Две вдовы Маленького Принца (СИ)
- Мог и пропустить мимо ушей. Тогда Дима был еще предвзято настроен против тебя. А ты даже здесь дедуктируешщь?
- Много свободного времени, вот я и осмысливаю случившееся, - пояснил Уланов, - вспоминаю, обдумываю, анализирую. Может, и нашим смогу помочь. Кстати, когда я чем-то занят, это помогает держаться в форме. Тут нельзя сдуваться, теперь я тебя понимаю.
Наташа вспомнила, как сама в СИЗО неустанно строчила письма, обращения и ходатайства, наводила порядок в камере, делала сложный комплекс армейской гимнастики, рисовала, читала книги из тюремной библиотеки и исправно отвечала на все письма, приходящие ей через ФСИН-Письмо. Она старалась максимально заполнить делами каждый свой день, чтобы не так томительно тянулось время в неволе. Это помогало ей не поддаваться унынию и верить в то, что справедливость восторжествует - надо только приложить усилия.
- Надо проверить компьютерщика, - решительно сказала Наташа. - А что, если он отскочил от кровати, куда только что сунул тебе флакончик из-под мышьяка! Димочку носом ткну, а то он без посторонней помощи и собственный зад в сортире не найдет.
- Извини, что перебиваю... Но каждый раз, когда я слышу от тебя или Фимы этот перл, хочется полюбопытствовать: зачем зад-то искать? Разве его можно потерять? - в глазах Виктора блеснула смешинка.
- Чтобы вытереть его.
Уже заводя "круизер" и выруливая на Колпинское шоссе, Наташа запоздало подумала о том, что не сказала мужу слов поддержки. И он при прощании так на нее смотрел, как будто ждал от нее каких-то слов... а она о них и не вспомнила. Или сам хотел ей что-то сказать, но раздумал. Недоумение, укор и что-то еще... И еще долго, до самой Фонтанки, Наташу преследовал образ разделяющего их толстого бронестекла в комнате свиданий...
***
Коган сумел отыскать координаты блогера Дона Эсторского, в миру - Егора Собакина, и теперь ждал его во дворе угрюмой облупленной "высотки" в Русановке. Наконец парень вышел из своего парадного, помахивая мусорным мешком и натягивая капюшон.
"Однако, неплохо, квартира с видом на воду, - насмешливо подумал Ефим. - Вот только не Нева, не Фонтанка, а всего лишь река Утка. Но это уж каждому свое! И немудрено, что он псевдоним такой звучный взял. Дон Эсторский звучит лучше, чем Гоша Собакин! Пока его не увидишь. Ну и дрищ кособокий!"
Блогер доковылял до установленных прямо напротив парадных мусорных контейнеров, забросил туда пакет и зашарил под баками, то и дело нервно озираясь. "Закладку, что ли, ищет? - догадался Ефим. - Или пять рублей потерял? Ладно, потом поищет. Я тоже не собираюсь весь день в Уткиной заводи торчать и помойкой любоваться... и нюхать!" - он вышел из своего могучего джипа, хлопнув дверцей.
- Егор Данилович, - окликнул он.
Блогер подскочил на месте, стукнувшись головой о "благоухающий" бак, вскочил и изумленно воззрился на солидного господина в дорогой куртке внакидку, вышедшего из огромной, как танк, машины:
- Вы ко мне?
- Если вы Собакин Егор Данилович, то да. Или господин Эсторский.
- Ну я. И чего? - занервничал парень, на всякий случай попятившись и упершись спиной в контейнер.
- Я адвокат Виктора Уланова, мужа Натальи Навицкой. Помните женщину, которой не понравилось, что вы ее запечатлели ночью около "Фрунзенской"?
- Ну... Не помню.
- А она помнит, как вы сверзились с самоката, удирая от нее, и разбили при падении телефон. Ну, а следователь после вашей видеозаписи, сделанной несколько позже в "Ашане" на улице Боровой, арестовал ее мужа, Виктора Уланова, по подозрению в убийстве... Из ревности.
- Кого замочили? - шмыгнул носом Егор. - Ее? - парень явно "включил дурачка".
- Нет, - пока еще терпеливо ответил Ефим. - Погиб человек, которого она посещала в тот вечер в театральном общежитии. Вы еще бурно радовались этому в своем блоге и оперативно скинули видео, где он за три дня до смерти беседует с моим подзащитным в зоне отдыха торгового центра, обратив при этом внимание следователя на то, что господин Уланов подозрительно долго нависал над пакетом с покупками потерпевшего, пока тот релаксировал в массажном кресле... Ну, вспомнили? - добродушно поинтересовался Коган. - Недавно же было. Эк у вас, молодых, с памятью беда!
- А я че, всех помнить должен? - окрысился "Эсторский". - Я многих для блога снимаю, у меня голова не безразмерная!
- И все тебя потом гоняют, как зайца, по всему городу? - сощурился Ефим, которому надоело слушать это мычание и увиливания. - Попал ты, бро, как кур в ощип. Следователь заметил, как ты буквально из невыразимых вылазишь, пытаясь подставить Уланова, и решил узнать, при каких обстоятельствах ты сделал компрометирующее видео. Ты за потерпевшим хвостом толкался по всему торговому залу. И что ты в "Ашане" делал? Да еще на Боровой? За покупками пришел? Неблизкий свет. У вас тут, как я успел по дороге заметить, свои магазины наличествуют, зачем было через полгорода переть?
Видеозаписи действительно были. И на многих из них можно было различить мелькающую поблизости от Томилина в огромном торговом зале тощую вихляющуюся фигуру в том самом сером капюшоне, который сейчас красовался на голове Собакина.
- А возле стола видно, что вы разговариваете, - дожимал потеющего от испуга парня Коган, - коротенько так, словечком перекинулись, но ведь чтобы укольчик через одежду ширнуть, секунда нужна! Долго ли умеючи.
- Да не разговаривал я, - вытянулось лицо у блогера, - ну, корзинкой его задел, когда выходил, он на меня зыркнул, а я ему говорю: чего, мол, на проходе расшеперился. Ну и все. А потом вижу, он с тем чуваком чего-то трет. Ну и заснял. Не колол я его!
- А на видео может именно так показаться, - почувствовав слабину собеседника, Ефим уже без всякой пощады давил его. - Сам видишь: Уланова посадили за то, что он к пакету наклонился. А на бутылке-то из-под воды, которая сверху лежала, проколов не найдено! - цокнул языком адвокат. - И следов яда - тоже! Значит, можно предположить, что яд потерпевшему вкололи в тело, через одежду. То-то он и вздрогнул на видео! Бедолага, даже не понял, чем его так кольнуло!
- Я че, уколы делать умею? - побелел Собакин. - Я вам че, врач, че ли?!
- Не врач. Но уколы делать умеешь! - припечатал Ефим. - В диспансере на тебя давно карта есть, и ты у них в прошлом году дважды под капельницами лежал с передозом. И чтобы дома не заметили, научился так ловко делать уколы, что синяков не остается. И в отделении местном тебя тоже уже хорошо знают, сколько раз в притонах при облавах задерживали никакого! Думаешь, я о тебе справки не навел? И следователь со мной на этот раз согласен, ему и самому интересно, что это за пташка такая ему про Уланова начирикала!
Он уже отбросил дурашливый и нарочито-добродушный тон, беспощадно зажав в жесткие тиски чуть живого от страха, серого, как капюшон заношенного худи, блогера.