Клуб Джентльменов (СИ)

— Ты же знаешь, — разгорячился Аллиаль, делясь с Грегори сокровенным, — театр живет слухами! Мне сказали, что на пробах присутствовал директор, и ему понравилась моя игра! Я был счастлив, порхал весь день… А вечером… Вечером получил приглашение в кабинет.
Через пару фраз лорд Лайвернес понял, что директор театра оказывал протекцию юным смазливым актерам, если они не отказывались от свиданий в директорском кабинете. При этом сей достопочтенный лорд был женат, имел детей и выступал ярым противником однополых отношений.
— Я не смог, — Аллиаль сказал это насмешливо, и с горечью. – Представляешь, собирался весь день, настраивался, я приютская шваль, просто не смог! И роль прошла мимо меня к тому, кто смог. А потом следующая, и еще одна. Когда до окончания стипендии осталось полгода, меня нашел мистер Стейси, главный гример, и взял учеником.
— Директор не возражал?  — осторожно уточнил Грегори, боясь ранить друга.
— До окончания стипендии я должен был работать в театре, — пожал плечами Ал, — а кем, чиновникам все равно.
— Значит, ты прошел обучение и остался работать гримером?
— Нет, меня уволили, — дернул плечом Аллиаль, видимо воспоминания все еще причиняли ему боль, — но мистер Стейси научил меня не только гримировать, но и успокаивать девочек их хора, вовремя подавать вино актерам второго плана и собирать листы суфлеру. Я прижился в театре, стал своим, так что они все скидываются и нанимают меня, такого же неудачника, как они, чтобы я рассказывал им об их грядущем величии!
Лорд Грегори не стал отвечать на эту горькую фразу. Просто поднял кружку с элем, а когда Ал запил свое разочарование парой глотков пенного, спросил:
— Ты Кентавра нашего не встречал?
— Виделись, — ответил актер, и его губы тронула легкая улыбка, — ты не представляешь, после разжалования Махоун примкнул к банде придурков, гоняющих на железных конях!
— Килкени на железном коне? – поднял брови Грегори, — любопытное должно быть зрелище!
— Не сомневайся, — отозвался Аллиаль, и его улыбка снова стала прежней – легкой и беззаботной.
Они поболтали о друге, потом вспомнили Аманду.
— С ней все хорошо, — ответил Грег, — живет в небольшом особняке на приличной улице, создает свою лабораторию, планирует писать новую научную работу.
Ал кинул на Грегори подозрительный взгляд:
— Когда мы виделись последний раз, Мэнди жила в клетушке кампуса и писала эссе ленивым студентам.
— С той поры кое-что поменялось, — Грегори обвел взглядом толпу, собравшуюся в зале после окончания представления. – Если хочешь, я расскажу тебе, только не здесь. Выйдем.
Он быстро расплатился, и вывел захмелевшего актера на улицу. Подозвал экипаж, усадил в него друга и скомандовал:
— Особняк герцога Ратлендского!
 Глава 9 
 
Забрав Аманду из кампуса, Грегори тем же вечером отправил во дворец прошение об аудиенции у Его Величества. Да, наглость. Да будь он просто одним из винтиков королевской машины ему бы светила вежливая отписка. Но, к счастью, он мог просить о помощи, как сын герцога, и он сделал это. Его дядюшка по матери, граф Висбах был очень удивлен послеобеденным визитом младшего племянника. А уж его просьба – посодействовать аудиенции и вовсе удивила немолодого уже придворного.
— Грегори, мальчик мой, я впервые слышу от тебя подобную просьбу, — дядюшка разлил по бокалам бренди, и опустился в огромное уютное кресло у камина. – Ты уверен, что я или твой отец не можем помочь тебе в твоем деле без обращения к Его Величеству?
— Уверен, дядюшка, — Грег задумчиво посмотрел в огонь и объяснил: у меня есть предложение для Его Величества. Оно касается безопасности. Если же король откажет, тогда я с легким сердцем сделаю предложение другим людям. Но сначала нужно получить одобрение или запрет от монарха.
Граф Висбах одобрительно кивнул:
— Тогда ты поступаешь правильно, мальчик. Если твоя задумка может коснуться королевской семьи, или королевской чести, Его Величество должен знать!
После они еще немного поболтали, обсудили лошадей, очередную оперу, охоту, а вечером следующего же дня в особняк герцога Ратлендского пришло письмо с королевской печатью – аудиенция была назначена на следующий день, в два часа после полудня.
 
Волнуясь, Грегори плохо спал ночью. Накануне он не только навестил дядюшку, но и навестил Аллиаля. Посмотрел, как живет старый друг, потом привез в особняк на ужин. За трапезой лорд Грегори обсудил свою идею с Амандой, Алом, и Таем. На следующий день написал все необходимые бумаги, и даже уложил их в красивую папку с гербом герцогства. И все же его глодало беспокойство – одобрит ли король столь необычную задумку?
С утра в день аудиенции Тайлер приготовил лорду Лайвернесу ванну, потом подал визитный костюм, и газету. Новости с континента радовали — они касались исключительно светских мероприятий, скачек и достижений прогресса. Кто-то победил в гонке на железных конях, кто-то изобрел новый особо прочный сплав, а кто-то нашел новый способ окрашивания тканей. Тишина и благолепие! Отбросив газету, Грегори решил, что настало время перекусить.
К завтраку в столовую спустилась Аманда. Ал ночевать не остался, а девушка все еще жила в особняке, в гостевом крыле. Грегори в первый же день предупредил ее, что без компаньонки это неприлично, и сразу нанял через агентство пожилую нелюбопытную даму из офицерских вдов. Миссис Дженкинс прибыла через час, после появления агента, подписала бумаги, получила аванс и теперь тихонько ходила за девушкой повсюду, сидела с вязанием в гостиной и аккуратно соблюдала дистанцию, чтобы не услышать ничего лишнего.  Даже Тай оценил деликатность компаньонки, и порекомендовал милорду прибавить ей жалование. Грегори решил оставить этот вопрос на усмотрение мисс Стоукс, но согласился с братом, что с компаньонкой им повезло.
После завтрака и газет Грегори предупредил Аманду, что сегодня все решиться, и потому до обеда ей нужно собирать вещи, чтобы ехать в новый дом.
— Новый дом? – удивилась девушка.
— Да, у меня есть особняк в приличном районе. Там ты будешь жить с миссис Дженкинс, устроишь себе лабораторию, снова напишешь научную работу, и никто ее не украдет. А я сегодня узнаю, будет ли у меня служба, а у тебя защита и жалование.
Мэнди потупилась. Если ли бы не присутствие мисси Дженкинс, она бы схватила лорда за белоснежный галстук, потрясла и спросила – точно ли он оправился от ранения, или удар головой о мостовую оказался фатальным? Его идеи казались ей фантастическими, а скорость, с которой он их воплощал – волшебством.
Заметив ее пунцовые щеки, Грег понял, что сказал, что-то не, то, повторил про себя сказанное и едва не застонал!
— Аманда, — позвал он девушку, дождался, когда она поднимет глаза и продолжил: — это абсолютно приличное предложение.  Я просто хочу, чтобы ты продолжила свои исследования.  Стряпчий сегодня оформит договор аренды за один шиллинг. Я останусь жить здесь. Это дом моего отца, я имею здесь свои комнаты. Ты могла бы жить здесь с компаньонкой, как моя гостья, но в этом доме нельзя устроить лабораторию, на это нужно разрешение моего отца. А в своем доме я имею право делать все, что мне заблагорассудиться.
Краска медленно сползала с лица Мэнди, но Грегори чувствовал, что ей не хватало еще чего-то для полной уверенности в нем.
— Заработаешь денег и выкупишь тот особняк, если это для тебя так важно. Или купишь другой, — улыбнулся он. – Главное для тебя сейчас – лаборатория с полным набором инструментов и реактивов! Ты же помнишь, о чем мы говорили?
 
Девушка, наконец, отмерла:
— Я все поняла, милорд, прикажу собрать мои вещи. Нас проводит Тайлер?
— Увы, Тай мне нужен во дворце. Но я сейчас напишу стряпчему. Он вас отвезет, и возьмет у тебя список необходимого. Не стесняйтесь, указывайте фирму-производителя, или лавку, в которой нужно приобрести оборудование и ингредиенты.
После этого разговора завтрак закончился быстро. Аманда упорхнула, собирать свои невеликие пожитки, а Грегори задержал компаньонку: