И пес с ним
– Почему?
– Вам же только что растолковали. Девочка сбежала.
– Я допускал эту версию с самого начала. Пока что ничего не изменилось, – сказал Берни.
– За исключением места, – сказал Кифер. – Мы, я и Синтия, решили в случае необходимости нанять частного детектива отсюда, из Вегаса.
Лицо Берни вытянулось и одновременно словно бы окаменело. Обычно это означало: «Берегитесь, преступники и негодяи». Однако на этот раз Берни всего лишь произнес:
– Могу кое-кого порекомендовать.
– Очень ми… – начала было Синтия, но Кифер ее перебил:
– Не надо. Достаточно, если пришлете мне счет на окончательную сумму.
– И он отправится в стопку к остальным, – сказал Берни.
– Что?
– Ляжет поверх счета от Майрона Кинга. Не хочу нарушать очередность.
– О чем он говорит? – обратилась Синтия к Киферу. Запах ее пота стал чуточку явственней – между прочим, довольно приятный запах. – Кто такой Майрон Кинг?
– Продавец водопадов, – сообщил Берни и сел в машину.
Лицо Кифера раздулось и побагровело. Синтия открыла рот, собираясь задать ему следующий вопрос, но мы с Берни не стали дожидаться. Уехали, взвизгнув шинами. Вот так-то.
Через несколько кварталов и поворотов мы остановились возле магазина, откуда Берни принес пачку сигарет и пакетик сушеных жил. Он переставил машину в тень огромного рекламного щита с изображением игорного автомата, из которого сыплются монеты. Берни закурил, я принялся за угощение.
– Продолжать расследование, за которое тебе не заплатят, – задумчиво сказал мой напарник. – Глупо, да?
Не знаю, не знаю. Жилы оказались какой-то новой марки, более соленые, чем я привык, и пожестче. Я придавил одну полоску лапой и потянул зубами. Не тянется. Уф-ф. Попробую другую.
Берни сделал глубокую затяжку и медленно выдохнул. Пожалуйста, Берни, выпусти дым колечками. Колечек тоже не получилось.
– Знаешь, что еще меня беспокоит? Сьюзи ведь не сказала, что пишет новую статью. Я думал, она просто проводит с нами время… потому что мы ей нравимся.
Не понял. Сьюзи действительно проводит с нами время, и, конечно же, мы ей нравимся. Нам с ней весело. И впредь будет весело, главное, чтобы она не забывала, кто здесь партнер. Берни выбросил окурок.
– Вот что, Чет. Предлагаю и дальше вести себя глупо.
Не возражаю.
20
Вскоре мы опять вернулись к кинотеатру. Никаких следов Кифера и Синтии. Солнце село, небо стало темно-розовым. Я такого неба еще никогда не видел и слегка заволновался. Заерзал на сиденье, устраиваясь поудобнее.
– Вегас, – сказал Берни. – Ничего тут не поделаешь.
Я наконец уселся. Через некоторое время неподалеку припарковался обшарпанный фургончик, из него вылез мужчина. Незнакомец держал под мышкой плоские круглые коробки, похожие на диски фрисби, только больше по размеру. В свободной руке он нес бумажный пакет.
– Он, – сказал Берни. – Киномеханик.
Как выяснилось, киномеханики – такие щуплые пареньки с всклокоченными вихрами и татуировками на руках. Когда данный экземпляр приблизился к нам, Берни открыл дверцу и вышел из машины.
– Найдется минутка поговорить? – сказал он тощему киномеханику. – Я детектив, веду дело Мэдисон Шамбли.
Тот остановился и посмотрел на Берни:
– Я ведь уже рассказал вашим людям все, что знаю.
– Это не займет много времени. Как вас зовут?
– Меня? Да я же говорил!
– Назовитесь еще раз.
– Анатолий. Анатолий Булганин.
– Русский?
– Американец. Родился и вырос в Нью-Йорке, я ведь уже го…
Берни поднял ладонь.
– Я не из полиции, – сказал он и протянул киномеханику визитную карточку.
– Частный детектив? – переспросил Анатолий.
Берни кивнул:
– Нанят для розыска девушки.
Мы все еще наняты? У меня сложилось впечатление, что партнер лукавит, но вникнуть, что к чему, было трудновато. Впрочем, в следующий момент я учуял запах вареной свеклы и выпрямился. Я знаю, что представляет собой свекла – когда-то давно Леда ухаживала за грядками на маленьком огородике. Запах мне что-то напомнил, но что?.. Я принюхался.
