Звезда заводской многотиражки 3 (СИ)
— Светлана, вы слышите какие-нибудь возмущенные возгласы? — спросил я. — Значит людей все устраивает, и торопиться нет смысла. А вы еще не допили компот и не доели... Кстати, что это?
— Пирожок с яблоком, — ответила Света, разломив пирожок пополам. — Я, кстати, всегда ломаю пирожки, прежде чем кусать. Ненавижу пирожки с печенью. А вы?
— А я всеядный, — я подмигнул. — И кусаю сразу, не задумываясь. Это как лотерея. Может оказаться сладенький с яблоком, а может... Хм. А у меня, кстати, не с яблоком, а с рисом и яйцом.
Руководство танцы своим присутствием не почтило. Когда мы со Светой уходили из столовой, за прикрытыми дверями вип-зала слышались громкие голоса, хлопанье бутылок шампанского и звон посуды. Понятно, у кого-то банкет, у кого-то танцы.
Удивительная это была милота, надо сказать. ВИА «Улыбка», одетые в одинаковые голубые брюки-клеш и жилетки, пели со сцены разнообразные шлягеры, светомузыка мигала не очень чтобы в такт музыке, но это никого особенно не смущало, медляки сменялись быстрыми танцами, публика становилась все смелее. Если сначала все как-то смущенно топтались возле стен, а в центр выходили только самые заводные и смелые, то уже через полчаса зал был заполнен танцующими полностью. Как-то сами собой образовывались круги танцующих. И по неписанным правилам кого-то выталкивали в центр, он там показывал, на что способен, осаливал следующего, и так далее.
Танцы.
Блестящие глаза, невинное заигрывание, искрящаяся от бурлящих гормонов атмосфера. Кто-то уже целовался в темном углу, но в целом все равно все выглядело невинно, как в пионерском лагере.
«Впрочем, возможно вчера все было не так уж и невинно», — подумал я, забирая с раздачи поднос со своим завтраком. Молочная рисовая каша, сосиски, кубик соленого сливочного масла, плюшка, посыпанная сахаром и стакан какао. Столовая была заполнена едва ли наполовину. А то и на треть. Я-то сам вчера ушел практически одновременно с тем, как музыканты закончили свое шоу, но поскольку заканчивать всем еще не хотелось, звуковик завел магнитофон, и танцы продолжились. А что, удобно. Клуб — это отдельно стоящее здание, можно шуметь сколько угодно, в жилых корпусах все равно будет не слышно. Вот все и гулеванили до упора. «Вот сейчас я бы второй раз засыпался как шпион», — подумал я. Виданное ли дело — двадцать с хвостиком, а спать ушел еще до полуночи, как пенсионер.
— Ноги гудят, капец! — радостно заявила Саша, плюхнув свой поднос рядом с моим. — Давно так не плясала!
— Ага, — согласился я.
Она продолжила говорить что-то про то, как вчера было весело, как кто-то полез на сцену, а потом с нее упал, чуть не своротив колонки и про всякие прочие занимательные подробности, которые я проспал, но я ее не слушал. Потому что как раз в этот момент в столовую вошел Игорь. Нет, вообще я знал, что он где-то здесь, просто вчера я с ним ни разу не столкнулся, повезло наверное. Удивился я по другому поводу. Вместе с ним была Даша. Ослепительно улыбалась, выглядела счастливой и крепко держала его под руку.
— Саша, прости пожалуйста, мне надо кое с кем поздороваться, — сказал я, поднялся и направился через весь полупустой зал столовой к своему брату. Они как раз остановились, чтобы с кем-то поболтать.
— Доброе утро, — приветливо сказал я, натянув на лицо улыбку.
— О, Иван, здорово! — Игорь тоже осклабился. На лице — никаких признаков неприязни. — Как сам? Как танцы?
— Отлично поплясали, — механически ответил я и посмотрел на Дашу.
— Дашута, вы поболтайте пока, я пойду завтрак нам устрою, — Игорь чмокнул девушку в щеку и решительно пошагал к раздаче.
— Вы помирились? — шепотом спросил я.
— Сама удивляюсь, — шепотом же ответила Даша. — Думала, что он теперь и слышать меня не захочет. Но как-то так... слово за слово... И он позвал меня сюда как свою невесту.
