Наследник для дикаря (СИ)

Он подхватывает меня под ягодицы. Одним рывком. И вдруг я оказываюсь распластанной на постели!
Марат поднимается.
А у меня дух вышибает. Разглядываю его мощное, поистине исполинское тело. Мышцы, что бугрятся на руках, на плечах и груди, играют кубиками на животе… Скольжу взглядом ниже, по густой черной поросли волос. Замираю на мощных косых мышцах.
От каждого его жеста, да, черт, от каждого его вдоха веет нереальной, запредельной силой. Настоящей мощью, от которой просто замираешь. Теряешь способность дышать!
Дикарь опускает руки на кромку полотняных простых домашних штанов.
Он успел переодеться. Только теперь замечаю, что его волосы еще влажные, зачесаны назад.
Шрам от виска, почти на половину лица, который меня так пугал с самого начала, сейчас кажется естественным дополнением, завершением вида Дикаря. Настоящего дикаря, способного смести все на своем пути...
Шумно сглатываю, возвращая глаза вниз. На его вздыбленный орган, который дергается из-под ткани, как только Дикарь сбрасывает штаны одновременно с бельем.
– Марат…
Наконец-то выхожу их оцепенения. Шумно сглатываю, облизывая пересохшие губы.
– Да, Алмаз?
Он поворачивается ко мне.
Хищно смотрит, весь полыхая жаром.
Его грудь жадно вздымается. Лицо становится диким. Дьявольским. Но… В низком, ударяющим в самую грудь, голосе, бархат, перемешанный с желанием.
И мне страшно, что сейчас я могу снова разозлить дикаря… Пробудить ярость… Я и без того уже наворотила дел, сбегая от него и оказавшись в том проклятом ресторане!
Но…
Я должна узнать правду! Чего мне ждать? Что со мной будет дальше?
– Это надолго?
– Что именно?
Он криво, насмешливо усмехается, опуская взгляд на свой вздыбленный, огромный, перевитый мощными венами член, и снова переводя взгляд на меня.
– То, что я принадлежу тебе…
Выдыхаю, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться. Он явно имел сейчас в виду совсем другое!
– Пока я буду хотеть тебя, Алмаз.
В его голосе все тот же бархат. И мне бы он показался бы красивым, если бы не вся эта ситуация! Он завораживает, так же, как и исполинская мощь этого мужчины! И дело не в огромном даже росте и не в мышцах, которые беспрерывно играют по всему его телу. Это энергия. Жгучая. Бешеная. Она исходит от него потоком. Волнами. Ударом! Ей просто невозможно противиться! А все остальное… Это уже внешнее. Просто приложение. Его сила исходит изнутри, и это чувствует каждый в радиусе километра!
Выдыхаю, понимая, что, к счастью, не разъярила его этим вопросом.
И тут же все тело снова напрягается. Вытягивается в струну.
Дикарь опускается рядом со мной на постель. Матрас пружинит под его мощным телом.
– А что? Снова не терпится сбежать? Повертеться еще на чьем-то члене?
Его глаза опасно сверкают. Прикусываю губу. Черт! Я все-таки разозлила зверя!
– Нет, – отчаянно мотаю головой.
Почему мне , кроме страха перед ним, так не хочется, чтобы именно он так обо мне думал? Странное чувство. Иррациональное. Мне вообще не это сейчас должно быть важно!
– Просто… Хочу знать, что со мной будет дальше. Потом.
– Ты принадлежишь мне, Алмаз.
Он снова наклоняется надо мной. Его дыхание жаром ложится на мои губы.
Обхватывает подбородок, поглаживая губы. Чуть распахивая их и проводя пальцами по внутренней стороне губ…
– И ты будешь моей до тех пор, пока этого буду хотеть я!
У меня еще тысячи, миллион вопросов!
Что это значит, быть его? Принадлежать этому мужчине? Жить с ним? Здесь? В его доме? Или он отпустит, когда насытится, и будет вызывать меня к себе ? На ночь? Или когда ему захочется? И как долго все это будет длиться? И…
И еще тысяча и один вопрос!
Но я понимаю. Сейчас не время для этого!
Он просто не ответит или попросту заткнет мне рот! И далеко не самым приятным способом!
– Хватит разговоров, Алмаз. Ты слишком много говоришь!
Его пальцы поглаживают мою кожу. Спускаются ниже. Скользят по шее, по ложбинке между грудей.
