Наследник для дикаря (СИ)

– Откуда ты…
Осекаюсь. Конечно, он же вытащил меня оттуда, и сумочку тоже прихватил, в которую я вцепилась обеими руками. Намертво. Рефлекторно. За утрату таких дорогих украшений Эрнест с меня бы голову снял! Или, вернее, сотворил бы что-нибудь похуже.
– Это не мои украшения, и…
– Правильно, камушек. Не твои. Они принадлежат мне, как и та, на которой они были надеты. Ты.
Проводит по моей шее рукой. Медленно. С легким нажимом.
А я совсем теряюсь с ним.
В голове все плывет. Сливается в странный калейдоскоп.
То он жесток и опасен. То, кажется, готов взорваться пламенем. То вдруг мне кажется совсем не бесчувственным бандитом, который решил, что я принадлежу ему, а…
А странное чувство на миг возникает, как будто мы на свидании.
И то, что происходит между нами… Тягучая странная страсть…
Не понимаю ничего уже. Совсем теряюсь.
Вот и сейчас.
Кожа пылает, а внутри что-то вздрагивает от его прикосновений.
Я смотрю прямо в его красивые большие глаза и взгляда отвести не могу.
Его жар растекается под моей кожей.
И…
Голова кружиться, а между ног становится вдруг так влажно и горячо!
И чувствую, как просто необходимо ухватиться. Обеими руками. За что-то устойчивое!
Иначе я утону в этом омуте!
И предательская , странная мысль разливается внутри. Течет по венам странным будоражащим огнем. А если бы мы встретились иначе? Если бы тогда я согласилась выпить с ним шампанского? Смогла бы устоять?
Он опасен. И мощный, как скала.
Но в то же время от него исходит такая мощная мужская сила! Безумная харизма, перед которой ни одна женщина бы не устояла!
Он просто обволакивает. Сбивает с ног.
И…
Когда его рука опускается на мою грудь, я слышу, как быстро начинает биться мое сердце.
И даже не вздрагиваю. Не дергаюсь. Безотрывно продолжаю смотреть в черные бездонные глаза. Как и Дикарь в мои…
А по всему телу сладким ядом разливается какая-то блаженная нега…
– Почему ты считаешь, что я принадлежу тебе?
Спрашиваю низким, совсем глухим голосом.
Непроизвольно облизываю пересохшие губы. И тут же ловлю на них жадный, хищный взгляд мужчины.
– Почему ты это отрицаешь?
Его голос звучит бархатом. Хрипотцой. Пороком. Дьявольским пороком, который обволакивает, затягивает меня в эти сети еще сильнее.
– Потому что я человек. Не вещь. Я никому не принадлежу! Только себе!
– И тем не менее, я тебя купил. Ты хочешь спорить? Я уже понял. Ты почему-то любишь отрицать очевидное. Что ж. Я никуда не тороплюсь. Времени у нас много, Алмаз… Я буду смаковать тебя долго.
Его рука поднимается выше. Скользит по ложбинке между грудей, вызывая под кожей целую бурю льда и пламени одновременно.
– Но для того, чтобы ты больше не спорила и прекратила эту странную игру, я покажу тебе интересное кино. Наслаждайся. Только так, девочка. Я трачу на это время, которое мог бы с тобой провести совсем иначе. Поэтому. Когда я вернусь. Я хочу, чтоб не было больше никаких игр. Никаких споров и придумок. И… Вообще никаких разговоров. Хочу тебя покорной и послушной. И, пожалуй, страстной. Да. И больше ни одного слова!
Он нажимает на какие-то кнопки на пульте, который оказывается на тумбочке рядом.
Из стены тут же раздвигаются какие-то створки. Выезжает огромный кинотеатр.
– Наслаждайся, – бросает Дикарь, поднимаясь.
И меня тут же будто обволакивает холод от того, что он уже не рядом.
Боже, да что со мной? Что это за мысли?
– Я пока освежусь, – на ходу расстегивает рубашку, демонстрируя мне идеальный пресс. С перекатывающимися кубиками мышц. Крепкую грудь с густой черной порослью волос.
– И не вздумай делать глупости, девочка. Во дворе собаки. Очень злые и натасканные рвать чужого насмерть. Мои люди могут и не успеть их остановить. Это была бы нелепая смерть и еще более нелепое завершение этой ночи. Мы поняли друг друга?
– Да, – еле слышно глухо отвечаю, понимая, что так и не могу отвести глаз от его тела.
