Путь к свободе (СИ)

- Она на меня с ножом бросилась, когда увидела, - хмыкнул Куоритч. - Я не помню, кем она была до того как ушла с Салли, но теперь она уж точно не станет со мной говорить.
Но тут же совершенно не к месту он вспомнил, как тащил эту девчонку на руках из кабинета Сандерса: окровавленную, обессиленную, беспомощную. И как та, шепча слова ненависти, прижалась головой к его плечу, доверяя ему тогда больше, чем любому из тех, кто окружал ее.
- Тогда припугни, делов-то! - генерал всплеснула руками. - Я тебя что, учить должна? Разговори ее, запугай, надави.
- Но смысл? – реком все еще не понимал, чего от него хотят. - Я и без нее знаю, где Салли и его семья.
- Да какой же ты тупой! – вспылила Ардмор. - На хрена бегать за Салли, если можно сделать так, что он сам прибежит сюда!
И следом пояснила:
- Недавно мы нанесли ракетный удар по деревне этих синих обезьян. Камеры на дронах зафиксировали кадры, из которых ясно, что раненых и погибших там более чем достаточно. И этот клан, по факту, уже совсем скоро прекратит свое существование. А ты можешь их добить. Либо сделать вид, что хочешь добить, а мы позаботимся о том, чтобы Салли это узнал.
- Девчонка не станет мне помогать, - Куоритч покачал головой, - она же не дура.
- Дура, раз приперлась сюда, - генерал тонко улыбнулась. - Она же явно пришла, чтобы разведать обстановку. Неизвестно, что задумали повстанцы, но наш главный прекрасно понимает, что если они сюда отправили хилую научницу, то дела у них обстоят весьма и весьма хреново. Но он так же понимает, что если загнать крысу в угол, то она будет защищаться до последнего. И нам вовсе не нужно, чтобы на строящийся город обрушилась взбешенная толпа аборигенов.
И закончила:
- Короче, боец, прижми эту бабу к стенке и заставь рассказать тебе правду. Но сильно не бей: Сандерс не похвалит тебя, если ты испортишь это тельце. На него уже тоже есть далеко идущие планы.
- Мне не нравится эта идея – выбивать информацию из хилой девчонки, - оскалился Куоритч. - Дерьмом воняет вся эта затея.
- А никого не ебет, что там тебе нравится, а что нет, - генерал Ардмор ядовито хмыкнула. - Не хочешь – не надо. Будешь до конца жизни летать вторым стрелком и сопровождать яцеголовых, пока они дерьмо змееволков из-под коряг выковыривают. Либо же можешь вновь стать тем, кем ты был.
Помолчав, она добавила:
- Но даже если захочешь принять мое предложение и выбить из девки признание, то делай это аккуратно. Особо не маячь рядом с ней - тут правила изменились: нам нельзя заходить на территорию научного комплекса, как и им нельзя появляться где-то, кроме него. Усек?
- Так точно.
- Хорошо. Нахождение на территории научного центра - только с разрешения старшего по званию. Которое, считай, у тебя уже есть. Завтра будешь сопровождать туда лейтенанта Джексона: он идет, чтобы проинструктировать яйцеголовых, как себя вести в лесу. А то этих придурочных стоит только выпустить туда, как они готовы на пальму вскочить и там остаться. Ну, а пока он матрас в уши пихает этим задохликам, ты попробуй поговорить с дикаркой.
Чувствуя, что его вновь втягивают в какие-то подковерные игры, реком поморщился, однако кивнул:
- Понял.
- Через два дня отправишься с учеными в рейд. Полетите на двух вертолетах. Все ученые будут в аватарах. С ними, кстати, будет их непосредственный начальник, некий Ньюман. Сынок богатеньких родителей, который прилетел на Пандору заработать большую славу и еще большее бабло. Он тебе поможет, если понадобится. Сандерс сказал, что он надежный человек. И он, кстати, был знаком с этой девчонкой еще до ее прилета на Пандору. Короче, полковник, я дала тебе вводную, а дальше ты сам.
- Понял, - кивнул Куоритч. – Что-то еще?
- Да, - генерал помолчала. - Не думай, что я или кто-то из моих бойцов настроены против тебя. Но ты уже не человек. И более того – ты облажался. И я не могу осуждать ребят, которые тебе не верят. Слишком много аватаров перешло на сторону врага.
- Понятно, - кивнул Куоритч, чтобы уже просто избавиться от Ардмор. - Я никого не трону. Но если у кого-то хватит смелости сунуться ко мне, то пусть пеняет на себя.
 
На этом разговор окончился, но оба собеседника прекрасно понимали, что им еще не раз предстоит к нему вернуться…
По пути в казарму Куоритч обдумывал услышанное. И чем больше он перекатывал эти мысли в голове, тем меньше ему нравился этот план. Хитрить, выкручиваться, втираться в доверие к слабой девчонке, чтобы потом ее руками уничтожить несчастных аборигенов и вынудить заклятого врага вернуться, - отвратительно!
Перед глазами рекома вдруг все поплыло и он, остановившись, одной рукой схватился за стену, а второй — за голову. Все это время после возвращения на базу голова просто раскалывалась. Все-таки Салли его хорошо приложил той тяжеленной цепью. И если большая часть ссадин и синяков не доставляла особых проблем, то голова частенько напоминала о себе сильнейшей болью. Дерьмо. Все - дерьмо! Вся эта ситуация была идиотским паноптикумом с самого начала: охота на Салли и его семью, смерть старшего сына Джейка и, наконец, этот мальчишка, Паук. Его, Куоритча, сын. Столь же неприкаянный и одинокий, как и та девчонка, которую сперва избили солдаты и над которой потом поиздевался главный. Она тоже была одинока, беспомощна, но, как и Паук, не просила о помощи, а готова была погибнуть за свою идею.
Приступ головокружения окончился так же внезапно, как и начался, и Куоритч, удивленно моргнув, выпрямился, поднес к лицу респиратор и несколько раз глубоко вдохнул. Быть может, эти боли вызваны именно нехваткой воздуха. Врач что-то такое говорил, но долго реком его слушать не стал. И уж тем более не собирался всюду ходить в маске, которая его откровенно бесила.
Он попытался взять себя в руки: нельзя давать себе слабину. Нельзя даже впускать в голову мысли о том, что его сын сейчас с Салли и ненавидит своего отца. Нельзя думать о том, насколько жалко эту хилую девчонку, которая весит едва ли больше, чем Паук, хотя и аватар. Нельзя жалеть себя. Нельзя даже допустить мысль, что он не тот Майлз Куоритч, которого все так хотят в нем увидеть.
Машинально реком коснулся жетонов на груди и тут же отдернул руку. Он - не тот Куоритч, не тот человек, которого все помнят. Он абсолютно иной. И эти чужие воспоминания, чужая ненависть каждый раз жгут его изнутри, вызывают тошноту и отторжение. Потому они все и погибли, весь отряд - Лайл, Манск, Жница и остальные, - потому что он не верит в правильность принятого решения. Не верит, что надо именно так! Что в самом деле надо гоняться за этим проклятым Салли по всей Пандоре…
Шумно выдохнув, Куоритч мотнул головой: к черту все! Прочь эти дурацкие мысли! Он боец, солдат! И пусть с него сняли звание и должность, но он еще вернет их. И если для этого ему надо уничтожить эту несчастную девчонку, то так тому и быть.
Подлый внутренний голосок тут же возразил: а ты, мол, сам-то себе веришь?
- Не верю, - Куоритч решительно двинулся вперед, - но сделаю все как надо.
- Шарлотта, ну ты где? - Мэри нетерпеливо притопнула ногой и повторила в гарнитуру: - Мы ждем только тебя!
Спустя мгновение в наушнике послышался голос Ло:
- Бегу, минуточку!
Ло и впрямь появилась практически сразу: немного взъерошенная, в своей неизменной обрезанной майке и до неприличия коротких шортах. И, конечно, босиком. Она вошла в лабораторию из двери, ведущей в сад, и, даже не успев оглядеть всех, улыбнулась:
- Простите, я увлеклась.
Мэри, тепло улыбнувшись своей подопечной, кивнула:
- Нас будут инструктировать насчет поездки в лес. Конечно, тебе это не надо, но мистер Ньюман велел, чтобы присутствовали все.
- Без проблем, - Ло торопливо села на пол, чтобы не возвышаться над всеми, и скрестила ноги. - Я могу вам рассказать о том, как вести себя в лесу.
- И я буду благодарна тебе, если ты это сделаешь, - кивнула Мэри, - но существуют правила, ты же понимаешь.
- Конечно.