Виктор Вейран. Шаг навстречу тьме

– Я закончил, – поднял руку с зажатым в пальцах пером.
– Можете сдать свою работу и подождать окончания экзамена, молодой человек, – ответил профессор.
– А можно выйти в коридор, подышать воздухом?
Старик задумался, затем все-таки кивнул, и я рванул в коридор. Выглянул в большое окно. У самых дверей в академию маячили сопровождающие. Что же делать? Где искать запасной выход, не знал. А может…
Поспешил вдоль закрытых дверей аудиторий. Студентов сейчас не было, но из-за одной раздавались девичьи голоса. Точно! Тут же где-то должны сдавать экзамены и девчонки, но пока что наши группы не пересекались. Дверь отворилась, и около трех десятков девушек высыпало в коридор. Они щебетали разом, как стая разноцветных птиц. Я замер в нише, пропуская ряды будущих студенток. Две юные мадемуазели отстали. Они о чем-то перешептывались, видимо, обсуждая завершившийся экзамен. Решение пришло само собой.
– Добрый день, мадемуазель, – шагнул к ним.
Одна из девушек вздрогнула, другая с любопытством уставилась на меня.
– Здравствуйте, месье. – Обе запоздало вспомнили о приличиях и присели в реверансе, а я разглядывал новых знакомых. Одна была беленькая, как цветок одуванчика, такая же тонкая и пушистая. Другая – брюнетка с бездонными темными глазами. Полные противоположности друг друга. Уверен, по характеру тоже.
– Прошу простить, что потревожил, но мне необходима ваша помощь.
– В чем же? – со мной говорила брюнетка.
– В планировании побега, – улыбнулся ей, и девушка вскинула тонкие брови. – Не подумайте дурного, история проста до безобразия. Я решил сбежать с экзамена, но родители предвидели это и приставили соглядатаев. Теперь они маячат у двери, и мне не выйти. Вы ведь приехали в экипаже, верно?
Девушки слаженно кивнули.
– Не могли бы вы вывезти меня за ворота академии? Признательность моя не будет иметь границ.
– У нас тоже сопровождения хватает, – рассмеялась брюнетка. – Но, думаю, мы можем решить вашу проблему, месье…
– Вейран. Виктор Вейран.
– Анжела Лейдон. А это – моя подруга, Мария Буассе.
Кажется, я узнал голос. Вот только мадемуазель Лейдон, к счастью, не узнала меня, как и ее подруга Мари, которую я спутал со служанкой. Что ж, так даже лучше. Белокурая Мари понравилась мне несказанно, и, будь обстоятельства более благоприятными, возможно, мы могли бы стать друзьями.
– Благодарю за чистоту ваших сердец, мадемуазель, – поклонился обеим и поспешил за ними к выходу. Для девушек уже подогнали экипаж. Понятное дело, наши слуги отошли в сторону, и экипаж скрывал меня от них. Слуга отворил дверцу, и Анжела кивнула мне. Я первым забрался внутрь, девушки поспешили следом, утихомирив перепуганную служанку.
– Тише, – шепнула ей Анжела. – Все в порядке. А вы пригнитесь, месье Вейран. Вас могут увидеть.
Я послушался и почти лег на сидение, а девушки, наоборот, припали к окнам, будто хотели более тщательно разглядеть парк, окружавший академию. Скрипнули, открываясь, ворота, и копыта лошадей застучали по гулким камням мостовой. Я выпрямился, уже не опасаясь, что кто-то заметит.
– Вы спасли мне жизнь, мадемуазель Лейдон, мадемуазель Буассе.
– Вы преувеличиваете, месье Вейран, – отвечала более бойкая Анжела. – Где вас высадить?
– Можно за ближайшим углом, дальше доберусь сам.
Экипаж повернул и остановился.
– Благодарю, – коснулся я губами сначала руки Анжелы, затем Мари и спрыгнул на мостовую. – Надеюсь, еще увидимся.
– Если мы хорошо сдали экзамены, непременно, – приветливо улыбнулась мадемуазель Лейдон. Эх, посоветовать бы ей не ходить к сомнительным гадалкам, но не хотелось раскрывать свое инкогнито – похоже, девушка меня не узнала.
– До встречи. – Я махнул рукой и бросился бежать со всех ног, потому что потерял драгоценное время. Последний экзамен в «Черной звезде» должен был начаться через четверть часа.