Шумно сглатываю, прочищая вдруг совсем пересохшее горло. Снова облизываю губы, чувствуя, что жар опять накаляется в комнате.
 
Дверь за Маратом захлопывается.
Несколько минут я сижу в полнейшем одиночестве.
Голова совсем пустая. Мысли в ней словно остановились.
Только в тишине слышно, как оглушительно колотится мое сердце.
Не понимаю этой странной реакции на этого мужчину!
Я ведь… Бояться, ненавидеть его должна!
Но в меня будто вкололи наркоз. Или еще что-нибудь похуже! Иначе почему мое тело так странно реагирует?
Экран вспыхивает.
Крупным планом я вижу себя.
На весь огромный экран во всю стену!
В том самом номере. В самом дорогом комплекте украшений и в полупрозрачном нижнем белье. Я полулежу на диване. Улыбаюсь. Принимаю разные позы.
Надо признать, довольно сексуальные. Вызывающие. Дерзкие и призывные!
Но…
Это ведь все было для фотосессии! И по подсказкам, которые давал мне наш фотограф, Федя! Я была уверена, что это для журнала или для каталога! Ну, в крайнем случае, пойдет на какой-нибудь рекламный баннер!
– Ииии! Наш самый дорогой лот! Встречайте! Очаровательная и сексуальная Алмаз в уникальном комплекте из ожерелья, браслетов , серьг и колец! Чистейшие бриллианты! Уникальная работа! И незабываемая во всех смыслах девушка! Аукцион начат! Делаем ставки, господа! И.. Хм.. Пожалуй, и дамы!
Внутри все холодеет. Я слышу, как называются суммы.
Суммы за меня. Эрнест меня продал! Вот так. Открыто! При всех тех людях. Что были на приеме, просто выставил меня на всеобщее обозрение, на продажу!
Голоса отсеиваются по мере повышения сумм.
В итоге остаются лишь два голоса.
Марата я узнаю сразу. Второй ледяной, бесстрастный, скрипучий. Как сталью по нерву.
А я все так же верчусь на экране. Принимаю еще более соблазнительные позы. Улыбаюсь еще более открыто! Как будто слышу все, что происходит в зале, на этих омерзительных торгах!
В итоге Дикарь уверенно называет баснословную сумму.
Повисает тишина. Второй что-то неразборчиво бормочет.
– Раз. Два. Три. Продано!
Оглашает Эрнест.
Экран гаснет.
Какие-то секунды я так и остаюсь сидеть в темноте и тишине.
Убитая. Замеревшая.
В полном шоке! Не могу поверить. Что со мной так могли поступить!
– Посмотрела? Отпираться больше нет смысла.
Слышу над собой бархатный, тягучий, чуть хрипловатый голос Дикаря.
Даже не заметила, как он вернулся. Как подошел так близко, что его дыхание опаляет мою кожу.
– Алмаз.
То, как он это произносит, заставляет почему-то мою кровь струиться по венам быстрее.
И кожа горит от одного тягучего звука его голоса.
– Ты моя.
Его пальцы обхватывают мой подбородок.
Не сильно. Поглаживая даже с какой-то странной лаской.
– А теперь я распакую свою подарок.
Дергает вторую ленту, освобождая мои ноги.
– Надень украшения, Алмаз. Я хочу тебя в них.
Он вытряхивает безумно дорогие украшения из моей сумочки прямо на мои обнаженные бедра.
Руки дрожат.
Я подхватываю пальцами бриллиантовое колье. Пытаюсь застегнуть его на шее, но изысканный замок не поддается моим дрожащим пальцам…
– Дай я.
Он шумно выдыхает сквозь сжатые зубы.
Легко проводит ладонью по моей спине снизу вверх, от самого копчика.
И я вся переполняюсь новой дрожью. А внутри сжимается какой-то до безумия напряженный комок.
Застежка щелкает. Камни сверкают в тусклом свете. Почти ослепляют меня.
– Кольца.
Тихо произносит Марат.
Но меня будто заклинивает.
Не могу пошевелиться. Превращаюсь в застывшую статую.
Он сам берет мою руку. Держит на весу, нанизывая на пальцы те самые кольца, которыми я совсем так недавно завороженно любовалась.
Всего сутки назад. А вся жизнь будто прошла! Перевернулась с ног на голову!
Дикарь Берет мои пальцы своими так, что они остаются наполовину на весу. Перебирает их, заставляя играть камнями в тусклом приглушенном свете.