Госпожа попаданка (СИ)

Мраморная вилла герцога Тускулата стояла на широком уступе горы, напротив дымящегося вулкана. С открытой веранды открывался великолепный вид одновременно на город и на море. Сам хозяин виллы сидел за большим столом из кроваво-красного сандала, потягивая изысканное вино с собственных виноградников. Най Юний Тускулат, герцог Алеттский, был худощавым смуглым мужчиной, средних лет, с резкими чертами лица и тонкими завитыми усами. Он носил костюм из винно-красного бархата, расшитый изображениями саламандр и василисков. С пояса из кожи морского варана свисал кинжал с золотой рукоятью в виде головы овна, холеные белые пальцы украшали два перстня — золотой, с черным опалом, и серебряный с алым рубином.
Прикрыв глаза, герцог смаковал тонкий букет, будто не замечая двух мужчин, сидевших напротив. Стол украшали разные яства: фаршированные осьминогом мурены; жареная барабулька, посыпанная черным перцем; паштеты из петушиных гребней, соловьиных и павлиньих языков; матка молодой свиньи, приправленная перцем, сушёной мятой и рыбным соусом; жареный фазан, обложенный тушеными сонями; запеченный целиком кабанчик, начинённый кровяными колбасами. Однако мужчины едва обращали внимание на эти лакомства, то и дело бросая на герцога раздраженные взгляды.
Гости Тускулата сильно отличались друг от друга: один был столь же черноволос и смугл, как и хозяин виллы, но значительно ниже и толще. С мясистого лица, обрамленного седеющими бакенбардами, колюче смотрели черные глазки. Мужчина носил наряд из кожи, черного бархата и шелка, покрытый как бы кованной вышивкой из металлических нитей, драгоценных камней и золотых кружев. Ниже пояса начинались короткие шарообразные штаны, раскрашенные черно-красными полосами. Кружевной воротник, столь широкий, что голова казалась лежащей на большом блюде, покрывали изображения белых черепов, также как и плотные чулки из черного шелка. Широкий пояс, подпирающий внушительное брюхо, украшала золотая пряжка в виде бычьей морды. Второй же гость был молодым человеком, лет двадцати пяти, с русыми волосами и зелеными глазами. Его ладную фигуру подчеркивал длинный жупан из черного бархата, расшитый белыми бабочками — «мертвая голова», с пуговицами в виде золотых мух. Высокий берет был оторочен куньим мехом и украшен перьями черной цапли, усыпанных золотой пылью. Талию охватывал пояс из золотых пластин, с вычеканенной на каждой изображением мухи. С пояса свисал палаш, с позолоченной рукоятью, в ножнах усыпанных жемчугом и мелкими изумрудами.
Солнце, наконец, зашло за гору и тут же от города раздался звучный звон, эхом откликнувшийся еще в нескольких местах — храмы Баала провожали архонта в ночное путешествие по Лимбу. Тучный мужчина бросил на герцога красноречивый взгляд.
— Его величество все еще заставляет себя ждать.
— У королей свои причуды, сенатор, — улыбнулся герцог, — но будьте уверены, что для него очень важна эта встреча.
— Пока не похоже, — подал голос второй мужчина, — мы ждем уже третий день, причем я рискую куда больше сенатора. В конце концов, почтенный Руберио не подданный императора, чтобы там себе не мнил о себе Фрэг. Но если в Брокгарте узнают, что родич сарлонского князя участвует в подобном заговоре.
— Будьте уверены, что ни одни враждебные уши не услышат сегодняшнего разговора, — заверил его Тускулат, — мы позаботились об этом. Что же до короля…а вот и он!
Сверху вдруг послышалось хлопанье крыльев, раздался громкий крик и на веранду опустилось диковинное существо с перепончатыми крыльями, змеиным хвостом и мощными когтистыми лапами. Длинное гибкое тело покрывала черная чешуя, вдоль хребта тянулся алый, как кровь, гребень. При виде гостей тварь злобно зашипела, выпустив из ноздрей черный дым и язычки пламени.
— Тихо, Лемул! — со спины чудовища спрыгнул высокий мужчина, погладивший покрытую чешуей голову, — это друзья. Я прошу прощение за опоздание, господа, но если вы знали, как бывают увлекательны полеты на драконах, вы бы поняли меня лучше.
