Два мотылька (СИ)
И одна картина…
Увидев ее, монстр замер, опустив к полу крылья, и взгляд его пополнился плавными изгибами огненных переливов. Таких же, что в этом изображении переливались во всех оттенках синего и черного. Это была абстракция, но в ней настолько явно угадывались силуэты молний и его собственных цветов, что сомнений о том, чем навеяно данное произведение, не возникало. Замерев перед небольшим холстом на добрые минуты, Тиан ощутил, как об его бок потерлось чужое тело, мягко хвостом проведя под крылом, привлекая внимание к заинтересованному его реакцией Оливьеру.
— Нравится? — тихо спросил автор этого шедевра, встав к Тиану бок о бок. Тот был недоволен излишней близостью и неосознанно чуть оттолкнул Вьера крылом, выдыхая.
— Я в этом все равно понимаю маловато. Но выглядит вроде неплохо, — монстр пожал плечами, отвлекаясь на созерцание любой другой вещи, старательно пряча во взгляде всполохи удивления и… даже благодарности. Он слишком хорошо понял, что там на самом деле было изображено. А Оливьер, будучи проницательным, и так все подметил прекрасно, плутовато улыбнулся и утянул друга на пол, где самолично организовал подобие того, что было в его доме в другом городе — ворох подушек на мягком ковре. Бастиан это решение счёл довольно практичным — больше места. При наличии хвоста или крыльев оно было просто необходимо как воздух. Одобрительно курлыча, Тиан понял, что тут уже имелось угощение, будто Вьер ждал кого-то, и эта догадка его мягкий клекот превратила в тихое рычание, не понятное даже самому Бастиану.
— Ты ждал кого, я мог бы и потом зайти? — он попытался сделать голос как можно более непринуждённым, но вышло до непривычного фальшиво. Оливьер хихикнул, не разжимая зубов и устроился рядом в позе лотоса, выуживая из коробки рядом печенье и мармелад.
— Ага. Я всегда жду. Вдруг гром-птица в гости придет, а я без угощения? А ты чего, не хочешь меня ни с кем делить, да? — парень подмигнул игриво, отправив в рот горстку клубничных червячков в кислой посыпке.
— Ага, держи карман шире, — сердито заворчал в ответ крылатый скелет, скептически поднося к глазам печенье и принюхиваясь. Пахло приятно, и монстр с интересом откусил, пытаясь распробовать, а заодно отвлечься от наглой ухмылки рядом, да только хвост Вьера уж очень активно нарушал личное пространство, касаясь ступней большой, пушистой кисточкой на его конце.
— Тебя надо приручать, — отметил парень, с наслаждением жуя сладость и рассматривая Бастиана в окружении своего временного обиталища. Даже здесь он умудрился у потолка повесить ленточки, какие только смог достать в городе. И пусть их было в разы меньше, чем дома, но так он ощущал себя в безопасности родного жилья. Бастиан поднял крыло вертикально, касаясь их перьями и задумчиво хмыкая, словно игнорируя реплику монстра, от которой его нестерпимо хотелось снова прижать к стене как было в коридоре…
— Я тебе дикий зверь что ли — меня приручать? Глупый дракон, — хрипло посетовал, а парень снова обиженно, тихо зарычал, убирая от него хвост. И выглядела его обида теперь действительно натурально. Тиан поверил… Но стоило ему с обречённым вздохом сесть чуть ближе, якобы, чтобы добраться до мармелада и чуть толкнуть Вьера, как тот живо сменил гнев на милость, подловив друга и начав отнимать угощение. Бастиан от его странного настроения, склонного к игре, опешил. Особенно, когда монстр сцапал мармелад прямо из его руки, тут же отскочив, чтобы тот не начал ловить, хотя больше походило на то, что он, наоборот, желал подобного.
— У тебя детство под хвостом заиграло? Раздраконить меня удумал? — Бастиан предупредительно поднял крылья с пола, сделавшись в разы крупнее, но Оливьер на это лишь посмеялся, задорно склоняя голову к плечу и поднимая хвост, чтобы им помахать из стороны в сторону.
