Паладин развивает территорию (СИ)

Лорд и архимаг, наблюдали, как рабочие заносят станки в мастерскую и подключают их к приводному колесу парового двигателя. В отличие от двигателей первого поколения, этот уже имел своего рода коленвал, распределявший усилие на несколько колёс, но главным его отличием были узоры на нём.
Он был весь исписан магическими рунами, которые на медном корпусе были трудно различимы.
 — Юноша, вы заставили этого старика, по-новому взглянуть на мир — прозвучал голос Свейна из-под капюшона, стоявшего слева от него, опираясь на свой посох.
 — Тут слишком много «если», давайте не будем делать поспешных выводов — ответил Виктор, не отрывая взгляда от двигателя.
Дворфы заканчивали крепление к нему медного провода одним концом, а другим к штырю в бетонному полу.
Штырь был напрямую соединён с магическим кругом и должен был подавать питание на руны двигателя, которые имели только одну функцию разогрева.
В дальнейшем на двигатель установят кристалл, который будет одновременно подпитываться от круга и служить выключателем, но прямо сейчас, это был эксперимент и решили обойти без этого механизма.
 — Готово! — крикнул Гелдор, который и сам находился в нетерпении.
Последний несколько месяцев, он толком не спал и хотел уже увидеть результат своей работы.
 — Начинайте! — сразу крикнул Виктор и на крыше здания в паз для кристалла, связанного медным проводом с магическим кругом под зданием, установили камень манны. В этот момент маги в здании почувствовали лёгкое колебание энергии в атмосфере. Оно было трудноразличимым, но всё же ощутимым.
Все смотрели только на паровой двигатель, на котором уже через минуту начали проявляться руны, а через несколько минут, свечение можно было отчётливо видеть невооружённым глазом.
По приказу лорда кузнецы начали забрасывать топливо в топку двигателя, чтобы побыстрее разогреть его и уже через полчаса, двигатель издал характерный звук выходящего пара.
 — У нас получилось — произнёс Балтор, стоявший справа от Виктора. И посмотрел на довольное лицо человека рядом с собой.
Можно было не сразу понять, что тут происходит, ведь они и так его разогревали, но в отличие от прошлого, на это потребовалось в половину меньше времени.
Теперь оставалось посмотреть, на каких оборотах он сможет работать без топки и его оставили как есть на шесть часов.
Никто из присутствующих не собирался уходить, потому что это было открытием, что перевернёт мир, как они могли пропустить хотя бы малейшую деталь. Все присутствующие ходили кругами, вокруг двигателя, пытаясь увидеть малейшее отклонение.
Ещё через час, двигатель сбросил обороты, но продолжал уверенно пыхтеть и подбрасывать дрова в топку, приходилось только при заливке воды, чтобы быстрее вернуть его в рабочее состояние.
Однако в голове Виктора уже звучала победная мелодия, потому что в средневековом мире, он получил беспроводную зарядку, такое достижение, открывало ему невероятное будущее.
 Глава 125. У паладина, свои планы на богов 
Небо над Балтес в последние дни становилось всё более ясным, солнце грело всё сильнее, знаменуя окончание холодной зимы и готовность весны вступить в свои права.
Жители владений впервые в истории прошли эту холодную пору, не голодая и не замерзая. На самом деле они даже не задумывались о том, что они будут есть и во что им одеться. Любой нуждающийся мог обратиться в полицейские участки, чтобы получить тёплую одежду или отправиться в лагерь для беженцев, организованный на границе Селитаса или Клинт.
Однако этой возможностью пользовались только вновь прибывшие. Те, кто жил тут хотя бы пару месяцев, не имели такой потребности. Даже крепостные всё ещё оставшиеся во владениях в большом количестве не знали никакой нужды.
