Клуб Джентльменов (СИ)

— Так она может… вернуться? – с легким опасением в голосе спросила Аманда.
— Если только тайно и под личиной, но мы будем готовы, — успокоил Грегори девушку, нежно целуя ее пальцы.
 Он все еще не верил, что благодаря этой истории все же смог официально назвать Мэнди своей невестой и получить одобрение родственников. Особенно повлияла на ситуацию тетушка Альферия. Почтенная статс-дама заявила, что красивые и богатые в их семье уже есть, а вот умных не хватает! И пригласила Аманду заезжать по четвергам на чай.
Дома Килкени и леди Стоукс быстро починили, так что к моменту награждения, обе невесты вернулись к себе, соблюдая приличия.
  А на следующий день после вручения наград Кентавр буднично объявил, что в ближайшее воскресенье у них с Кэндис свадьба. Мужчины просто пожали товарищу руку, поздравляя, а вот Аманда и миссис Дженкинсон, невольно присоединившаяся к их обществу, возмутились:
— Мы же не успеем приготовить подарок!
— Главное – не опаздывайте! – подмигнул Махоун намекая на увлеченность профессора Стоукс своей обновленной лабораторией.
Право, Мэнди готова была там дневать и ночевать, но миссис Дженкинсон следовала приказам лорда Лайвернеса и выманивала подопечную на приемы пищи. Сам Грегори заезжал каждый день, чтобы покатать Аманду в парке, или прогулять по широким аллеям ближайшего сквера. Казалось, мир и благоденствие охватили всех членов «Клуба Джентльменов», но как это обычно бывает, затишье было временным.
Скромную свадьбу решили отмечать в доме Кентавра, а заключать брак собирались в приходской церкви неподалеку. Махоун лично договорился со священником, заплатил положенный взнос, и купил себе смокинг и белый галстук. Платье невесты было сшито у миссис Уиллоуби, той самой портнихи, которая одела мисс Стоукс на бал дебютанток. Шедевр портновского мастерства нежно-розового цвета с отделкой из веточек флердоранжа превратил Кэндис в самую счастливую невесту на свете.
С утра матушка Доусон и ее младшая дочь украсили скамьи и подсвечники охапками цветущих веток и лентами. Аманда же сварила зелье, которое продлило жизнь цветам, и добавила им волшебного блеска, словно они были присыпаны пыльцой фей. Грегори, который как шафер всюду сопровождал Мэнди —подружку невесты, восхитился и задумчиво проговорил:
— Если ты применишь это зелье на нашей свадьбе, сорвешь большой куш.
Профессор Стоукс слегка покраснела. Ее до сих пор удивляли и немного пугали слова «наша свадьба», «помолвка» и все связанное с предстоящим бракосочетанием. Почему-то те же самые слова о браке Кентавра и Кэндис не задевали, а только радовали.
Идти до церкви жених и невеста должны были пешком и отдельно, поэтому первыми из дома вышли Махоун, Аллиаль и Грегори. Мужчины должны были предупредить священника и ждать невесту у алтаря. Мисс Доусон, ее сестра, маменька, мисс Стоукс и Тайлер вышли из дома ровно через десять минут после жениха и его шаферов. Брат лорда Лайвернеса должен был стать посаженым отцом невесты, и заодно обеспечить безопасность женщин.
В церкви горели свечи, у порога переминался служка. Увидев невесту, он переменился в лице, заметался, потом подскочил к ней, проводил в отдельную комнатку, чтобы поправить прическу, и подождать несколько минут в тишине, а сам тут же убежал, удивив матушку Доусон и Мэнди.
— Милорд, милорд! – мальчишка, семеня, подобрался к алтарю и дернул Грегори за рукав.
— Что тебе? – Грег удивился перекошенному лицу служки.
— Невеста прибыла! – прошептал тот.
— Отлично! – шафер поправил галстук.
— А жениха то нет! – растерянным тоном напомнил мальчишка.
— Как нет? – лорд огляделся.
Ну конечно, Махоун заволновался и вышел через боковую дверь, подышать свежим воздухом. Точнее пожонглировать огненными шариками или просто помедитировать на лепесток огня на ладони. Неужели маг так занервничал, что забыл о времени? Лорд Лайвернес шепнул Аллиалю:
— Я на минутку, за Кентавром! – и вышел в ту же боковую дверь. Там он обнаружил… пустой дворик!
Крутанувшись по небольшому ухоженному пространству, «Брегет»  скрипнул зубами, и применил «поисковичок», благо перчатки жениха остались у него. Магический светлячок сначала завис у входа в храм, потом поплыл в сторону ажурной металлической ограды, остановился на пятачке земли, выложенном черепками. Наверняка тут Кентавр и упражнялся, вон подпалины на керамике видны. Только куда же он делся потом?  Поисковичок дернулся, поплыл к решетке, а потом очень быстро полетел к узкой калитке, явно собираясь покинуть территорию храма. Неужели бесстрашный огневик сбежал? Или…
 
