Рассказ о капитане Гаттерасе, о Мите Стрельникове, о хулигане Ваське Табуреткине и злом коте Хаме

Алексей Николаевич ТОЛСТОЙ 
Рассказ о капитане Гаттерасе, 
о Мите Стрельникове, 
о хулигане Ваське Табуреткине 
и злом коте Хаме 
Подготовка текста и комментарии В. П. Аникина 
Солнце светило в глубокий двор. Точнее говоря, солнце освещало одну из стен многоэтажного дома, где из раскрытых окон были высунуты для проветривания детские матрасики, подушки и ватные одеяла. 
На пятом этаже в одном из окон виднелась стриженая круглая голова мальчика десяти лет. Он сидел у стола и читал "Капитана Гаттераса" - роман Жюля Верна. Нельзя удивляться тому, что в будний день он сидел и читал "Капитана Гаттераса", - школа была распущена по случаю скарлатины. 
Противоположная стена дома находилась в тени Там в первом этаже у окна стоял отвратительный молодой человек лет шестнадцати, курносый, с желтыми от табаку толстыми губами и припухшими глазками. На низенький лоб его свисал вихор. Это был - гроза всех детей, горе для всего населения дома, хулиган Васька Табуреткин. 
Он совершенно ничем не занимался, отнимал у матери деньги и только и думал о том, какую бы ему устроить бузу или где раздобыть два полтинника на пиво и на дорогие папиросы "Самородок". 
Сейчас, например, Васька думал, что хорошо бы раздобыть резинку и крупной дроби и запустить в окно, в стриженую голову Мите Стрельникову, вот-то подскочит! Кроме того, он ждал часа, когда начнется радиопередача: ему это нужно было для одной хулиганской выходки, которая уже несколько недель выводила из терпения всех в доме, у кого были ламповые приемники. 
Митя Стрельников читал "Капитана Гаттераса". Он до того замечтался над приключениями этого отважного и благородного капитана, что не замечал ни матрасов в окнах, ни Васькина вихра и вздернутого носа внизу, ни кухонного чада, струившегося со всего двора к весеннему небу. 
Перед Митиными глазами по зелено-синим волнам плыл чудный корабль среди льдин или айсбергов. На капитанском мостике стоял мужественный капитан Гаттерас, с открытой головой, с черной бородой, в тюленьих сапогах. 
Он плыл к таинственному Северному полюсу. Он думал, что, пробившись сквозь льды и снега, он увидит на полюсе теплое море и остров, согреваемый вулканами. Там - высокие леса, сверкающие водопады, лебеди и пингвины, там живет неизвестная человеческая раса, люди с белыми волосами и розовыми глазами. 
Капитан Гаттерас глядел с капитанского мостика в даль, где поднимались снежные вьюги, льдины громоздились на льдины, бродили белые медведи, и шерсть их светилась от северного сияния. С шелестом и тихим потрескиванием северное сияние развертывалось и спадало с неба в виде розовых, голубых и зеленоватых лент! 
Корабль летел все вперед, и сердце капитана Гаттераса отважно стучало: вперед, вперед! 
Над Митиным окошком раздался хриплый и зловещий вой. Митя оторвал от книги уставшие глаза. Это кричало второе отвратительное существо на дворе - рыжий кривой кот, по прозванию Хам. Он был длиною в аршин, с оторванным хвостом, с глубоким шрамом на морде. Он был свиреп и так силен, что его трусили даже фокстерьеры, которые, как известно, никого не боятся. 
Хам недаром дико кричал на крыше. Он намеревался так или иначе, через чердачное окно и черную лестницу пробраться на кухню. Ему был нужен белый сибирский кот Снежок, чтобы избить его до смерти. 
Снежок был красивый пушистый кот. Когда он садился на подоконнике и синими глазами глядел вниз, - все кошки сладенько мяукали. Хам кровожадно ненавидел его, подкарауливал повсюду и вступал в бой. Один раз Снежка едва спасли от Хамовых зубов и когтей и с тех пор не выпускали из квартиры. Но стоило кухарке приотворить дверь, Хам врывался на кухню, - шерсть торчком, горящие глаза, - выл и шипел на весь дом. Приходилось гнать его щеткой, которую он грыз и кусал. Таков был Хам. 
Сейчас он как-то особенно угрожающе кричал на крыше. Митя представил себе, что так именно завывали белые медведи в ту ночь, когда капитан Гаттерас, стоя около саней, запряженных собаками, увидел далеко на горизонте огромный столб огня и дыма, - это в полярное небо взлетели обломки коварно взорванного его корабля. Медведи выли тогда и царапали когтями лед, чувствуя, что капитан Гаттерас не уйдет от них. 
 
Но, конечно, Митя не слушал бы так спокойно Хамовы вопли, если бы знал, что кухарка ушла в сарай, дверь на кухне оставила приоткрытой и Снежок удрал на лестницу. 
Но вот настал час радиопередачи. Васьки Табуреткина уже не было у окна. Он сидел за сломанным шкафом в углу и настраивал двухламповый приемник. Странно предположить, что такой бездельник завел себе отличный аппарат с лампочками. Странно, но это так. Откуда он раздобыл деньги на это и почему, раздобыв, не истратил их на дорогие папиросы "Самородок" и на пиво, - тоже не выяснено. Мы сейчас увидим, для чего понадобился приемник. 
Передавалась очень интересная лекция: "История открытия Северного полюса". Вот уже все наушники проговорили: "Слушайте, слушайте, слушайте..." Митя Стрельников, не выпуская из рук книжки, сел с другой стороны стола у детекторного приемника, устроенного в пенале, с тем, чтобы одновременно читать и слушать. 
Ученый голос начал говорить: 
"Уже давно пытливый человеческий ум стремился разгадать тайну Северного полюса. Жюль Берн в своем замечательном романе "Капитан Гаттерас" изобразил одну из таких отважных попыток..." 
"Гы, гы, Гаттерас, Матерас, наплевал я на вас", - перебил профессора хулиганский голос Васьки Табуреткина, и во все наушники во всем доме начало получаться так: 
"Первая попытка достичь Северного полюса... Черти полосатые, носы конопатые, дураки сопатые... Но отважный мореплаватель погиб вместе с кораблем, затертый льдами севернее Гренландии... Мордандии, чепухандии, всех вас вместе с Гаттерасом облить кислым квасом..." И тут Васька начал так ругаться, что всякий уважающий себя мальчик бросил бы радионаушники. 
Объяснялось все очень просто: Васька Табуреткин, сидя в углу за шкафом, кричал и ругался в ламповый приемник. А, как известно, катодный аппарат принимает звуковые волны, которые образуют слабые индуктивные токи, и посылает магнитные волны на небольшое пространство - на несколько десятков метров. Во всяком случае, все антенны на дворе принимали Васькину ругань, и во всех наушниках получалась невероятная чепуха... Этого Ваське только и нужно было...