— Сенатор Руберио Морони, князь Казимунд, — Таскулат встал, отвесив церемонный поклон, — перед вам Орс Пятый, король Гроскании, Хранитель Пылающей Горы, плоть и кровь Архонта Пламени, наместник….
 
— Не, увлекайтесь титулами, почтенный Тускулат, — усмехнулся Орс, — это ведь не тронный зал, да и я не в короне. Пусть будет по-простому.
Сам король, вопреки собственным заявлениям, выглядел отнюдь не «просто». Его костюм — скорее даже легкие латы из черной чешуйчатой кожи, — облегал его, словно вторая кожа, подчеркивая широкие плечи и мускулистые руки Орса. Странный наряд покрывали узоры из мелких, красных как кровь, рубинов, образующих причудливые изображения: сшибавшихся лбами баранов, львов и быков, сражающихся друг с другом, переплетающихся драконов. В левом ухе висела золотая серьга с алым гранатом, на пальце красовался золотой перстень с печаткой со львом и саламандрой. С пояса свисал длинный меч. Густые волосы украшал обруч из красного золота в виде дракона, кусающего себя за хвост. Смуглое лицо, обрамленное темно-рыжей бородой, отличалось резкими, «орлиными» чертами, черные глаза смотрели дерзко и властно.
Король потрепал по шее дракона и тот, издав новое шипение, взмахнул крыльями и взмыл в небо. Сделав круг над виллой, дракон устремился к дымящейся горе. Король проводил его взглядом и, пожав плечами, направился к столу, слегка хромая на левую ногу. Приглядевшись, можно было различить и причину хромоты: из сапога, чуть ниже колена торчал длинный коготь, напоминающий петушиную шпору. Все короли Гроскании гордились этой фамильной приметой, наглядно подтверждающей их происхождение от Асмодея, и мирились с неудобствами, что порождала сшитая на заказ королевская обувь.
Орс уселся на свободное место, налил бокал вина и залпом осушил.
— Полеты пробуждают жажду, — он улыбнулся, обнажив крепкие острые зубы, — жаль, что Лемул не так огромен, как в тех старых легендах, где тень от драконьих крыльев накрывала целые города. Будь оно так — и мне бы не понадобилось вести столько интриг, чтобы заполучить то, что мое по праву.
— Что же, Ваше Величество, — Руберио покривил толстые губы, — к сожалению, ваш дракон маловат, а значит без нашей помощи вам не обойтись.
— Помощь обоюдна, — сказал Орс, — или Асталия не заинтересована, чтобы на трон вместо мальчишки сел зрелый мужчина? Происходящий из родственного вам народа, хорошо понимающий, где настоящие друзья, а где враги Империи.
— Все это так, — кивнул Руберио, — и все же…тридцать тысяч золотых.
— Честно говоря, я уже считаю, что этого недостаточно, — вновь улыбнулся король, — мне нужно не меньше пятидесяти тысяч. А лучше сто.
— Сто! — Руберио выпучил глаза, став похожим на огромную жабу, — это немыслимо!
— Наемники нынче дороги, — пожал плечами Орс, — да и жадность тулейских вождей сильно возросла с тех пор, как их можно было нанять за несколько возов с гросканскими винами.
— Это ведь куча золота! — передернул плечами Руберио, — Сенат никогда не одобрит подобных трат.
— Мы оба прекрасно знаем, что Сенат решает не все, — негромко произнес Орс, — ваш союзник заинтересован в моей победе не меньше. Если запрашиваемая мной сумма велика для вас — может мне стоит обратиться напрямую в Иктлан?
Тускулат усмехнулся, любуясь бисеринками пота на лбу Руберио. Именно это они с Орсом не раз обсуждали, готовясь к сегодняшним переговорам. Иктлан, могучая заокеанская империя, обладала огромным влиянием в Астальской Республике, что нравилось далеко не всем. Гордость тамошних нобилей известна всем — и вряд ли они допустят, чтобы столь важные вопросы решались через их голову.
— Возможно, мне удастся уговорить Сенат раскошелиться, — вымученно улыбнулся Руберио, — но им нужны гарантии. Удасться ли возместить эти расходы?
— Об этом можете не беспокоиться, — усмехнулся Орс, — получится не просто возместить, но и изрядно навариться на этой войне. Во-первых, я отдам астальцам те привилегии в торговле Брокгарта, что имели раньше лоркнийцы.