После измены. Ядовитые чувства (СИ)
- Я? - закрываю лицо рукой, не желая отвечать на этот вопрос. - Наверно, к первому.
- Да? - Денис демонстративно закатывает глаза. - Подумай ещё раз.
- Что за намёки такие? - пробирает злость.
Да кто он вообще такой, чтобы вот так со мной разговаривать? Хочет в душу ко мне залезть, наивно думает, что его "ценный" совет действительно что-то изменит? Ха-ха!
- Алиса, не горячись, - качает головой, упрямый взгляд впивается в моё лицо. - Ты, Алиса, женщина - репейник.
- Разговор окончен! - собираюсь вставать.
Но Денис резким движением хватает моё плечо, пригвоздив меня к стулу.
- Сама подумай! Зависишь от мужиков. Прислуживаешь им. Ты сама виновата, что жизнь тебя в такой водоворот засосала. Это тебе пинок от судьбы, звоночек своеобразный, призыв к личностному росту!
- А ты, получается, мужик - репейник, раз прицепился к моей работящей сестре, - парирую я, избавившись от его ладони на своём теле.
- Я тренер личностного роста, Алиса. И зарабатываю больше Юли, уж поверь.
С насмешкой смотрю в его лицо, полное решительной серьёзности.
И моя самоуверенность тает, как сахарная вата.
В чём-то Денис прав.
Я и сама уже об этом задумывалась...
39
Этот разговор запечатлелся в моей памяти, словно яркая вспышка. Я должна научиться жить самостоятельно, раз попала в такой переплёт событий. Не подпускать к себе Стрельцова и не просить его о помощи. Наоборот, он тот, от кого следует избавиться в первую очередь.
Крепко держу Василису за руку. Входим в шикарный детский центр, где для малышей есть буквально всё. Стоит только заплатить, и твоего ребёнка будут целый час развлекать аниматоры в костюмах Смешариков и Фиксиков.
Издали замечаю Женю. Он занял место на фудкорте, уже даже заказать что-то успел.
- Папааа! - взвизгивает моя маленькая копия и стрелой летит в его объятия.
Женя улыбается, хватая дочку на руки. Прижимает её к себе, целует в щёки, шепчет что-то, отчего у Васи на лице вспыхивает яркая улыбка.
Я иду ближе, а саму ноги не держат. Точно в них вата, и я всего лишь тряпичная кукла, не живая игрушка. Шатает из стороны в сторону, как яхту на волнах.
Острая боль захлёстывает, и дышать становится сложнее. Цепляюсь взглядом за его сильные руки, сердце сжимается в тисках тоски и одиночества.
Я тоже хочу, как Василиса, разбежаться и кинуться в его объятия. Прижаться к нему всем телом, вжаться со всей силы в его мышцы. Хочу, чтобы сгрёб меня в своих руках так, что дыхание вовсе перекроет, до хруста костей. Почувствовать его родной опьяняющий запах, и вдохнуть его полной грудью, пока голова не закружится. Ощутить тепло его дыхания в своих волосах. Чтобы он целовал меня нежно и беспрерывно. Или с жадностью и голодом терзал, пока не насытится, пока не онемеют губы.
По телу проскальзывает мелкая дрожь, ощущаю её физическим холодом под кожей, глубоко где-то.
Муж переводит взгляд на меня, и я цепенею, теряюсь, растворяюсь. А на его лице надменность сменяется заинтересованностью. Не зря я надела неприлично короткое белое платье. Женя осматривает меня с ног до головы, медленно, задерживаясь на обтянутых тканью бёдрах и оголённых плечах. Цепляется взглядом за мои губы, а я дышать боюсь, не хочу спугнуть его любования мной.
Я бы всё отдала, лишь бы прямо в этот момент прочитать его мысли.
Я готова продать душу дьяволу и отправиться в преисподнюю за его простое "я соскучился". Потому что я за короткую разлуку, тянущуюся целую вечность, успела истосковаться до тошноты.
- Здравствуй, Алиса, - говорит на выдохе, не разрывая зрительный контакт.
Мы смотрим друг другу в глаза пристально, в упор. С опаской. Будто у каждого из нас за пазухой спрятано по пистолету, кто первый замешкается и отвернётся - того и убьют.
- Привет, - шепчу едва слышно, и глаза слезами наполняются.
Это невыносимо.
Стоять в метре от него и не иметь возможности дотронуться даже украдкой, мельком, в тайне.
- Папа! - мучительную тишину разрывает весёлый голосок Василисы. - Я хочу в палк лазвлечений!
Требовательно смотрит на него, поставив руки в бока.
- Я отведу малышку, и мы поговорим, - выговаривает мне и, наконец, опускает взгляд.
Ритм моего пульса становится быстрее, и я ничего не слышу, кроме стука собственного сердца где-то в горле. Падаю за столик и смахиваю влагу с густых ресниц. Хочется схватится за голову и закричать о том, как мечется по телу моя несчастная душа.
До возвращения Жени я успеваю сто раз накрутить себя. Мысли спутались в тугие узлы, а нервы начали рваться от напряжения, как перетянутые гитарные струны.
- Василиса выглядит довольной, - отстранённо выговаривает муж, присаживаясь напротив меня.
И пока я изучаю его глазами - сканерами, он на меня даже не смотрит. Уложив обе руки на столик, скрестил пальцы между собой. Странный жест. Будто пытается скрыть волнение.
- Я обдумал твои слова по поводу Василисы. С тобой ей и правда лучше, чем с моей мамой, - выдаёт с сожалением, всё ещё смотря в сторону парка развлечений, где оставил дочь.
- Жень, - охрипший голос срывается, и глаза опять на мокром месте. - Ты должен поверить мне, что я не изменяла.
Молниеносный взгляд тёмно-серых глаз прошибает меня насквозь. Я сглатываю болезненный ком в горле и сильно свожу колени.
- Мне кажется, мы не это хотели обсудить, - низким голосом и с надрывом.
Я знаю, что значит этот его тембр. Хочет скрыть боль и разочарование.
- Женечка, я только тебя люблю. Мне никто больше не нужен! - выпаливаю резко.
- Сколько раз тебе понадобилось переспать с твоим бывшим, чтобы сделать этот вывод? - как болезненный укол в сердце.
Закрываю глаза и боюсь говорить дальше.
Он не поверит.
- Зря ты подняла эту тему, Алиса. Я только начал остывать.
- Я не изменяла, - повторяю как мантру.
- Хватит! - кривится в ужасающей гримасе, а у меня во рту пересыхает. - Я всё видел своими глазами. Те фотографии очень красноречиво обо всём мне рассказали.
- Это подделка. Меня подставили.
- Чего ты добиваешься? - холодный взгляд обжигает.
От напряжения у меня потеют ладони, и губы начинают дрожать. Мне нечего ответить на его вопрос.
Я могла бы сказать, что скучаю. Вывалить на него лавину всех скопившихся эмоций и чувств, устроив себе эмоциональную разрядку. Да толку от этого будет ноль! Просто ноль!
Он не верит.
Да и как можно верить после тех снимков с девушкой, которая похожа на меня как две капли воды.
- В понедельник я подаю на развод. Что-то затянул с этим, - шипит злющим голосом. - И ещё, - смягчается. - Я решил жить с мамой, а квартиру оставить тебе и Василиске.
Молчу. Смотрю в его глаза и тону. Захлёбываюсь. Медленно погружаюсь на дно.
- Спасибо, - пикаю, потому что нужно что-то ответить.
Это хорошая новость.
Я смогу избавится от Стрельцова, не придётся жить в квартире, которую он купил.
- Алис, я хочу видеть дочь каждый день. Договорись со своим любовником, что я буду приезжать. И, пожалуйста, не настраивай против меня мою дочку.
Тяжело вздыхаю.
"У меня нет любовника" - твердит внутренний голос, но вслух я говорю совсем другое.
- Конечно, Жень. Ты сможешь видеть Ваську когда захочешь.
- Хорошо, - облегчённо улыбается. - Можете завтра приезжать домой. Вещи я заберу сегодня, освобожу квартиру.
Женя очень добрый.
Даже сейчас, когда он уверен, что я последняя тварь, изменившая ему, всё равно остаётся искренним и добросердечным. Не каждый бы оставил жене квартиру после такого.
...
Стою возле подъезда, облокотившись на перила, залипаю взглядом на голубей, вольно разгуливающих прямо у моих ног. Два дня не видел Алису. Когда приходил в квартиру, которую купил для неё, то натыкался на закрытую дверь и ужасающую тишину за стеной. И это ужасно бесит.