Око Баала (СИ)
Мейсон, осмотревшись, ткнул пальцем в нас со Слаем и отпальцевал двигаться вперед — в дверь. Мы поднялись из-за укрытия и медленно двинулись в дверной проем. И в следующем помещении я увидел искомое — распахнутая сейфовая дверь и сотни вскрытых индивидуальных ячеек. Везет этим коронным как утопленникам!
— Здесь трупак! — тихо сказал Слай, — Поправка — два трупа! Давние!
На полу лежали тела в драном камуфляже. Один мужик с проломленной головой — вместо лица одна большая дыра, второй со следами ранения в живот. Трупам было много лет — высохли до состояния мумий, так что даже и не пахли почти. Мы обошли помещение, сунулись во все щели — никого и ничего. Сейфы стояли взломанные точно так же как и в Хаур-эль-Факкане — мародеры выгребли все ценности еще двадцать лет назад. Не тронули только сейфы для документов.
— Так, хватит здесь бродить, надо брать бумаги и рвать когти! — деловито распорядился Мейсон, — Грабовски, твой выход!
Лейтенант стремглав вытащил из рюкзака брутфорс, включил и я воочию увидел, для чего нужен этот прибор. Грабовски выдвинул из корпуса длинный щуп на кабеле и принялся втыкать в замочные скважины ячеек сверяясь со списком на листочке. Приборчик, тихо попискивая, взламывал замки за минуту-другую, Мейсон шел следом за лейтенантом и потрошил документы. Бегло просматривал и отшвыривал в сторону, не найдя искомое. Пройдя пяток сейфов, Мейсон вопросительно уставился на лейтенанта.
— Все, по списку все ячейки открыл! — пожал плечами тот.
— Открывай все подряд! — зло прошипел сержант, — Эти дебилы что-то напутали, здесь должны быть номера!
Грабовски вздохнул и принялся вскрывать все дверцы подряд, а было их больше сотни — сколько мы здесь так провозимся?
Я глотнул воды, подошел к сейфу и постучал пальцами по одной из открытых дверец — толщина металла была миллиметров десять! Судя по тусклому блеску, ничуть не потускневшему за прошедшие десятилетия это была легированная сталь. Если бы мы взламывали эти сейфы с помощью ручного электроинструмента, то возились бы с каждой ячейкой не меньше часа. А этот брутфорс их как семечки щелкает! Полезная штука, мне бы точно пригодилась! Полюбовавшись тем, как наемники потрошат ячейки, и быстро пресытившись этим зрелищем я отправился бродить по подвалу. Не найдя в нем ничего интересного, я присел над трупом с проломленной головой. Странно, что в местном климате тело даже и не подумало разложиться. Интересно, он погиб до того момента когда взрыв запечатал этот подвал или после?
— Мародеры добычу не поделили, по-любому! — тихо сказал мне подошедший Слай, — Обычное дело у этих шакалов!
Я хмыкнул — очень даже может быть. Второй трупак выглядел откровенно неопрятно, даже не считая дыр в животе — неопрятная борода, рваный камуфляж. Дезертиры или просто бродяги? А что это в кармане блестит? Я поднялся, подошел к второму и вытянул у того из нагрудного кармана золотую цепочку с обломком кулона на котором когда-то был драгоценный камень. Ну, точно мародеры! Неизвестно, сколько их здесь было, ячейки они взламывали с помощью взрывчатки. Наверняка половину ценностей они этими взрывами разнесли к чертям, как эту цепочку, например. Ну а когда дело дошло до дележки добычи лишние пайщики немедленно пошли под нож. Или эти двое решили скрысятничать? Вполне может быть! Прямо как средневековые пираты в тех книжках, что я читал в детстве!
— Нашел! — радостно воскликнул Мейсон. — Двадцать третья ячейка была, а не тридцать вторая! Эти чертовы арабы в двух цифрах ухитрились запутаться! Надо проверить ячейки в обратном порядке, дай сюда список!
Я обернулся и успел увидеть, как сержант бережно складывает в нагрудный карман обычный серый конверт. Это и есть то, зачем мы сюда перлись, теряя технику и людей? Что там такого могли написать двадцать лет назад? Жуть как интересно, но что-то мне подсказывает, что спрашивать бесполезно — не ответят.