Анатолий вернул Берни визитку.
– Если детектив частный, я не обязан отвечать на вопросы, так?
– Вы вообще не обязаны отвечать на чьи-либо вопросы, – сказал Берни. – Однако в нашем случае, когда речь идет о пропавшей девочке, разве это не покажется странным?
– Те люди… ну, из полиции, сказали, что она в бегах.
– А по моим данным, она до сих пор числится в розыске. Выкладывайте все, что знаете, и побыстрее.
Анатолий тяжело вздохнул – мол, сдаюсь. Берни умеет заставить человека сдаться. Правда, я делаю это ничуть не хуже.
– Я щелкнул ее на мобильник примерно с этого места, – сказал киномеханик. – Шел на работу, а она выходила из кино. – Он махнул бумажным пакетом в сторону здания. Запах свеклы усилился. – Обожаю детективы, криминальную хронику и все такое. Увидел фото девчонки на сайте, где часто сижу.
– Что за сайт?
– Desertmayhem.com.
– Вы разговаривали с девушкой?
Анатолий покачал головой:
– Я не был уверен, что это она. Убедился, только когда снова зашел на сайт. Да и что я мог сделать? Обычный человек, простой гражданин…
– Ладно, не казнитесь. Вы все правильно сделали, – успокоил киномеханика Берни.
Анатолий заметно расслабился.
– Как она выглядела? – спросил Берни.
– В каком смысле?
– Веселой, грустной, довольной, испуганной?
– Обыкновенной, как все подростки.
– Ладно, все ясно.
Киномеханик повернулся, собираясь уйти.
– Последний вопрос, – окликнул его Берни. – Какую картину вчера показывали?
Анатолий опять махнул бумажным пакетом, на этот раз в сторону рекламного табло.
– То же, что и сегодня. Мы меняем фильмы по четвергам.
Берни прочел надпись на табло: «Экзорцист с бензопилой-2».
– Вторая часть даже лучше первой, – сообщил киномеханик.
– Неужели? Трудно вообразить, – сказал Берни.
Перед моим носом опять проплыла волна свекольного запаха. Само собой, он исходил из пакета, но дело было в другом. Я понял, с кем связан этот запах. Мистер Гулагов! Я залился лаем. Анатолий, что приятно, подскочил как ужаленный.
– Уберите пса! Черт побери, что это такое?!
Оказывается, я не просто залаял, а выпрыгнул из машины и прижал Анатолия к счетчику.
– Чет, успокойся, – попросил Берни, так что я немного убавил громкость. – Это полицейская собака, натасканная на поиск наркотиков. Что там у вас, травка? Не волнуйтесь, нас это не интересует.
– Почему травка? – удивился Анатолий. – Это мой обед.
– А может, марихуана?
– Нет у меня марихуаны, и вообще никаких наркотиков! Тело – это священный храм. – Анатолий открыл пакет и показал его Берни. – Борщ.
– Что это?
– Суп, – пояснил киномеханик. – Русский суп из свеклы.
Ага, расскажи кому-нибудь другому! Я залаял еще свирепей.
– Чет! Прекрати шуметь. Это всего лишь суп.
Сам знаю, что суп. Вообще-то я люблю супы, особенно на говяжьем бульоне, но этот напомнил мне про…
– Чет! Фу!
Я умолк, отступил назад.
– Извините за это маленькое недоразумение, – сказал Берни. – И спасибо за помощь.
– Да уж, недоразумение, – буркнул Анатолий, наклоняясь, чтобы подобрать свои круглые коробки, которые упали на тротуар.
Берни повернулся к машине и вдруг замер.
– Чуть не забыл, – сказал он.
– Что? – насторожился Анатолий.
– Вам что-нибудь говорит название Златоуст?
Киномеханик покачал головой.
– Это русское слово. Возможно, я не совсем правильно его произношу.
– Может быть. Но я не говорю по-русски.
Мы немного поездили по Лас-Вегасу, заглянули в местный отдел по розыску пропавших, навестили несколько приютов для подростков (с нулевым результатом), а потом двинулись в сторону дома. Небо вскоре стало нормальным: черным и усыпанным звездами. Берни курил. Я грыз копченую колбаску «Слим Джим», купленную по дороге. Обожаю колбаски «Слим Джим», только ими бы и питался. Как здорово просто грызть копченую колбаску (было б их побольше!) и смотреть на алеющий кончик сигареты, который почему-то всегда притягивает мой взгляд. Мы слушали Билли Холидей.