Виктор Вейран. Шаг навстречу тьме

– Вижу, ты начал понимать. – Отец слишком хорошо меня знал, чтобы не заметить перемены настроения. – Я не враг тебе, Виктор, и никогда не был врагов. Но не приведи боги, чтобы ты узнал, каково это – ловить у собственного ребенка проблески магии, которой никак не должно быть, и осознавать, что ты не сможешь его защитить.
– Я услышал тебя, папа, – ответил тихо. – Но выбор сделан. Или будем ждать, пока темная магия вырвется из-под контроля?
– Вик…
Отец опустил голову. Мне неожиданно стало его жаль. Он был уже стар. Время неумолимо брало свое, и я стал его поздним, долгожданным наследником только для того, чтобы разрушить все мечты. Потому что унаследовал совсем не то, на что надеялся мой отец.
– Зачем ты пришел? – спросил его. – Не понимаю.
– Все просто, – усмехнулся тот. – Я всего лишь хочу, чтобы ты получил диплом светлой академии.
– Это не обсуждается!
Вот еще интриган!
– Виктор, сначала дослушай. – Отец ударил ладонью по столу, и я замолчал. – Я не прошу тебя оставить обучение в «Черной звезде». Ты прав, свою магию надо контролировать и развивать, чтобы, в случае чего, иметь возможность защитить и себя, и близких.
Его ли я слышу? Может, это очередное заклинание директора Стерна? И мне все снится?
– Я поговорил с ректором светломагической академии. – Отец откинулся на спинку кресла. – Он тоже человек надежный и не раз доказал, что достоин доверия. Конечно, я не стал посвящать его в особенности твоей силы, но после продолжительной беседы ректор Вильмон пообещал переставить занятия первого курса на вторую половину дня, так что на большую часть пар ты будешь успевать. А директор Стерн согласился выдать тебе пропуск. Ночевать будешь возвращаться сюда. В светломагической академии нет строгого режима, так что тебя никто не хватится.
Учиться сразу в двух заведениях? Звучало привлекательно – и напоминало паутину, которой опытный паук оплетает доверчивую мушку. А вот чувствовать себя мушкой было неприятно. И так же неприятно было признавать, что отец прав.
– Хорошо, – сказал я. – Пусть так. Но если другие студенты начнут спрашивать? Они ведь не слепые.
– Соври. У тебя это всегда неплохо получалось.
Прозвучало, как оскорбление. Я закусил губу, чтобы не ответить более резко, чем стоило. В конце концов, это мой выбор, никто не заставляет. Сил у меня хоть отбавляй, хватит и на три академии. А это значит что? Что надо наступить на горло гордости и соглашаться.
– Хорошо, – ответил отцу. – Я попытаюсь. В конце концов, если меня отчислят из светлой академии по итогам семестра, особо не огорчусь.
– Постарайся, чтобы этого не случилось. А ректор Вильмон ждет тебя завтра в полдень на вступительную церемонию. Здесь ваши пары окончатся в одиннадцать, экипаж будет ждать, а потом отвезет тебя обратно. Скажешь кучеру, что у тебя выйдет с расписанием. И если будет время, заглядывай домой, матушка тревожится.
Тревожится? Вот тут я чуть не рассмеялся, но сам момент не располагал к веселью. Волнуется она! Да она небось и не заметила, что сын куда-то исчез.
– Надеюсь, мы друг друга поняли, Виктор. – Отец поднялся на ноги. – И я горжусь, что ты сдал тяжелейшие вступительные экзамены в эту гимназию. Только постарайся, чтобы темная магия не вылилась тебе боком.
– Я постараюсь, отец.
Грегори Вейран довольно кивнул и пошел к двери, я же остался на месте, справедливо полагая, что сейчас вернется директор. И не ошибся в своих предположениях, потому что месье Стерн пять минут спустя вошел в кабинет.
– Договорились, курсант Сантьер? – спросил он, намеренно называя меня фальшивым именем.
– Сложно было не договориться, – пожал я плечами.
– Да, ваш батюшка умеет убеждать. Думаю, он объяснил вам условия нашего сотрудничества. Вы никому не говорите, что покидаете территорию гимназии, делаете все для того, чтобы этого никто не заметил. В светлой академии тоже ни словом не упоминаете, что учитесь где-то еще. Кто-то из курсантов знает ваше настоящее имя?
