Ромашка с шипами (СИ)

— А что? Я ничего. Просто хочу сказать, что тебе очень повезло встретить Еву. Нам всем повезло, что все так сложилось.
Черт.
Черт, черт, черт!
Все сложилось ужасно. Я собираюсь расстаться с Никитой. В самое ближайшее время. Хорошо бы уже сегодня.
А Артур… К черту Артура! Ведет себя, как козел. Спит с индюшкой, смотрит на звезды со мной…
Он меня бесит. И это еще мягко сказано.
Артур
Я выхожу на улицу.
Арина сидит в беседке. Марина лежит в шезлонге рядом. А Рита расположилась в гамаке. Одна нога согнута, носок оттянут, плечи расправлены… явно позирует. Мне.
А мне невыносимо видеть ее там, где сегодня ночью я был так счастлив и так обескуражен.
— Артурчик, пошли доедать шашлык! — зовет меня Арина.
— Скажи, тут классно! — радуется Марина.
— Иди ко мне, — хлопает рядом с собой Рита.
Ну уж нет!
Лежать с индюшкой там, где недавно лежал с козой — это кощунство.
— Я домой, — говорю я и смотрю на Риту. — Ты со мной?
Вообще не горю желанием провести с ней два часа в дороге. Но мне нужно сказать ей, что мы расстаемся.
— И ты туда же! — возмущенно восклицает Марина. — Только не говори, что тебе здесь не нравится!
— Куда ты торопишься? — это Арина. — Расслабься, отдохни. Сегодня же воскресенье.
Рита ничего не говорит. Смотрит с недоумением и надеждой. Может, думает, что я ее зову не просто прокатиться до дома, а продолжить то, что мы так и не начали вчера ночью.
Нет, Рита. Тебя ждет разочарование. Похоже, именно с тебя я начну разруливать эту непростую ситуацию.
— Я уезжаю, — снова повторяю я.
Не слушаю возмущенных воплей сестренок. Смотрю на Риту. Может, в глубине души я и надеюсь, что она останется… Нет. Она должна поехать со мной.
Я должен сказать ей все как можно скорее.
Мне надо с чего-то начать глобальные перемены в жизни. Ждать я не могу и не хочу. Меня просто разрывает от нетерпения!
С Евой и Никитосом поговорить не удалось. Но Рита от меня никуда не денется.
Мы едем уже минут пятнадцать, Рита весело щебечет о том, как красиво за городом, как ей понравился дачный отдых, и как удивительно похожи мои сестренки.
А я думаю: блин! Два часа. Если я сейчас скажу ей, что мы расстаемся, все это время придется провести в гнетущей обстановке.
Я вообще не знаю, как она отреагирует. Не то чтобы меня это сильно волнует… Но некоторое чувство вины я все же испытываю. Морочил девушке голову, ходил с ней на свидания, давал надежду.
Со всеми предыдущими пассиями я расставался легко. Дарил дорогие подарки и просто ставил в известность о конце отношений. И ни о чем не парился.
Но Рита — не такая как Роксана и другие телки. От нее подарками не откупишься…
Нет, ждать до конца поездки я не буду. Это как-то низко. Рубить так рубить сразу.
— Я хочу тебе кое-что сказать, — начал я.
— Что? — Рита радостно повернулась ко мне.
По ее лицу я видел, что она предвкушает какие-нибудь приятности.
— Нам надо расстаться.
— Что?!
  
Глава 46
 
Артур
— Ты серьезно? — Рита выглядит скорее удивленной, чем расстроенной.
— Совершенно серьезно.
— Ты меня бросаешь?
Вот теперь в ее голосе звучат истеричные нотки.
— Я бы не стал это так называть. Мы еще слишком мало знакомы, чтобы…
Лицо Риты меняется на глазах. Минуту назад она цвела и улыбалась, а теперь как-то резко пожухла.
— Что со мной не так? — спрашивает она срывающимся голосом.
— С тобой все так. Ты красивая, веселая, умная и милая.
— И поэтому ты меня бросаешь.
Она сжала губы так, что они превратились в две тоненькие ниточки.
— Я просто хочу быть честным….
— Так будь! — чуть ли не кричит она. — Скажи правду. В чем дело?
Ладно. Буду честным. Почему нет?
— Я люблю другую. Пытался выбросить ее из головы… Не получилось.
Рита как будто еще больше скукожилась.
— Прости, — повторил я. — Это было нечестно по отношению к тебе. Но я и сам не понимал, насколько все для меня серьезно.
 