На уговоры старост выкупить себя, крепостные, как правило, не понимали, зачем это нужно. Они просто наблюдали, что все эти так называемые «вольные», едут в их вотчину, в поисках еды и заработка. Что им делать с этой свободой? Уехать отсюда? Что бы делать что? Лорд защищает их как свою собственность, платит столько же сколько и остальным, медработники, которых тут уже считают за святых, раз в три месяца проводят осмотр жителей на предмет заболеваний, ведут беременность женщин, принимают роды и следят за соблюдением всех норм гигиены.
 
Старосты обязаны следить за тем, чтобы крепостные ни в чём не нуждались и предоставляли им работу в первую очередь. Поэтому крепостные и не стремились освободиться, так как она ничего им не давала, наоборот, они боялись потерять своё место.
Желание Виктора, сделать жизнь людей лучше, привела к странному результату, который он никак не планировал. Ведь свобода нужна, чтобы иметь возможность передвигаться без лишних проблем, а крепостные в Балтес, могут передвигаться в пределах вотчины без ограничений, ведь большего им не надо.
Монах из Селитаса наблюдал всё это своими глазами, пока шёл через населённые пункты Балтес в восточную деревню Акирон, где по приказу лорда был построен приют.
Шима получил назначение в Селитас ещё двадцать лет назад, что можно было считать наказанием, так как не было территории дальше этой. Будь тогда Балтес, его наверно отправили бы туда.
За свои постоянные препирательства, с кардиналами церкви Святого Света, его много раз наказывали, но ему, как человеку из народа, было трудно смотреть, как эти люди, называющие себя служителями бога, проводят всё своё время в борьбе за скудные ресурсы и пожертвования, поступающие со всего континента.
Данная церковь была единственной в своём роде, так как имела собственную страну. Хотя называть это страной можно было лишь с большой натяжкой.
Находясь на востоке от Номина, вся их территория была не больше пятидесяти квадратных километров и если сравнивать, то они были похожи на Ватикан, на Земле.
Как бы ни старалась церковь проникнуть во все сферы жизни людей, феодалы никогда бы такого не позволили просто так. Самое лучшее, что у них получалось, это открывать небольшие храмы в вотчинах за свой счёт и там заниматься благотворительной деятельностью.
Церковники хорошо понимали, что быстро действовать нельзя и сначала надо проникнуть под благовидным предлогом, чтобы завоевать доверие людей и ассоциироваться у них с помощью.
Тогда можно будет продвигаться дальше и, в конце концов, когда придёт время, будет несложно поднять людей, загнанных в безысходность на бунт.
Конечно, они не стремятся им помочь, таким образом, они хотят показать своё влияние аристократам и правителям. Даже небольшой мятеж ударит по доходам последних. Ведь при его подавлении, аристократы обязательно устроят резню, а после будет ещё одна, в назидание.
Аристократы не были так дальновидны как служители церкви, так как они не находились на грани выживания и не занимались планированием своего будущего круглый год.
По этой причине они и позволяли строить храмы в своих владениях, разумеется, за небольшую взятку и обещание поддерживать среди простолюдинов веру в их лорда.
Священнослужителям это было несложно, можно пропагандировать среди людей в пользу лорда, а в нужный момент, развернуть всё на сто восемьдесят градусов.
Но Шима спорил с ними не по этой причине, а потому, что епархия собирала с простолюдинов и крепостных пожертвования, которые она присваивала себе, вместо того, чтобы строить приюты и помогать нуждающимся.
Они также начали приучать лордов делать пожертвования, якобы для примера перед своими подданными. И те потихоньку стали делать это, сами того не замечая, насколько абсурдна такая ситуация. Ведь лорды брали взятки, чтобы церковники могли разместиться в их владениях, а теперь они сами платят за то, чтобы жители владений восхваляли их.
Такая дешёвая популярность стала нравиться аристократам, и в некотором смысле они стали зависимы от этого. Проезжая в своих роскошных каретах, дворяне наблюдали, как им радуются простые люди, и восхваляют их.