— Не будь занудой, Тиан~, — певуче протянул ему в ответ и нагло подполз ближе, заставив чернокостного монстра замереть в замешательстве. Чужие руки коснулись перьев, зарывшись в них пальцами до нежного пуха, выбив остатки мыслей подобным действием, но тут же пришло понимание, когда собиравшееся выпасть маховое перо нагло вытянули и утащили. Вьер, со своим трофеем тут же отпрянул, ловко поднявшись на ноги. Такого Бастиан стерпеть уже не мог — свои перья раздавать он намерен не был. Даже когда те выпадали случайно, монстр никогда их нигде не оставлял, считая это частью себя и не желая, чтобы этим владели посторонние.
— Эй! А ну, отдай обратно! — монстр возмутился, резво поднявшись следом, но Оливьер только этого и ждал. Помотал головой с улыбкой, пёрышко проводя по своему носу и скручивая петлями хвост.
— Не-а. Хочешь отнять у дракона его сокровище? Сперва догони~, — едва ли не промурлыкал, а стоило сердитому Тиану кинуться к нему, как парень ловко нырнул под руками мужчины, ускользнув к выходу на улицу, где солнечным золотом была залита усаженная яблонями лужайка.
— Да я тебя сейчас… — прорычал тот, пока в его глазах разгорался пламенем какой-то дикий азарт… Он бил магией по жилам, делая их ярче, пускал дрожь по крыльям и заставлял в груди клокотать низкий гул рычания, почти хищного, словно он учуял добычу. Рванул за парнем на улицу, живо отмечая его двухцветный силуэт и дернулся к нему, расправив крылья, чтобы отрезать пути отступления за своей спиной. Оливьер смеялся. Петлял в силуэтах пышных яблонь, качал хвостом и тело изгибал грациозно, уворачиваясь от пальцев друга, в последний момент хватающих воздух.
Он преследовал его, кидался с рыком между гибких стволов, а Оливьер умудрялся вспрыгивать на ветви, качаться на хвосте и цепляться руками ловко, осыпая монстра под собой градом спелых яблок. Терпение повелителя молний сошло на нет, и монстр создал в руке магию, мерцавшую всполохами электричества. Словно шаровая молния, но не горячая, призванная лишь сбить движения мелким разрядом, была пущена в ноги в очередной раз увернувшегося Оливьера. Ток подвернул его с пути, роняя на землю с испуганным писком, а сверху тут же прижало чужой силой тела и рук, не давая шанса подняться.
— Попался, шкода! — довольно загудел голос Бастиана над ухом Вьера, что фыркал под ним, уткнувшись в ворох листьев и нескольких групп спелых паданцев. Попытался перевернуться под ним, что вышло с трудом, но в землю втиснули сильнее, да только Вьер умудрился пёрышко спрятать в заднем кармане и так просто его вытянуть уже не получилось бы. Улыбка, полная наглости и дерзости, озаряла его лицо, но Бастиана волновала не она…
А то, как сбито и волнующе часто под ним дышал этот изящный монстр.
— Не отдам, — протестующе тот зарычал, словно продолжал дразнить, но Тиан был непреклонен. Привстал над ним, сгибами крыльев вдавливая в податливую, пропахшую зноем и плодами почву, а сам полез руками пониже поясницы дракона, найдя там основание хвоста и узкие карманы на бриджах, куда скользнуть было сложно из-за того, что Вьер постоянно под ним ерзал. Отчего получалось, что он без толку гладил и пощипывал через ткань его подвздошные кости и крестец с хвостом.
— Отдашь. Я не отпущу, пока не вернёшь, воришка, — Бастиан смутно понимал, что они творят что-то совершенно непонятное, дикое даже, но остановиться не мог.
Не хотел.
— Тиан, — как-то слишком томно у Оливьера вышло позвать его по имени, а спина предательски выгнулась изумительной дугой, сталкивая две реберные клетки. Это стало стоп-сигналом для обоих. Бастиан словно очнулся от наваждения, выдохнул прерывисто и отпрянул, сев рядом. Оливьер лежал и пытался осознать, отчего душа ощущалась как горячий и потяжелевший сгусток расплавленного свинца под нижними ребрами. Но он все же улыбнулся победоносно — трофейное перо осталось при нем.
— Что, передумал забрать обратно? — дерзко, парень пошел ва-банк, улегшись на бок и подпирая рукой голову с почти самодовольной улыбкой. Хвост мягко хлопал по траве, приминая ее двухцветными, ребристыми изгибами, невольно привлекая на звук все ещё огненный взгляд Бастиана.