Седьмой Владыка. Начало (СИ)

Или на меня, если уж на то пошло — я ведь тоже прибегаю к дипломатии только тогда, когда битье лиц грозит только усложнить сложившуюся ситуацию.
Короче говоря, по итогу все последние события оказались удивительным образом взаимосвязаны. К сожалению, предотвратить резню мне не удалось, хотя на то имелись все шансы — у меня на руках ведь подписанные Фалькией договора, по одному из которых она обязуется простить все долги рядовых демонов перед ней.
Эх, знай я обо всем этом заранее, то и жертв удалось бы избежать. А впрочем есть ли смысл сожалеть о том, чего уже все равно не исправить? Может для кого-то и есть, но я уж точно не из таких ребят.
— Тебе стоило первым делом явиться ко мне и доложить обо всем этом, — укоризненно произнес я.
— Простите, господин мой, — виновато потупилась Аннери, словно пытаясь спрятаться за чашкой заваренного Юлией чая. — Просто я слишком привыкла решать все проблемы в одиночку и полагаться только на собственные силы, вот и теперь надеялась, что у меня все получится. Я ведь не думала, что вы тоже печетесь о благе простых демонов вне Уртаги.
— Я Владыка, дуреха, — усмехнулся я, не в силах злиться на нее. — Благо каждого демона — это моя забота. Хоть высшего, хоть рядового, хоть последнего из низших. Впредь обращайся ко мне по любому поводу, усекла?
Хм-м, а я точно собирался сказать именно это? Что-то не уверен…
Мы пообщались еще немного, обсуждая всякое. При этом я говорил даже больше нее, воодушевленно делясь с Аннери идеями по поводу наведения порядка в Краю и предлагая всяческие инициативы. Она кивала и улыбалась, отчего говорить хотелось только больше, выкладывая ей все подряд.
И хоть от ее улыбки мне становилось хорошо на душе, но где-то внутри скреблось странное чувство. Будто ощущение какой-то неправильности происходящего.
— А как вы планируете поступить с теми, кто устроил сражение на севере, господин мой? — спросила Аннери, ловя мой взгляд своими большими, трогательными глазищами.
Пожалуй, стоит промолчать — слишком уж многое я ей уже выложил. Еще немного и…
— Поступлю по ситуации, — кажется, мой язык оказался иного мнения. — Выясню подробности, накажу виновных. Посмотрим.
— А разногласия по поводу долга и земли?
— Фалькия не так давно простила всех своих должников, так что это больше не проблема, — излишне легкомысленно отозвался я.
— Правда? — задумчиво переспросила высшая, заглядывая в чашку с чаем. Голос ее неуловимо изменился, словно утратив ласкающие слух нотки. — У тебя есть официальное подтверждение этому?
Так, что это она себе позволяет? В таком тоне обращаться к Владыке, будто это она мой начальник, а я подчиненный, недопустимо.
— У меня есть официальные договора, — помимо воли ответил я. — Даже с печатями.
«Идиот!» — вдруг прозвучало в моем сознании. Чей это голос? Такой знакомый…
— Ясно, — Аннери повертела в руках чашку. — Все ясно. Молодец, хвалю.
Только вот произнесла она это как-то раздосадовано, неискренне — словно была недовольна. Но чем? Разве она не должна радоваться, что ее подопечные сбросили надетое Фалькией ярмо?
Аннери поднялась из-за стола и отошла, скрестив руки на груди. В движениях ее стала прослеживаться резкость и некоторая порывистость. Когда она обернулась, ее лицо приобрело странное, какое-то неприятное выражение — ни о какой милой невинности речи уже не шло.
— Я займу покои в этом крыле, — произнесла она резким голосом. — Какие — выберу сама. Мне нужно побыть в одиночестве. Пришлешь за мной слугу, когда прибудет этот позер.
— Позер? — переспросил я, ощущая нарастающую боль в голове и знакомый жар в груди.
— Кадар, — закатила глаза высшая. — До тех пор не тревожь меня.
Вот это уже переходило все границы — кто другой за такое уже соскребал бы с пола собственное рыло. Но не она — с ней так поступать было нельзя. Вот только почему?..
Пока я силился понять, что происходит с моими собственными чувствами, на моем лице наверняка отразилось изрядное замешательство. Аннери, вздохнув, приблизилась и положила руки мне на плечи. Я поднял голову и встретился с ней взглядом — глаза высшей снова полнились невинным блеском, а тонкие губки трогательно улыбались, отчего головная боль резко утихла.
 
— Не стоит напрягаться, господин мой, — и вновь этот приятный, нежный голосок медом изливается на мою душу. — Вам предстоит еще много дел, поберегите силы. Если что, я всегда готова вас поддержать. Можете положиться на меня и позволить разделить ваше бремя. Ведь вместе мы сможем куда лучше позаботиться о нашем народе, верно?
— Верно, — машинально отозвался я, когда тонкая бледная ручка демоницы нежно коснулась моего лица.
Мне было приятно, но в то же время где-то глубоко внутри что-то иное отозвалось на это прикосновение — что-то, чему претила близость Аннери и вызываемые ею чувства.
«Ну и какого хрена, ты?!..»
Не успел я все осмыслить, как высшая уже покинула комнату, прикрыв дверь. А я остался сидеть, глядя под ноги и терзаясь странными, противоречивыми ощущениями внутри. Осознание всего происходящего вертелось где-то удивительно близко, но в то-же время неумолимо далеко. Еще немного — и оно ускользнуло окончательно, растворившись вместе с головной болью и жаром в груди.
Прошло несколько минут, прежде чем я окончательно пришел в себя и удивленно заозирался кругом.
Воспоминания о беседе с Аннери притупились, словно она происходила уже достаточно давно. Осталось только приятное чувство в душе и желание поскорее увидеться с ней вновь, будто моя душа была привязана к высшей прочной нитью.
А потом я вспомнил о делах и медленно, неохотно поплелся к двери, все еще ощущая прикосновение Аннери на своей щеке и кривовато усмехаясь.
  
Глава 24
 
— Фух, это было быстро, — выдохнул я, снимая мантию и бросая на кровать.
Ами тут-же подхватила ее и бережно убрала в шкаф, в то время как Келли принялась старательно массировать мои плечи а Рика услужливо поднесла чашку с чаем.
Разбирательство с виновниками кровопролития на севере много времени не заняло, что не могло не радовать. По итогу на первый раз в качестве наказания я решил обойтись десятком плетей для вождей каждого из замешанных племен и пятнадцатью — для лидера племенной группы. Все-таки предводитель несет большую ответственность, чем подчиненные.
Само собой ничьи земли отбирать я тоже не стал — Фалькия ведь больше на них не претендует.
Подобным исходом остались довольны все — в том числе и Аннери, что было особенно приятно. Расстраивать эту милашку мне вовсе не хотелось.
На протяжении всего разбирательства она самовольно занимала место по правую руку от трона, но я так и не решился ей это запретить. Хотя вот ни Кадару, ни даже Талане подобного прежде не позволял. Уж не знаю почему, просто хотелось, чтобы она оставалась довольна. Необычно навязчивое чувство нежности к Аннери поселилось во мне с самой первой нашей встречи и грело душу, хотя моментами мне почему-то становилось от него как-то не по себе.
В такие моменты откуда-то изнутри словно доносился удивительно знакомый голос, но различить слова было не под силу. Все это рождало во мне странные подозрения, отделаться от которых оказалось не так-то просто.
Что-то во всем этом было неправильное. Вот только что именно?..
— Разрешите, господин мой, — дверь распахнулась и в покои, не дожидаясь позволения, вошла Аннери.
Ами, что уже опустилась передо мной на колени и взялась за ремень брюк, незамедлительно вскочила и отошла. Странно, но я даже не особо расстроился из-за несостоявшегося минета — все благодаря присутствию высшей.
 
Она заняла место Келли и принялась массировать мне плечи. Дыхание ее защекотало мое ухо.
— Вы правильно сделали, господин мой, — сладенький голосок высшей ласкал слух. — Не стали рубить сплеча а разобрались в ситуации, назначив более чем справедливое наказание виновникам. Бог-дракон не ошибся в своем выборе. Не то, чтобы я сомневалась в нем, но все же приятно было убедиться в этом воочию.