– Нет.
– И пусть не знает! Чем меньше вы будете рассказывать о себе, тем лучше. А главное, придумайте вразумительный ответ на случай, если кто-то все же уличит вас в нарушении порядка.
 
– Скажу, что мне назначили дополнительные тренировки, так как база хромает.
– Как вариант. Теперь идите и постарайтесь не попасться. Мне не хотелось бы прощаться с вами до срока.
– Спасибо, директор Стерн, – ответил я и вышел из кабинета. Итак, попытаюсь освоить известную поговорку о двух стульях, на которых разом не усидишь. Сложнее всего будет объяснить мое отсутствие Эду. О том, можно ли ему доверять, пока рано судить, так что придется выкручиваться. И, как сказал директор, придумать вразумительные объяснения.
Конечно же, стоило появиться в аудитории, как ко мне подлетел Эд.
– Ну что? – спрашивал он. – Чего хотел директор?
– Да так, пустяки, – отмахнулся от приятеля. – Решил, что у меня слабовата база, и назначил дополнительные тренировки после пар.
– Ух, ты! А мне с тобой можно? – оживился Эдуард.
– Они индивидуальные. Вот напортачишь где-нибудь, и тебе назначат, так что лучше не стоит.
– Но ты ведь мне расскажешь, что там было? – не сдавался тот.
– Само собой.
К счастью, в аудиторию вошел хмурый профессор, и оставалось только вникать в суть лекции по темной аретфакторике. Кстати, было безумно интересно. Оказывается, чтобы создать артефакт, не обязательно быть дипломированным магом, и профессор Круус пообещал, что уже на первой практической мы создадим предмет со случайными свойствами. Я о таком и мечтать не смел, поэтому старательно скрипел пером по бумаге, записывая рецепты и формулы. И ни минуты не жалел, что выбрал «Черную звезду».
Как сбежать из стен гимназии, не вызвав подозрений? Делать вид, что все в порядке. Именно так я и поступил. Сказал Эду, что меня ждут дополнительные занятия, а сам свернул к выходу с таким видом, будто мне и демон не брат. Экипаж ждал меня, как и обещал отец. Кучера я узнал, поздоровался и занял свое место. Если уж откровенно, было немного не по себе. Если в темной половине своей магии я был уверен, то светлая отнюдь не внушала доверия. Однако это не означало, что от нее надо отказываться. Поэтому в ворота светлой академии я входил с видом победителя.
Меня встречали. Как только переступил порог, рядом тут же появился мужчина в светлой форме.
– Виктор Вейран? – уточнил сдержанно.
– Он самый, – кивнул я.
– Прошу за мной.
Что-то подсказывало: с директором темной гимназии я уже поболтал, и теперь ждет беседа с ректором светлой академии. Этого я не боялся. Тем более он заведомо согласился на папину авантюру. Наверняка отец наобещал ему с три короба. Или же просто заплатил, чтобы единственный сыночек учился светлой магии.
Мой провожатый постучал в двери кабинета с табличкой «Ректор Вильмон», дождался ответа и пропустил меня внутрь.
Ректора Вильмона я видел на вступительных экзаменах, но сейчас пригляделся более тщательно. Ему было чуть более сорока. Светловолосый, белокожий, сероглазый. Истинный облик светлого мага в представлении большинства жителей Гарандии, но моя семья никогда ему не соответствовала. Разве что глаза у всех были светлые, зеленые. Зато Вейраны всегда щеголяли темной шевелюрой, выбиваясь из классических представлений о светлых магах.
– Добрый день, ректор Вильмон, – поклонился я ему.
– Добрый день, месье Вейран, – милостиво кивнул ректор. – Рад, что вы все-таки решили не отказываться от учебы в нашей академии. Ни одно учебное заведение в Гарандии не может похвастаться таким запасом знаний, как светломагическая академия Альсенбурга.
Угу, конечно. Но для вида я покивал. Пусть и дальше упивается своей важностью.
– Месье Вейран, признаюсь, мне не очень понятно стремление вашего отца к индивидуальному графику, но мы согласились пойти навстречу столь уважаемому семейству. Надеюсь, нам не придется об этом пожалеть.
– Сделаю все, что в моих силах, – заверил ректора.