27 шагов навстречу (СИ)
Надо папе позвонить.
Открываю приложение, соединяющее миллионы, нахожу его, продолжая держаться.
— Па-а-ап! — Сразу ору, делая ещё пару шагов. Ничего-ничего, я спущусь, обязательно.
— Прянь, что кричишь-то? Ты тут всех напугала.
— Пап, я по лестнице спускаюсь.
Он только смеётся.
— Ногами вперёд?
— Ногами по ступеням.
— Поздравляю. Что за приступ бравого солдата? И где ты сейчас?
— В Белфасте, это Англия, пап.
— И как ты там оказалась, прянь?
— На самолёте… точнее даже двух.
Папа затихает, только рядом кто-то просит остановиться. Уже какой месяц старательно пытается скрыть, что работает водителем, что мечта всей жизни снова разбилась и отошла на второй план. Но разве этого стоит стыдиться?
Только почему-то не могу найти слов, чтобы сказать, что я всё понимаю и люблю его… поддержать, как когда-то поддерживал он, когда я заваливала экзамен за экзаменом, а мама ходила темнее тучи, ставя в пример отличницу-Светку.
Они развелись после моего совершеннолетия, и если объективно — мне жаль, что не подали на развод раньше. Может быть, в подростковом возрасте я бы не поняла его, может быть, обижалась бы… но… он подарил мне лучшее детство, как и мама, и, наверное, они оба достойны того, чтобы быть наконец счастливыми, даже если это счастье проходит через их свободу.
Только маме до сих пор обидно, что папа сорвался, уехал на край Родины с одним мольбертом и кисточкой, а я…
— Пап, я так вас люблю.
— Эй, ты там с жизнью решила проститься? Что за нежности!? Ну-ка! За ногами следи!
Он смеётся, сам не зная, что от его голоса на расстоянии нескольких тысяч километров я становлюсь чуточку смелее. И справляюсь с лестничным пролётом куда быстрее.
Шаг за шагом..
— Пап, расскажи мне что-нибудь?
Он на мгновение задумывается, и я даже немного пугаюсь, думая, что он отключился, но..
— Я горжусь тобой, прянь. Ты же знаешь это?
— Да, пап.
— Ты очень смелая трусиха, вся в меня. Только обещай не ждать десятилетиями, даже если тебе будет казаться, что так правильнее. Правильнее — это быть там, куда тянется сердце, а не там, куда зовут все остальные.
Его голос не идеален и даже слегка хрипловат, позади шумят пассажиры, гудят машины, проносящиеся сейчас рядом.
— Пап… ты самый лучший.
Произношу на последнем дыхании, и тут же отчего-то начинаю давиться слезами. Зачем? Почему?
— Мне тебя сильно не хватает.
— Ну, прянь, моё место всегда рядом с тобой, только тебе пора найти кого-то покрепче.
Мама так и не смогла его простить за все эти 9 лет. Для неё их брак был почти идеальным, но папу он разрывал по частичкам.
Но… я благодарна, что смог… идти туда, куда зовёт сердце.
Он отключился первым, а я успела спуститься до одинокой единички на двери.
Администратор даже умудрилась вскочить, заметив мой не самый презентабельный вид. Надо тогда уж спросить…
— Miracle?
Благодарю, когда девушка в смешной форме, с забавной косичкой на плечо показывает на зеркало, которое вчера я и не заметила. Огромное, на всю стену..
Miracle.. что-то он вчера говорил про это, только что?
…Белфаст утром мало отличается от обычного городка: спешащие машины, спешащие граждане, пока ещё закрытые лавочки.
По пути встретила индийский супермаркет и искренне огорчилась, что тот оказался закрыт.
А ещё… тут столько граффити и все они то про футбол, то про войну между Северной Ирландией и Южной… надо будет спросить мистера-всезнайку, что за война хоть.
Даже забрела в один закуточек, где все стены вплоть от цоколя и до крыши — своеобразная арт-площадка. Там и 3d-картины, и просто рисунки… удивительный город!
Карта уверенно твердила, что до Мей Стрит тут всего 7 минут пешком, и зря я вчера сетовала на этот райончик.
И правда, сколько я не глазей, здание местной Оперы показалось как раз вовремя. А напротив — та самая церковь, которую мне так и не дали сфотографировать. Но сейчас-то!
Кажется, что бирюзовый шпиль уходит в самое небо. Я не видела ещё никогда ничего подобного, но эти маленькие башенки… ух, просто нет слов!
Через два квартала нашлась и администрация, а потом я очень долго хихикала, покупая кофе и плюшечку на Артур-стрит. Наверное, он посмотрел бы на меня, как на сумасшедшую, но мне и правда показалось, что вот все эти торжественные здания ему и правда подходят. Мол, вот сюда бы он шел обедать, в этой библиотеке бы прочёл Шекспира в оригинале, а тут… А тут я ещё не придумала.
Карта уверенно вела меня к цели — той самой верфи, где строился Титаник. Только вот кроссовки решили, что многочасовые прогулочки с мозолями от боссоножек — не самая удачная идея.
Но я не сдавалась… не сдавалась до тех пор, пока часы не пробили 12 и золушка не превратилась в еле шагающую утку. Но мне же осталось совсем чуть-чуть! Просто я тут помимо маршрута обошла столько всего! В общем, ноги не зря завывали последнюю песнь…
Уже виднелся причал небесной красоты с пришфартованными яхтами, ещё немного и я бы увидела даже последний сохранившийся пароход той самой компанией, которая построила Титаник.
«Номадик».. есть же в его названии что-то навевающее о морях… Более 90 лет он служил морю, поклонялся ему, а теперь стал памятником — символом бушующих стихий.
Но… ноги идти отказывались, сколько я их не переставляй, желудок предательски завывал, а 47 процентов успели превратиться в 5. Кафешки на причале не виднелись, поэтому… пора набрать номерок, если я не хочу застрять здесь с истертыми пятками, голодной и снова без связи.
Перспектива так себе.
Только кому? Дедушке? Как-то неловко… Артуру? А почему бы и нет? Пусть отдувается.
Гудок за гудком начали сгущать тучи над головой, и до сего момента радостная солнечная погода сейчас пообещала "обрадовать" своей моросью. В общем, надо спасаться, а этот осёл упрямо не отвечает!
— Артур! — Рявкнула, как только гудки прекратились.
— Что? — Сонно и как-то даже… нежно? Я туда попала? Точно?
— Э… меня забрать надо, батарейка садится.
— Ноги есть.
А, да, точно — туда.
— Ног нет.
— Автобус?
— Ну, Артур!
— Такси?
Выдохнула..
— Я на причале возле парома «Номадик». Сгущаются тучи и…
— Вызывай такси. Точка.
И отключился.
Такси? Серьезно? У меня сейчас телефон сядет, а единственное, что он предлагает… и да, он не обязан, но… да твою мать, кто его такого родил вообще!
RUTRA.
Озноб перетек в слабость и лёгкую тошноту, успешно отступавшую до её звонка. И я уже точно заново погружался в лёгкую фазу сновидений, как телефон вновь завибрировал.
— Да. — Снова кладу на ухо, не собираясь открывать глаза.
— Мальчик мой, быстро вставай!
Всё же беру телефон, сверяя на экране номер.
Ясно, значит, пошла другим путём.
— Нет.
— Ты посмотри, что творится за окном!
— И что?
— А́ртур! — Превышает интонацией норму. — Девушка заболеет и это будет на твоей совести.
— Почему это? Она сама ушла не пойми куда, не продумав, как будет добираться обратно. В чем я виноват?
Заставляю тело напрячься и сесть на край кровати, опираясь рукой о край.
Дед определенно сейчас приводит аргументы, но ни один из них не остаётся в моём сознании. Надо уже отключаться.
— Я завтра тебя заберу.
— Стой! — Вскрикивает. — Что ты выберешь, Артёма или эту прекрасную леди?
Ещё раз проверяю смартфон, уловив, что аферист точно брал уроки шантажа.
— Хорошо. Уговорил. Где она там? Возле Титаника? Отлично.
— Спасибо, мой мальчик.
— Больше не смей меня шантажировать.
— Артем и правда соскучился, да и Марта прилетит на днях, ты же знаешь. Может, Вам стоит с ним поговорить?
Натягиваю футболку, тут же хватаясь за джинсы.
— Я отправлю ему открытку, как всегда. И будь добр, не смей говорить ему о своих предположениях касаемо Нели
Похоже, ему ещё и смешно.