– Поласкай себя, – Дикарь вдруг отстраняется.
Окидывает меня всю с ног до головы горящим взглядом. И под ним я чувствую себя еще более голой, если такое, конечно, возможно!
 
– Что?
– Я сказал поласкай себя. Раздвинь ноги. Сильнее. Так, чтобы я тебя видел. И ласкай себя руками. Начни с груди. Так, как ты это делаешь, когда остаешься одна и хочешь доставить себе удовольствие. Ну? Алмаз!
Робею под его взглядом. Острые мурашки россыпью расползаются по всему телу. Жар окутывает с ног до головы.
Но.. Выхода нет.
Медленно, осторожно веду своей рукой по груди. Обхватываю ее, почти точно так же, как это совсем недавно делал Марат. Сжимаю сосок, легонько перекатив его между пальцами…
С губ сам по себе срывается тихий стон.
Никогда себя так не ласкала… Я повторяю его движения под пристальным, напряженным взглядом Дикаря. Чувствуя, что погружаюсь в океан порока! Но почему-то рядом с этим мужчиной эта пучина не пугает. Наоборот. Притягивает. Манит своей запретностью»!
– Еще, Алмаз.
Понимаю, что остановилась. Замерла, прислушиваясь, переваривая новые ощущения.
– И ноги. Раскройся.
Его челюсти напряженно сжимаются . Глаза полыхают, словно пожирают меня. Я чувствую его взгляд. Физически. Так, как будто он ведет по моему телу вместе с моей рукой. Прикасается к коже… К самым чувствительным местам…
– Без ложной скромности. Ласкай себя по-настоящему!
Рвано приказывает, и я подчиняюсь.
Распахиваю бедра, словно в каком-то дурмане.
Ахаю, опустив пальцы на напряженный комочек клитора. Дикая. Сумасшедшая. Небывалая чувствительность во всем теле. Я словно один сплошной натянутый нерв! Стоит лишь прикоснуться, как все тело пронзает, будто ударом тока!
Опускаю ставшие тяжелыми веки…
Закрываю глаза, продолжая водить пальцем по напряженному клитору.
Пытаюсь спрятаться от дико горящего взгляда Марата. Но… Он будто пропечатался на внутренней поверхности век! Стоит мне закрыть глаза, и я снова вижу его взгляд. Голодный. Горящий. Полыхающий диким огнем!
– Смотри. Смотри на меня. Открой глаза!
Хрипло приказывает Дикарь, и я подчиняюсь. Открываю глаза и тут же сталкиваюсь с его тяжелым взглядом…
– Еще. Сильнее.
Приказывает низким голосом с хрипотцой, и я подчиняюсь.
Щеки горят. Не только щеки, я вся пылаю!
От стыда. От этого порочного омута, в который он меня затягивает.
Не отрываю больше глаз от его.
Под нашими скрещенными напряженными взглядами, веду рукой сильнее. Увереннее. Быстрее.
Это дикость! Абсурд!
Но…
Возбуждение охватывает меня с головой. Накрывает волнами, особенно когда вижу, как все сильнее и сильнее расширяются черные глаза. Как бьется вена на его виске.
Вмиг становлюсь такой влажной, как никогда не становилась наедине с собой.
Комнату начинают наполнять пошлые влажные звуки, когда я ускоряюсь под его немым приказом. Начинаю водить пальцами быстрее. Ниже. С силой прижимаю нижние губки почти в самого узкого входа. При это продолжая поглаживать уже набухший, дергающийся под моим пальцем клитор.
Мне не хватает воздуха. Тот, что переполняет легкие, становится просто дико горячим!
– Сдави грудь, – приказывает Дикарь, и я подчиняюсь.
Так же безотрывно глядя в его горящие глаза, сжимаю налитое полушарие.
Сдавливаю между пальцами сосок, не переставая ласкать себя второй рукой и самого лона.
Сама не понимаю, как мое тело начинает мелко-мелко дрожать.
С губ слетает короткий стон одновременно с рыком Дикаря.
Никогда ничего подобного не чувствовала! Даже представить не могла!
Все внутри будто собирается в тугой, болезненный комок. Меня просто потряхивает. Бедра сами по себе взлетают в бешеном ритме над постелью.
– Дальше я сам, – хрипло полурычит Дикарь.
Наклоняется прямо между моими бедрами.
С силой раздвигает нижние, до боли припухшие губки.