Давно я так не бегал! Хотя, честно говоря, не припомню случая, чтобы наследник рода Вейран на такой скорости несся по улицам столицы. По пути сшиб с ног какого-то месье. Так же на ходу извинился, выслушал с десяток проклятий, несущихся в спину, и влетел в ворота, едва успев достать из кармана звезду.
 
– Опаздываете, – угрюмо сказал дежуривший у ворот охранник.
– Простите, – пробормотал я, ускоряя бег, и ворвался в дверь ровно в полдень.
В холле толпились другие студенты. Хотя «толпились» – немного не то слово для шестнадцати мальчишек. Отыскал взглядом Эда и протиснулся к нему.
– Я уже думал, что ты не придешь, – шепнул мой новый приятель. – Что сдрейфил.
– Не дождешься, – хмыкнул я. – Просто так сложились обстоятельства.
– Понимаю. К демонам обстоятельства, давай покажем всем, кто тут сильнейшие маги.
А мне нравился этот тип! Будем учиться вместе – подружимся. Потому что, несмотря на неказистую внешность, в Эде чувствовался характер.
– Рад видеть, что все собрались.
Директор, в прошлый раз исчезнувший в никуда, на этот раз появился из ниоткуда. Даже мелькнула мысль, что он никуда и не уходил, но, конечно, это была шутка. Да и находились мы в холе, а не в аудитории.
– Прошу за мной, – сказал директор Стерн. – Пока же мы направляемся в зал для поединков, немного проясню условия третьего экзамена. Вы будете сражаться один на один. Победившие становятся курсантами гимназии «Черная звезда». Но так мы определим лишь восьмерых из десяти, скажете вы, и будете правы. Из тех шести, кто останется за бортом, мы с профессорами выберем четверых, которые получат второй шанс и снова сойдутся в поединках за два оставшихся места. Но помните, что после первого боя вы устанете, и победить станет куда сложнее. Поэтому постарайтесь не проигрывать. А теперь, прошу, подойдите ко мне для жеребьевки.
Я шагнул к директору первым. Никогда не любил тянуть. Вытащил номер три и отошел в сторону. Эд, наоборот, подходил последним.
– Какой у тебя номерок? – спросил у него.
– Третий. – Эд развернул листок.
– Тьма! Не хотел с тобой сражаться.
– Я тебя сделаю, – пообещал мой приятель.
– Скорее уж я тебя.
Мы протянули друг другу руки. Хорошо сражаться, когда не видишь перед собой врага. Но и мне, и Эду это могло стоить слишком дорого. Из двоих останется лишь один. У меня был выход – светломагическая академия. Однако стоило представить презрительный взгляд отца, как тут же понимал: нет. Только победа. Только эта темная гимназия.
А первые претенденты на звание курсантов уже замерли в центре образовавшегося круга. Директор поднял вокруг них щит, чтобы никого не задело, и схлестнулась магия.
– Бой между Генрихом Лоутером и Саймоном Вардом, – провозгласил директор.
Долговязый Генрих Лоутер явно был сильнее. Он наступал на Варда с отчаянной жесткостью. Его противник отбивался, как умел, но заклинания Лоутера неизменно доставали его, и вскоре Вард лежал на полу, тяжело дыша, а Лоутер возвышался над ним.
– Эй, приятель, ты как? – окликнул он Варда.
– Жить буду, – сипло ответил тот.
– Курсантом первой ступени становится Генрих Лоутер, – провозгласил директор. – Вторая пара – Джейсон Макфери и Лайонел Брион.
Здесь ситуация была прямо противоположной. Оба противника сражались наравне. Макфери вырывался за счет скорости. Черные магические сгустки так и переливались в его руках. Брион, наоборот, был медленнее, но его атаки становились все более хитрыми, а магия откликалась лучше.
– Макфери победит, – прошептал пристально наблюдающий за схваткой Эд.
– Нет, Брион, – ответил я.
– Спорим?
– На что?
– Проигравший пригласит на свидание первую же девушку, которую увидит, выйдя из гимназии.
– Идет, – кивнул я.
Давай же, Брион! Не то чтобы я сомневался в себе, но проводить время с незнакомой мадемуазель не хотелось. А если она откажет во встрече, Эд первым будет надо мной смеяться.
Макфери подвела банальность – он споткнулся и упал. Брион тут же воспользовался ситуацией, и директор провозгласил: