Босс на охоте (СИ)

— Конечно возможно. Я сам такие проги разрабатываю и внедряю. У вас тут совсем беда. Никакой защиты. — Дэн все ругался и ругался, переговаривая с Женей о том, что и как надо сделать и улучшить, а я пытался унять дрожь в руках.
Вот она, Лида, сидит там, за дверью, рядом с моим кабинетом. Спокойно работает, пока моя Танюшка, наверняка в слезах и агонии, пытается справиться с навалившимся на нее дерьмом.
— Лида, зайди ко мне. — Вызываю ее, пока Дэн еще здесь.
— Да, Дмитрий Александрович?
Она заходит своей фирменной походкой от бедра, улыбаясь.
— Садись. Есть разговор.
При ней же я набираю пост охраны и прошу одного из сотрудников подняться ко мне.
Улыбка спадает с ее лица.
— Что-то случилось? — спрашивает она, пытаясь разыграть невиновную. Но я вижу по ее глазам — она все поняла.
— Пока вы не начали разбираться на хрен ты это сделала, можешь сказать — у кого заказала? Мне просто любопытно.
Лида вскидывает брови и продолжает играть на публику.
— Дмитрий Александрович, я не понимаю…
В кабинет заходит охранник.
Дэн распечатывает документы, и я кладу их на стол перед ее лицом.
— Здесь доказательство того, что с твоего компа было скачано то самое фото и потом вставлено в мою презентацию. Я не знаю, чем ты думала, но ты попала Лида. Это статья. Уголовная статья. И черт возьми, я прямо сейчас очень хочу позвонить в полицию и сдать тебя!
Лицо Лиды бледнеет. Она облизывает губы и опускает взгляд.
— Я не знаю, что вы нашли. Я ничего не делала…
— Хватит! — Я срываюсь на крик. Лида вздрагивает и складывает руки на коленях.
— Дим, у вас тут весело, но я поеду, ладно? — ухмыляется Дэн. — Мне сегодня еще в одну фирму надо.
— Да, спасибо. Если дойдет до вызова полиции…
— Я понял, понял. Я свидетель.
Пожав мне руку и бросив сочувственный взгляд на Лиду, Дэн вышел из кабинета.
— Дима…то есть, Дмитрий Александрович…я…это же просто шутка…я не хотела ничего плохого.
Лида хлюпает носом, косясь на охранника. Стараешься давить на жалость? Зря. Я не чувствую жалости к предателям.
— Сейчас мы соберем всю дирекцию в конференц зале, и ты лично расскажешь им как, когда и что ты наделала. После этого вернешься сюда, соберешь свои вещи и свалишь. Навсегда.
Лида перестает строить из себя обиженную и наконец-то показывает свое истинное лицо.
— Оправдывать тебя перед дирекцией?! Да черта с два! — взрывается она.
— Или так или пойдешь по статье! — не уступаю я.
Она кидает на меня взгляд полный ненависти.
— Это все из-за нее да? Ты так стараешься только, чтобы она вернулась? Ха! Это не поможет. Я пойду и расскажу, что это я слила твое фото. Но всем уже плевать! Какая разница, кто его слил, если само его существование означает, что она твоя шлюха!
Я подхожу к ней вплотную. Я с трудом сдерживаю себя. Охранник рядом тоже делает шаг вперед, для того, чтобы сдержать меня в случае необходимости.
— А ты тогда кто? — шепчу я. — Ты разве не спала со мной?
Лида упрямо вздергивает подбородок и отворачивается.
Я понимаю, что в какой-то степени она права. Это фото сделал я. Я допустил, чтобы оно появилось и было слито. Я не смог защитить Таню…
  
Глава 22
 
— Дочка, если ты и дальше будешь сидите вот так, мне придется вытолкать тебя на улицу пинками.
Мама зашла в комнату, уперевшись руками в бока и хмуро посмотрела на мой кислый вид.
— Прости, мам. Как только я перестаю работать, сразу зависаю мыслями. Будто я здесь и не здесь одновременно. Тебе нужна помощь с обедом?
— Да. Поскольку ты отказываешься оторваться от работы и пойти подышать свежим воздухом, я придумала для тебя основательную причину для выхода. У нас закончились яйца, молоко и масло. Так что вперед, в магазин! — Мама кидает мне авоську и улыбается.
Я так люблю эти ее старые привычки. Ходить в магазин с самодельной авоськой, а не с пакетом. Печь самой злаковый хлеб, от чего в доме всегда вкусно пахнет и становится так как-то уютно и тепло, шить наволочки и кухонные полотенца…
 