— Странно... — я бросил взгляд в сторону деловито составляющего тарелки на поднос Игоря. Он выглядел веселым, бодрым и даже каким-то... вдохновленным что ли.
— Мы после завтрака собираемся на лыжах покататься, пойдем с нами? — вдруг предложила девушка. — Тут можно лыжи напрокат брать, и лес очень красивый. Все равно мероприятия только после обеда начинаются. Поехали, а?
— А Игорь не против будет? — хмыкнул я.
— Так это он и предложил тебя позвать, — проговорила Даша. — Говорит, что недоразумения надо решать сразу...
Глава девятнадцатая. Снег кружится, летает, летает...
Домик лыжного проката стоял на отшибе, за хозяйственными постройками, рядом с незаметной боковой калиткой. Если бы не знал, куда идти, фиг бы я обратил внимание на прилепившееся к забору ничем не примечательное одноэтажное здание, покрашенное почему-то в веселенький розовый.
Но вел нас Игорь, который шел уверенно, будто был здесь далеко не впервые. Вообще-то, первым моим желанием было отказаться. Мало того, что я не очень-то любил зимние виды спорта, так еще и ситуация какая-то насквозь непонятная. И бодрый Игорь, охваченный спортивным рвением... Но пока я крутил в голове эти все сомнения, враг мой язык уже произнес:
— Отличная идея, Даша! Конечно же, я в деле!
Внутри пахло деревом, лыжной мазью и кожей. Распорядителем над лыжами была бабушка бодрого вида в синем спортивном костюме и наброшенном на плечи овчином жилете.
— Захотели на лыжах покататься, ребятишки? — радостно спросила она, когда мы трое вошли в пустой холл лыжного проката. Он был совсем крохотным, ненамного больше моей коммуналки. По бокам — две низких скамейки как будто из спортзала. Ну и дверь в склад с лыжами. — Хорошее дело, воздухом дышать полезно! А еще и снега навалило, красота в лесу сейчас!
— А дистанция размечена? — расстегивая молнию на своих изящных сапожках на высоких каблуках, спросила Даша.
— А то как же! — бабушка хлопнула себя по бедрам. — Зеленые метки — три километра, желтые — пять километров, красные — семь километров. Вот как за калитку выйдете, так сразу и увидите все.
Я отстегнул жесткие ботинки от лыж «Быстрица» и принялся переобуваться. Что-то мне во всей это ситуации не нравилось. Тревожило, как будто камешек под пяткой. Будто я должен что-то вспомнить важное, и тогда пазл сам собой сложится. Но в голову ничего не приходило, так что ничего не оставалось, кроме как завязывать короткие хвостики шнурков, натирать лыжины бруском «Висти» и поддерживать разговор в жизнерадостном ключе. И поглядывать на Игоря незаметно, чтобы понять, что же он такое задумал. Не может же быть, что он просто так решил нам все простить и забыть. Ну а что такого? Покатаемся на лыжах, пожмем друг другу руки, в конце концов, мы же братья... А братья не должны ссориться по таким пустякам.
Внутренний голос поднял табличку «Сарказм».
Игорь Мельников, которого я знал, точно не отличался великодушием. Особенно в вопросах вольного отношения к его собственности. К которой женщины он тоже относил, как и большинство деятелей дикой экономики девяностых.
Тут дверь распахнулась, и внутрь ввалился запыхавшийся парень. Опять же смутно знакомый, сталкивались на заводе. Просто сложно запомнить всех несколько тысяч сотрудников, даже если регулярно их лица видишь.
— Игорь Алексеевич! Уф! — заполошно выдохнул он, схватившись за стену. — Хорошо, что я успел вас тут застать!
— Что-то случилось? — Игорь деловито поднял голову от своего ботинка.
— Да! — посыльный энергично закивал. — Там Прохор Иванович говорит, что отчет неполный, а остальные бумаги найти не может. А ему нужно...
— Так у меня в портфеле же... — начал Игорь, потом махнул рукой. — Ай, ладно, я не объясню вот так просто. Дашута, Ваня, вы езжайте катайтесь, тогда, а меня труба зовет. На обеде увидимся!
Брат торопливо скинул лыжные ботинки и сунул ноги обратно в свои.
— Так может потом покатаемся? — нерешительно спросила Даша.
— Нет-нет, начатое нужно завершать! — Игорь похлопал Дашу по плечу. — Вот и Зинаида Захаровна вам тоже скажет!