоит там, весь в крови и выглядит так, словно его вытащили из ада, а затем он тянется к чему-то, к чему угодно, прежде чем рухнуть на пол.
— ДЕЙМОН, — кричу я, бросаясь вперед. Я перепрыгиваю через кофейный столик и падаю на колени рядом с ним. — Деймон, Деймон. Проснись. — Я обхватываю его лицо дрожащими руками, мои глаза отслеживают каждый порез и ушиб.
 
— Что происходит? — Сонно бормочет Алекс с дивана передо мной.
— Алекс, вставай. Ты нужен ему, — кричу я, паника наполняет все мое тело, когда Деймон остается пугающе неподвижным передо мной.
— Ему? Кому, что нужно?
— АЛЕКС.
Наконец, чистый ужас в моем теле прорывается сквозь дымку его сна.
— Черт возьми, что за— Деймон, братан. Какого хрена, чувак? — он лает, опускаясь рядом со мной и уставившись на своего близнеца с полным недоверием.
— Он просто… он просто вошел. Я проснулась, а он стоял там. Я не знаю… Я… Что с ним не так?
— Иисус, блядь, Христос. Я собираюсь позвонить маме, потом нам нужно уложить его в постель. Проверь, что он все еще дышит, — требует Алекс, выглядя таким же спокойным, как всегда, когда достает телефон из кармана.
— Ч-что? — выпаливаю я, и на меня накатывает новая волна паники.
— Просто сделай это. Мама попросит.
— Срань господня. Да. Ладно. Блядь.
Все мое тело дрожит, когда я наклоняюсь к обнаженной груди Деймона и прикладываю ухо прямо к его губам.
Щекотание его неглубокого дыхания, возможно, лучшее, что я когда-либо чувствовала в своей жизни.
— Да, он дышит.
— Тебе нужно немедленно приехать на квартиру Деймона, — рявкает он, как только раздается звонок. — Он… он здесь, и он в полном беспорядке, мам. Тебе нужно поторопиться.
Алекс несколько секунд ходит взад-вперед, прежде чем остановиться и пристально посмотреть на своего брата.
— Я не знаю. Он потерял сознание. Повсюду кровь и синяки, но он поднялся сюда, так что все не может быть так плохо, верно?
Он некоторое время прислушивается, пока мои глаза ищут все раны. Кровоточащие порезы на его груди и животе, темные кровоподтеки вокруг ребер. Трудно разглядеть все из-за количества засохшей крови и грязи, которые прилипли к каждому дюйму его тела.
— На полу в гостиной. Да. Да. Хорошо. Скоро увидимся.
— Что она сказала? — спрашиваю я в спешке, как только он вешает трубку.
— Пока мы не думаем, что у него что-то слишком серьезное, мы должны затащить его в постель.
— Он стоял там, Алекс. Он вошел. Не может быть, чтобы что-то слишком— Мои слова прерываются, когда рыдание вырывается из моего горла.
Алекс делает глубокий вдох, глядя на Деймона сверху вниз, как будто не может поверить, что он действительно здесь.
— Это не сон, не так ли?
Я шмыгаю носом, когда слезы тихо текут по моим щекам, капая с подбородка.
— Он здесь, Алекс. Он здесь. Он… — Я хочу сказать, что с ним все в порядке. Что явно не так. Но он жив. — Черт.
Нежно положив одну руку на живот Деймона, я опускаю голову на другую и рыдаю большими, жирными, уродливыми слезами облегчения.
Он здесь. Он…
Рука Алекса опускается мне на спину, когда меня захлестывает еще больше эмоций.
— Давай, ты нужна ему, Кэл. Сейчас не время ломаться.
Я шмыгаю носом и пытаюсь взять себя в руки.
— Иди откинь простыни, я возьму его.
— Ты в справишься— Но прежде чем я успеваю заговорить, Алекс подхватывает Деймона на руки и, пошатываясь, направляется ко мне. — Калли, — ворчит он, когда вес Деймона берет верх над ним.
— Черт, да.
Я бросаюсь вперед, откидываю одеяло и быстро взбиваю подушку, прежде чем Алекс опустит его.
— Что нам теперь делать? — Спрашиваю я, звуча и чувствуя себя совершенно бесполезной.
— Посиди с ним. Возьми его за руку. Дай ему знать, что ты с ним. Ты будешь нужна ему, — твердо говорит он, прежде чем выбежать из комнаты.
Мои губы приоткрываются, чтобы позвать его, но ни звука не выходит из моего горла.
Вместо этого я возвращаюсь к сломленному мальчику передо мной.
Я проглатываю очередной всхлип, когда разглядываю его.