Грегори не стал строить предположения. Он вернулся в храм, вызвал по их личной связи Тайлера, предупредил Ала, подбросил служке монету и ринулся на помощь другу. Не важно, в чем сейчас нуждается Махоун – в дружеском участии или в хорошей затрещине! Лорд Лайвернес не бросает друзей в беде!
* * *
День свадьбы запоминается не только невесте, но и жениху.
 С утра вокруг Махоуни крутился деликатный и осмысленный вихрь – Грег прислал Тая помочь с костюмом и прической. Не то, чтобы Кентавр был не в состоянии сам натянуть мундир с ленточкой «отставки», или провести гребнем по волосам перед тем, как стянуть их в хвост бархатной лентой. Просто в такой важный день у мужчины тоже должна быть поддержка. Друзья появятся перед выходом в храм, родственники Килкени слишком далеко, остается немногословный камердинер, умеющий вовремя подать рюмку бренди, и деликатным хлопком сбить пламя с внезапно вспыхнувшей шляпы.
И все-таки жених нервничал. Кажется, все наладилось – дом покрасили, запах гари вытравили кофе и лимоном, шпионку итлийскую сослали, но где-то в глубине души брали Кентавра сомнения в окончательности победы. А своим предчувствиям капитан, выживший в битвах с нежитью, доверял. Однако все было тихо-мирно. И галстук завязался, и бутоньерка в петличку легла как родная, и медали красиво расположились на алом сукне. Глянув на себя в зеркало, огневик остался доволен внешним видом, и абсолютно недоволен предчувствиями.
Вскоре прибыли друзья и за дружескими разговорами и подколками Кентавр позабыл свои тревоги. Небольшой храм располагался на этой же улице, за сквериком с раскидистыми липами. Мужчины быстро сделали все необходимое: внесли имена брачующихся в храмовую книгу, так, чтобы осталось лишь поставить подписи, проверили наличие колец, брачных лент и общей чаши. Потом сунули медячок служке, чтобы сообщил о прибытии невесты и позволили себе несколько минут тишины. Лорд Грегори подошел ближе к алтарю, и глядя на строгие лики Светлых вспоминал ушедших друзей. Ал отошел к возвышению для музыкантов, чтобы рассмотреть резьбу. А вот Килкени пришлось выйти во внутренний дворик – успокаивать нервы игрой в огненный мячики в храме было не принято.
Ровный эллипс у него получился через полминуты и это тут же стало скучно. Вернув сферы в ладонь, огневик оглядел мощеный дворик с пробивающейся травой, вдохнул свежий воздух и… увидел женщину в черном платье и черной шляпке с густой вуалью. Для траура ее наряд был слишком дорогим и модным, к тому же она не скрывалась – приподняла вуаль, усмехнулась красивыми полными губами и… поманила его за собой! А он – пошел!
Это было ужасное ощущение – переставлять ноги, поддерживать тело вертикально, взмахивать руками, чтобы сохранить равновесие, сопротивляться до скрипа зубов и все равно идти! А графиня Кастильони стояла у низенькой калиточки и мило улыбалась:
— Идите, идите сюда, мой дорогой, прекрасной даме нужна помощь!
 
Уже дойдя до хлипких дощечек, огневик пытался воспротивиться потоку магии, вцепился в калитку и… оторвал ее одним движением, отбросил и пошел дальше.
— Прекрасно! Просто прекрасно! – у шпионки пробился легкий итлийский акцент, и маг заметил, что ее зрачки неестественно расширены от напряжения, по виску стекает капля пота, а все ее улыбки и гримасы лишь привычная маска.
Эти признаки слабости приободрили Махоуни. Он вдруг вспомнил, что на уроках магического искусства им рассказывали о подобных заклинаниях. Они, конечно, запрещены, но их практикуют редкие выжившие ведьмы. Там что-то было про сопротивление и любовный туман. Маг напрягся и в голове всплыла лекция, сухонький преподаватель бегал по кафедре и объяснял, что истинно влюбленного человека эти заклинания могут заморочить на короткое время. Или даже не заморочить, а опутать нитью, и эта магическая нить порвется очень быстро если… Какое же там было условие?