Две вдовы Маленького Принца (СИ)
Потом она снова урезонила себя за повышенный интерес к чужой жизни и снова появившийся вопрос "Сколько же ему лет?"
Они проехали мимо арки Московских ворот, за которой начиналась вторая, более новая, современная часть проспекта. Наташа и Вячеслав молчали. Снова пела "Агата Кристи", о "любви, как на войне", где герой в сердцах бросает девушке:
- ... Я сказал: «Успокойся и рот закрой.
Вот и все. До свидания, черт с тобой!»...
- И зачем держаться за отношения, если они уже дошли до такой стадии, - нарушил молчание Томилин, блеснув зеркальными очками. - Хотя, не мне об этом судить...
- У нас с мужем прошлой весной так было, - вздохнула Наташа, - уже на десятый день "намоизоляции" мы едва выдерживали общество друг друга. Знаете, иногда готовы были вместо "доброе утро" в пеший тур друг друга посылать.
- Мир сильно изменился за эти полтора года, и скорее всего, не в лучшую сторону, - Томилин все еще не снимал очки, хотя солнце за окном давно ушло за облако, и Наташа догадалась, что за зеркальными стеклами артист прячет красные от слез глаза. - Люди стали нервными, подозрительными. У кого-то распалась семья, кто-то потерял бизнес; лишился работы. У моей старшей сестры в Новгороде магазин одежды еле удержался, а кто-то не смог оплачивать аренду неработающего помещения... И мы несколько месяцев сидели без работы. Было тяжело. И в моральном плане - тоже. Одно дело - играть спектакль для зрителей и чувствовать реакцию зала, и совсем другое - перед пустыми рядами и видеокамерой.
- Да, как бы сейчас ни пиарили прелести дистанта, лучше живого общения ничего нет, - Наташа остановила машину на светофоре около поворота на улицу Алтайскую. Неподалеку, на соседней улице Ленсовета, живет бабушка Уланова. А на проходящей поблизости улице Типанова снимает студию Ольчик. - Не знаю, кому и зачем понадобилось разворачивать эту вирусную эпопею с ее масками, дистантом и санитайзерами, но разобщить людей им удалось. Теперь в ходу слова "оставайтесь дома", "соблюдайте дистанцию", на человека без маски или ненароком чихнувшего волками смотрят... В войну люди сплотились, чтобы одолеть врага, а сейчас как улитки, каждая в свою скорлупу забились... Помните притчу о венике? Как отец сначала попросил сыновей сломать веник, а потом развязать его и переломать прутики по отдельности?
- Да. Так он дал понять сыновьям, что они должны держаться вместе.
- Вы курите, Вячеслав? - спросила Наташа, потянувшись к пачке "Эссе" с ментолом на приборной доске.
- Нет, бросил несколько лет назад.
Наташа убрала руку.
- Да я нормально отношусь к тем, кто курит, - заметил ее взгляд Томилин. - Понимаю, что курильщику тяжело выдерживать долгое время без сигарет... Сам раньше много курил.
Наташа открыла со своей стороны окно и закурила.
Вдали появились блочные многоэтажки Купчина, над которыми возвышались высотные новостройки свежеиспеченных микрорайонов города.
- Колпино, Шушары, Мурино, - заметила Наташа. - Раньше это были деревни или поселки. А теперь - городские районы, и там уже строится метро.
- Раньше и Черная речка была далеко за городом, - ответил артист, - а сейчас это чуть ли не центр... Я это понял, когда искал жилье в Питере и узнавал стоимость аренды...
За Купчино вдоль трассы потянулись противошумовые щиты, защищающие жителей новостроек от постоянного гула автострады.
- А вы хорошо водите машину, - заметил Вячеслав. - Впервые вижу женщину, которая так умело управляет внедорожником.
- В армии я водила БМД и БТР, а "круизер" от них мало чем отличается.
Город закончился. Потянулись лесополосы, луга, озера и реки Ленобласти, опрятные деревеньки и редкие поселки городского типа. Чтобы срезать путь, Наташа выбрала маршрут, позволяющий миновать попутные города - Гатчину, Волхов и Тосно. Возле городов часто бывают заторы; в городской черте приходится снижать скорость, а она хочет сэкономить время.
Навигатор, тихо мурлыкая, напоминал ей, где нужно повернуть, где - миновать платную трассу; предупреждал о пробках, ДТП и постах ГИБДД.
- Вы знаете, - сказала Наташа, когда они заехали на заправочную станцию на границе двух областей, - одна моя родственница даже ругается с навигатором, когда едет куда-то со мной или с моим мужем. Навигатор говорит "поверните налево", а она отвечает: "Что еще придумал?! Тут всегда направо поворачивали!", - она вышла, чтобы наполнить бак, и увидела, как за спиной, над лугами бывшей Ингерманландии, растекается молочный туман, а впереди, над Новгородской областью, небо незабудково-синее, с редкими белыми облачками. - Бабушка моего мужа, коренная ленинградка. Город знает, как свои пять пальцев. И с Алисой и Гарфилдом часто дискутирует...
- Привет, я Алиса! - весело донеслось из джипа.
- Вы говорили обо мне? Муррр! - включился Гарфилд.
- А они уже вполне сносно поддерживают беседу, - покачал головой Вячеслав, - скоро с виртуальным помощником можно будет скоротать время в дороге за интересными разговорами. Заедем по дороге в Перынский скит? - спросил он. - Хочу подать записку о поминании.
- Вы мне только укажите, где свернуть.
В магазине при заправке они купили по бутылочке столовой воды, две порции кофе из кофе-машинки и два яблочных пирожка. После быстрого перекуса Наташа и Вячеслав снова сели в машину и въехали на территорию Новгородской области с ее густыми лесами, зеркальными реками, угрожающими болотами и деревнями, где еще сохранились бревенчатые избушки со ставнями, доверчиво не обнесенные забором. "Здесь держать можно двери открытыми, что надежней любого замка", - вспомнилась Наташе песня из старого фильма. "Не думала, что это еще где-то сохранилось..."
- Муррр, маршрут перестроен!
***
В скиту Вячеслав сразу перекрестился на купол и направился в часовню, а Наташа еще немного постояла на тропинке посреди луга. Отсюда открывался прекрасный вид на озеро Ильмень. "Тишина и спокойствие... И лес. Как же тут хорошо!"
Несмотря на то, что они были в дороге уже три часа, Наташа не чувствовала усталости. Только не верилось, что еще сегодня утром она как ни в чем не бывало вышла из своей квартиры на Фонтанке и направилась в театр, где Костя обещал ей некую "бомбовскую новость". Никаких вояжей она не планировала. Но спустя четыре часа она уже в соседней области, стоит на берегу Ильменя, а за спиной раскинулся цветущий луг, посреди которого белеет часовня, а за ней расположились жилые и хозяйственные постройки, приземистые, добротные, на века поставленные.
Наташа повязала голову платком и тоже вошла в часовню.
Вячеслав стоял слева, у распятия, склонив голову, что-то тихо шептал и время от времени осенял себя крестом. Его лицо выглядело совершенно отрешенным и удивительно одухотворенным, словно его точеные черты озарил изнутри некий теплый свет.