Предположения сержанта подтвердились полностью, и уже через двадцать минут искомое было найдено и наша недружная кампания собрались в обратный путь.
Перед выходом из подвала Мейсон минут пять разглядывал окружающие здания через прицел своего автомата и мне пришла в голову мысль, что лично я бы не стал загонять всю банду в подвал с единственным выходом, в котором мы оказались как в мышеловке. Я бы оставил пару парней на часах снаружи, отслеживать все подходы к подвалу. А теперь Мейсон может хоть до посинения разглядывать окружающие дома — крыса может спокойно сидеть прямо над ним, дожидаясь пока мы все выйдем, чтобы выстрелить в спину.
К счастью никто не пришел на огонек погреться, выход не был заминирован и аномалии не мигрировали к единственному выходу из подвала — Дубай решил дать нам передышку после всего пиздеца что свалился на голову последние дни? Ой, что-то мне не верится…
Обратную дорогу мы прошагали быстрее раза в два. Всем хотелось побыстрее убраться их этого мертвого города, пока он не подкинул нам какой-нибудь поганый сюрприз.
Как оказалось, сюрприз нам все-таки подкинул. Только не там где мы ожидали — до места стоянки авто мы дошли без проблем, за пару кварталов Мейсон окликнул Роки, предупредив что мы на подходе и мы все с удивлением услышали в отрядном канале голос Марка:
— Рэд, здесь все чисто, только Роки… Короче он в отключке… Я не знаю, что с ним произошло!
Вот тебе бабушка и Юрьев День!
Глава 16
Роки неподвижно лежал под манекеном, на котором был тот самый странный никаб. Лежал, вытянув руку, которой коснулся этого платка. Коснулся и сразу же свалился без чувств. Или мертв? С трех шагов не различить!
— Блядь, еще один кретин! — в сердцах высказался Мейсон, — Вы что не видите, что этот манекен выглядит странно? Здесь вам не Волл-март, все что выглядит странно может быть опасно, а значит нехуй его трогать руками! Да лучше бы вы, дебилы, дальше в Румынии сидели и нефтяные вышки охраняли! Навязали долбоебов на мою голову!
Я миновал матерящегося сержанта, подошел к лежащему навзничь Роки и присел на корточки в шаге от тела и вгляделся. Грудь вроде бы поднимается, мужик еще дышит, надолго ли? Я переключился в режим сканера и окинул пол взглядом — все чисто. А вот манекен меня удивил. Он не светился в электромагнитном спектре как электрическая аномалия, его окружала тончайшая сеть электромагнитных полей, на грани видимости. Сложность и красота плетения захватывала дух, казалось, что узор сплетен сотнями плетельщиц из полупрозрачной паутины. И эта паутина охватывала верхнюю часть манекена с никабом. Я обратил внимание, что под плетением манекен выглядит как новый, но сразу за пределами плетения он смотрелся как положено пластику, простоявшему двадцать лет на солнце и ветру — выгоревшим и потускневшим. Что это за новая напасть на нашу голову?!
— Опасен только манекен, и то не весь, — сказал я, хватаясь за куртку на груди Роки, — Но вы лучше к нему не приближайтесь, я такого никогда не видел!
Я с натугой потянул этого кабана — здоров слоняра! Ко мне присоединился Грабовски, мы вдвоем оттащили Роки из-под манекена. Лейтенант пощупал пульс, поднял веко, и с облегчением сказал, что солдат жив, внешних повреждений нет, состояние похоже на глубокий обморок — дыхание редкое, сердцебиение замедленное, реакция зрачка на свет есть.
— Рохо, почему ты не увидел эту аномалию? — строго спросил меня Мейсон.
— Эта штука почти не излучает в электромагнитном спектре, — виновато пожал плечами я, — Я смогу ее разглядеть только вблизи и то если приглядываться. Это вам не тот электрогриль в который попал Чип!
Грабовски пытающийся оплеухами привести Роки в чувство зло сказал:
— Да что ты говоришь?! А может быть ты все увидел, но не захотел сказать?!
Я слегка оторопел от таких обвинений, потом возмущенно возразил:
— Да нахера мне это надо было? Я думал, что это любому очевидно, что его трогать нельзя! Этот платок светится, как будто вчера из швейной мастерской привезли! Сука, вас что, за ручку как годовалых детей водить надо?!