Госпожа попаданка (СИ)
— В любом случае, — продолжала княгиня, — я не могу отпустить вас, не пригласив в мой замок. Вести из Некрарии приходят к нам редко, а я…весьма любопытна.
Лена пожала плечами.
— Вообще-то мы торопимся, — сказала она.
— Уверена, что один день не сыграет роли, — быстро ответила княгиня, — зато отдохнете в месте, подобающим вашему сану, а не среди грязного мужичья. Это будет оскорбление всей Секеи, если вы предпочтете эту дыру настоящему замку.
Последнее прозвучало с определенным намеком — черт бы побрал этих благородных, с их родовой спесью. Похоже, отклонить предложение не получится — оскорбленная в лучших чувствах Эржет не оставит обиду без ответа. Не то, чтобы Лена так уж боялась княгини, но, в конце концов, статус посланницы Храма, выручавший ее уже не раз, подразумевал не только права, но и обязанности — в том числе и неизбежное общение с сильными мира сего. Впрочем, никакие сроки их все равно не поджимали, а погостить день-другой в замке и впрямь куда лучше, чем ютиться на постоялом дворе.
Кэт, похоже, думала также: Лена перехватила ее умоляющий взгляд, потом посмотрела на Эржет и, улыбнувшись, кивнула.
— Вот и отлично! — обрадовалась княгиня, — доедайте быстрее — и на коней!
Из города в замок вела только одна дорога: узкая, жавшаяся к скале, на которой стоял Чейтен. Рядом шумел водопад и от его брызг веяло освежающей прохладой. Время от времени дорогу преграждали посты, где стражники почтительно пропускали княгиню, меряя любопытными взглядами ее спутниц. Под ними же простиралось озеро и вытекавшая из него Мерта, исчезавшая в ущелье между двумя высоченными скалами.
— Дальше река уже другая, — пояснила Эржет, ехавшая рядом с Леной, — начиная с озера, Мерта становится судоходной. Купцы, прибывающие сюда, должны заплатить мне пошлину, чтобы пройти дальше в Дракию. На этих доходах трудами многих поколений секейских князей и построен Чейтен.
Названный замок меж тем становился все ближе, вырастая над головами темно-зеленой глыбой. Теперь Лена ясно видела реющее над ним знамя: звериная челюсть с тремя клыками, обвитая огромным змеем. Обратила она внимание и на то, что замок сложен из блоков разных оттенков зеленого цвета — от салатового до почти черного.
— Что это за камень? — невольно заинтересовалась Лена.
— Зеленый мрамор, яшма, жадеит, — пояснила Эржет, — чтобы построить Чейтен камень везли отовсюду, даже из Тсата. Обходилось это недешево, но князья Секеи не экономили на родовом гнезде. Ну и я постаралась быть достойной предшественников.
Дорога сделала очередной поворот и процессия оказалась перед массивными воротами из дубовых досок, окованных широкими полосами позеленевшей от времени меди. Медными были и фигурки на шпилях, изображавшие распахнувших крылья грифонов. Другие звери встречали хозяйку замка у ворот — в виде огромных, в человеческий рост, статуй леопардов из светло-зеленого камня. Рассыпанные по нему темные вкрапления создавали эффект пятнистой шкуры. Вместо глаз у каменных хищников мерцали большие самоцветы — тоже зеленые, разумеется.
— Это же? — взгляд Лены невольно остановился на перстне княгини.
— Да, — снисходительно кивнула Эржет, — это изумруды.
Лена попыталась прикинуть, сколько стоят такие камушки, но тут сверху протрубил рог и ворота медленно распахнулись, впуская княгиню и ее гостий.
«У беды глаза зеленые…»
— Второй раз в жизни я встречаю жриц Триморфы, — призналась Эржет.
Серебряным ножом княгиня отрезала ярко-красный ломоть от кабаньего окорока, запеченного с травами, и положила в рот, смакуя сочное мясо с кровью.
— Еще в Вальдонии, когда я была девчонкой, — продолжала она, — к князю-епископу приезжала делегация из Некрарии. Тогда я впервые увидела эти плетки.
Она протянула руку, желая коснуться кнута на поясе Лены и змеиные головы с шипением взвились, готовясь к броску. Эржет невольно отшатнулась, на красивом лице отразился испуг, тут же сменившийся смущенной гримасой.