— Ладно, уговорила. В магазин схожу. — Улыбаюсь я.
Я и в правду просидела несколько дней, вообще не показываясь на улицу. Мамин ноутбук, практически не использованный, с момента, когда я ей его подарила, пригодился мне для поддержания себя на плаву. Я ушла из фирмы и не собираюсь возвращаться, но чувствую огромную вину и ответственность. Ведь я должна была заменить Алину. Поэтому я написала ей на электронную почту, и она прислала мне рабочие файлы и некоторые документы, чтобы я могла продолжить корректировать и направлять свой проект. Бедняжка. Даже из больницы она, трудоголик, как и я, продолжает следить за проектом. Закончу его, сдам и уйду. Все сделаю онлайн. Так будет лучше. Если кого-то не устроит такой вариант — пусть берут проект в свои руки и дело с концом.  К ни го ед . нет
Посмотрев на кипу открытых файлов и прикинув в уме сколько еще всего нужно сделать, я нажала кнопку сохранить, для каждого документа и выключила ноут.
Мама сверлила меня взглядом и игнорировать это было никак нельзя.
— Все, все. Я уже пошла.
— Замечательно. А то у тебя без солнца и свежего воздуха аж лицо серым стало, Тань. Нельзя так. Беречь себя надо.
Для мамы это были не пустые слова. Ведь в том, что у нее появился рак, она как раз винила саму себя и свой предыдущий образ жизни. Когда стараясь дать мне все, что только в ее силах, она работала как проклятая, не видя ни отпуска, ни отдыха в целом.
— Уверена, что больше ничего не нужно? Коротенький список продуктов получился.
— Ну можешь фрукты еще посмотреть. На твой вкус. А если и забыла что-то — так завтра снова тебя отправлю. — Мама ехидно улыбнулась, давая мне понять, что ее план по моему «выгулу» приведен в действие и его не остановить.
— Хорошо, хитрая моя. Я прогуляюсь пол часа и потом зайду в магазин. — Я поцеловала маму в щеку и положив авоську в свою сумку, вышла из комнаты.
Мой телефон давно разрядился и валялся на дне сумки без дела. Я не хочу ни с кем говорить. Связи с Алиной (и некоторыми ребятами с работы) по интернету — вполне достаточно. Это хорошие люди, которые не лезут ко мне с вопросами, уточнениями или сплетнями о наших отношениях с Димой…
Дима…
Я так сильно старалась даже мысленно не произносить его имя.
Сердце кольнуло болью.
Ну вот снова. Как только я не работаю, заняв мозги на сто процентов, сразу в голову лезут дурные мысли. Воспоминания всплывают из подсознания цветными картинками, от которых никак не избавиться. Словно наваждение какое-то.
А ночью мне снятся эти голубые глаза, откровенные, заигрывающие, манящие. Теплые руки ласкают меня, губы шепчут мне приятные слова, от которых тело покрывается мурашками, и я просыпаюсь в слезах, потому что больше этого никогда не будет. Остались лишь сны и агония.
Вот почему сидеть дома за ноутом куда приятней, чем гулять и дышать свежим воздухом, мам.
Я прячусь в работе от самой себя…
Дмитрий
— Ты заварил всю эту кашу, тебе и разгребать! Как мы должны закрыть этот проект, если Алина работать не может по очевидным причинам, а Татьяна сбежала, поджав хвост?!
Директор отдела маркетинга и его зам накинулись на меня с самого утра. Не лучшая компания. Тем более в первый день, когда я должен работать один, без секретарши.
— Выбирай выражения! — рычу я. — Татьяна не виновата в том, что я по глупости сделал это чертово фото, а Лида его слила.
— Это мы уже слышали и не раз! Лучше скажи, что с проектом делать? Мы так долго искали кем заменить Алину! Сроки горят.
— Придется двигать эти сроки и договариваться о новых. Первый раз что ли.
— Неустойки, Дим. В контракте прописаны.
— Договоримся и об этом. В конце концов, это не чужие мне люди. Думаю, уж как-то смогу найти подход. Так что хватит разводить панику! Идите работать!
В фирме уже пару дней как творился какой-то хаос. Уход Татьяны, скандал с Лидой и фото, все гудели, обсуждали, смаковали каждую деталь. Черт, ничего не утихло даже после прояснения всех обстоятельств. Количество сплетен не уменьшилось. Но хотя бы поменялся их смысл.