— Если ты любишь другую, почему ты не с ней?
— Это сложно.
— Только не говори мне, что какая-то девушка тебе отказала!
Не совсем отказала… Поначалу, наоборот, я ей отказал. Но теперь все изменилось. Теперь она замутила с моим близким родственником. Который моложе, прикольнее, легче в общении…
— Она с другим, — выдал я.
Мне показалось, что Рита усмехнулась с некоторым злорадством.
— Значит, и тебе отказывают.
— Что я, не человек что ли? — попытался пошутить я.
Но Рита не улыбнулась.
Всю оставшуюся дорогу она молчала, и я тоже не предпринимал попыток вести светскую беседу.
Она держалась неплохо. С достоинством. Без истерик и обвинений.
— Было приятно с тобой познакомиться, — вежливо произнес я на прощанье.
— Не могу сказать того же, — буркнула Рита. — Лучше бы я тебя не встречала!
Едва оказавшись дома, я попытался открыть пограничную дверь. Но она была снова заперта на замок.
Я постучался. Сначала тихо и деликатно, потом все сильнее и громче. Тишина. Похоже, коза куда-то ускакала.
Может, вообще не заходила домой, а поехала, например, к Никитосу.
Сегодня ночью она была со мной. Я не знаю, заметил ли он ее отсутствие. Если да — она явно ему чего-то наплела. Иначе он бы набросился на меня с кулаками. Я своего племянника знаю…
Но речь сейчас не об этом. Ночью она была со мной. Не с ним. И сейчас, возможно, мой племянник наверстывает упущенное.
Эта мысль вызвала резкую боль во всем теле. Глубокую и ноющую, похожую на зубную. Когда воспален нерв и тебя плющит от острых ощущений. Я весь сейчас — оголенный и воспаленный нерв…
Я набрал номер Евы. Длинные гудки и ноль реакции.
Позвонил Никите. “Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети”. Телефон выключил? Чтобы не отвлекаться?
Через пару минут я уже был в машине. А через полчаса — у дома племянника. С домофоном была та же история, что и с телефоном. Так что я вошел в подъезд с какой-то женщиной и принялся звонить в дверь.
Тишина.
Я прислушивался. Старался не дышать. Я едва не просочился в замочную скважину… Я бы просочился, если бы мог!
Спустившись обратно, я, наконец, догадался осмотреть парковку. Машины Никитоса здесь нет. Его, похоже, тоже…
Блин.
Что я вообще здесь делаю?
Почему мои кулаки непроизвольно сжимаются, а зубы стискиваются до боли? Я что, собираюсь вцепиться в глотку собственному племяннику? Или я планирую его отлупить?
Молодец, ага.
Орел.
Собрался устраивать разборки с пацаном на пятнадцать лет младше. Силой забирать у него козу, от который сам недавно отбрыкивался руками и ногами…
Блин.
Я не знаю, что делать.
Я растерян и раздавлен.
Меня колбасит от ревности и невозможности немедленно, сию секунду, все изменить. Сделать козу своей и больше никогда никуда не отпускать.
Я вернулся домой.
Когда залез в шкаф за одеждой, мне на глаза попался заяц Евы. Тот самый, которого я вытащил из помойки и отнес в химчистку. Спас, как Мазай.
Дед Артур и зайцы. Картина маслом, блин.
Меня вдруг осенило: этот заяц может стать моим козырем! Ева точно растает, когда его увидит.
Я вытащил зайца. Посадил на кровать. И, пока переодевался, у меня вырвалось:
— Твоя коза будет моей, понял?
Я смотрел на зайца. Он лупился на меня своими стеклянными глазами.
Видели бы сейчас меня мои клиенты… Ведущий аналитик ведет интеллектуальную беседу с плюшевым зайцем.
 
Зовите санитаров, очень надо!
Евы все не было. День прошел в бессмысленном ожидании. Я несколько раз пытался ломиться в пограничную дверь, сам не знаю, зачем.