— Прошу прощения, княгиня, — сказала Лена, — мне стоило предупредить. Эти змеи слишком хорошо знают своих хозяек — и не терпят прикосновений чужаков.
— Вам не за что извиняться, — княгиня быстро восстановила самообладание, — это мне стоило понять к чему, можно тянуть руки. Прошу вас, угощайтесь.
Лена не могла не последовать этому совету — резной стол из красного дерева ломился от явств. Сидевшая рядом Кэт уже с чавканьем пожирала нежнейшую форель, выловленную, как заверяла княгиня, прямо в озере. Перед самой же Леной выложили столько всего, что та невольно растерялась, не зная за что взяться первым.
— Позвольте, я помогу, — княгиня тонко улыбнулась, отрезая еще один кроваво-красный ломоть от кабаньего бока и укладывая его на тарелку Лены. Туда же она уложила и горку желтых грибков, напоминающих маслята, несколько охотничьих колбасок, нашпигованных перцем, а также и ложку острой приправы, напоминающей аджику. Укладывая все это, Эржет как бы нечаянно коснулась руки Лены, послав ей томный взгляд из-под ухоженных ресниц. Лена смущенно хмыкнула, перехватив возмущенный взгляд Кэт из-за плеча княгини. Сама хозяйка замка, казалось, и вовсе не замечала кошкодевку, чем бесила ее еще больше.
— Предлагаю выпить за встречу, — княгиня подняла золотой кубок с темно-красным вином, — надеюсь, она запомнится вам так же хорошо, как и мне — я уже говорила, как редко нас посещают посланницы Храма.
— Выпьем, чтобы их было больше, — в тон ей ответила Лена, про себя недоумевая — и с чего бы Эржет так распинаться перед залетной гостьей? Сидя на перекрестке торговых путей, она вряд ли испытывала такой уж недостаток в новых лицах. Впрочем, интересу княгини имелось очень простое объяснение — весьма лестное для Лены и порядком бесящее Кэт, то и дело бросавшую хмурые взгляды на хозяйку Чейтена.
— Давай так, — непринужденно перешла на «ты» Эржет и ее рука переплелась с Лениной на «брудершафт» — пусть здесь и не знали этого названия, сам прием оказался знаком. Не отводя друг от друга кокетливых взглядов, девушки пили вино, оказавшееся крепче, чем казалось на первый взгляд — Лена чувствовала, как хмель ударяет ей в голову. Кэт нарочито громко фыркнула и тоже демонстративно осушила кубок.
На столе появилось новое блюдо — дышащий раскаленным паром горячий суп, усыпанный золотистыми кружочками жира и крупинками специй. В центре серебряной супницы, словно остров, покоился кусок какого-то жирного мяса.
— Тора, глупая девка, зачем здесь это? — с неожиданным раздражением сказала Эржет, — разве ты не видишь, уже поздно для первого. Унеси его!
Служанка — стройная девушка в длинной хламиде темно-зеленого цвета, — молча убрала со стола супницу. Лена еще успела подумать, что брать столь горячую посуду голыми руками было бы неосмотрительно — и действительно пальцы все девушки вздулись волдырями от ужасных ожогов. Однако на лице служанки не дрогнул ни один мускул, когда она, ухватив супницу, — даже не за ручки, а прямо за округлые бока, — спокойно вышла с куском раскаленного металла в руках. Ее сменило еще несколько девушек, собравших со стола опустевшую посуду. Лица их выглядели столь же невыразительными, что и у первой служанки, в пустых глазах не угадывалось не единой мысли.
— Я смотрю, у вас вышколенные служанки, — заметила Лена.
— Это не служанки, — усмехнулась княгиня, — время от времени я беру в горничные дочерей своих вассалов. В некотором смысле они мои воспитанницы.
«Воспитанницы»? Лена недоуменно вскинула бровь: иные девушки выглядели старше самой княгини. Но, похоже, Эржет не лгала — черты лиц и стройное телосложение выдавали благородное происхождение горничных, также как и пальцы — пусть и изрядно подпорченные работой, но по-аристократически тонкие и длинные. Но тогда это выглядело странно — даже у мелких дворянчиков Дракии обычно все в порядке с родовой спесью. Впрочем, обдумать эту странность Лена не успела — Эржет вновь наполнила бокалы и протянула один из них гостье.