Все его желания (СИ)

Почти приподнимая меня над полом, Торнтон пошел к своей комнате.
— Ах, вонючий! Вот как ты заговорила, маленькая дразнилка.
Он затолкал меня ванную, отпустил на секунду, но только чтобы взять на руки и поставить посреди душевой. Также не раздеваясь, Бен шагнул ко мне и включил воду.
— Помой меня, Морковка, — приказал он, делая голос грозным.
Я не могла перестать хохотать.
— Прямо в одежде мыть?
Торнтон прижал меня к стенке, выдохнул в губы.
— Дразнилка.
И поцеловал так, что у меня дух захватило.
— Ты маленькая, несносная…Такая притягательная, — бормотал Бенингтон между поцелуями.
Его ладони легли на мою мокрую майку, через которую легко читались очертания груди и просвечивали напряжённые соски. Я застонала, едва он сдавил их пальцами прямо через ткань, а потом наклонился и стал посасывать и кусать губами.
Господи, как же я скучала по этим ощущениям. Прикрыв глаза, я отдалась ему полностью, позволила себе чувствовать и не сопротивляться. Запустив руки Бену в волосы, я тихо постанывала, пока он играл ртом и руками с моей грудью.
— Кэти, детка, — выдохнул он мне в губы, вернувшись. — Как ты это делаешь?
— Что? — спросила я, открыв глаза, и сама захмелела от его невероятных сапфировых глаз.
— Я думал, мне нравится, когда ты дергаешься и брызжешь ядом, но такая ты еще привлекательнее.
— Какая? — простонала я, дурея от его чувственных признаний.
— Мягкая, нежная, готовая, податливая. Красивая. — бормотал Бен, водя своими губами по моим. — Моя морковка. Вся моя. Когда ты не дергаешься, позволяешь мне все, сдаешься… Я …Я…
Он так и не договорил, просто снял майку и положил мои пальцы на свои спортивные брюки.
— Раздень и помой меня, Кэти, — велел Бен, а потом добавил. — Пожалуйста.
Я не могла отказать в этой просьбе. Спустив вниз брюки, я помогла Бену избавиться от носков, взяла с полки его гель для душа. Он пах чем-то цитрусово-терпким. Одновременно мягкий и свежий запах. Очень мужской, очень приятный. Я мурлыкала, пока гладила его мыльными руками. Плечи, шея, грудь, руки. Бен повернулся спиной, и я намылила и там, любуясь его Фениксом без спешки и одежды.
— Нравится? — спросил Бенингтон.
— Очень, — выдохнула я, обводя пальцем контуры чернильной птицы. — Это Феникс, да?
— Да, — ответил Бен. — Сгореть и возродиться из пепла. История моей гребаной жизни.
Я почувствовала неровности и не сразу поняла, откуда они. А потом вздрогнула. Пожар, пепел. Это же следы ожогов.
Мое сердце сжалось. Я вспомнила, как Бен говорил о балке, что придавила его.
— Было очень больно? — спросила я, поглаживая крыло, которое заходило на правый бок.
— Бывало и больнее, — ответил Бенингтон.
Я не сдержалась и прижалась губами к чернильным шрамам. Мне так хотелось забрать его боль. Бен глухо выдохнул, хлопнув ладонью по мокрой стене.
Я сразу поняла, что он не будет больше ничего мне рассказывать.
Сейчас не будет. Но, возможно, позже…
Скользнув ладонью ниже, я погладила его упругий зад, достала яички. Торнтон повернулся, и я смогла коснуться его члена. Он уже был твердым. Я водила рукой, глядя на Бена, который тяжело дышал, прикрыв глаза. Как я несколько минут назад. Но почти сразу он отодвинул мою руку и сказал:
— Теперь моя очередь, Морковка.
Бен стащил с меня майку и шорты вместе с трусиками. Он также выдавил гель на ладони и стал намыливать, заставляя меня хныкать и выгибаться. Я подставляла ему грудь, запрокидывая голову, чтобы он мог гладить шею.
Его скользкие пальцы прошлись между ягодиц, и я прижалась к грудью к его груди теснее. Закусила губу и ждала, что будет дальше. У меня не было мысли, что Бен прикажет терпеть и сотворит со мной все, что захочет. В этот момент я просто ждала, что он сделает, как я буду на это реагировать.
Торнтон не причинял мне боли. Он просто водил пальцем, чуть надавливая на анус.
— Подними ногу, малыш, — попросил он, подхватив меня под колено.
Я поставила ступню на выступ в стене, Бену так стало удобнее. Но он не спешил воспользоваться этими возможностями. Оставив в покое мою попку, Торнтон опустился на колени, раздвинул пальцами мои половые губы, взял лейку душа и направил на мой клитор.
 
Я уперлась ладонями в стены и старалась не упасть. Вода била по моей плоти. Легко, почти незаметно, но я сходила с ума.
— Скажи, Кэти. Скажи мне, — проговорил Бен, не убирая струи душа.
Я точно знала, что он хотел услышать.
— Хочу тебя. Хочу кончить.
Бен бросил душ, переключил режим на ливень сверху, а сам прижал губы к моему клитору. Я сложилась пополам, чуть не упав. Чудом удержала равновесие. Бенингтон посасывал, водил языком по кругу и сжимал губами клитор почти до боли. Я стонала, ныла, хрипела и ругалась. Кажется, даже по-русски. А он посмеивался, дул на мою припухшую плоть и смотрел снизу вверх, как я корчусь, желая еще.
— Красивая, — прошептал Бен и снова лизнул меня.
Он использовал даже зубы, царапая, прикусывая половые губы и чувствительную нежную кожу бедер с внутренней стороны.
Вода смывала с нас мыло, ласкала кожу теплом и влагой.
Когда сил терпеть больше не осталось, я просто схватила Бена за волосы, не позволяя отвернуться. А он снова смеялся. Как он умудрялся это делать, посасывая меня, жестко потирая языком? Не знаю. Я не хотела знать. Хотела, чтобы оргазм, наконец, нашел меня. И Бен указал ему путь.
Кажется, я выдрала клок волос у него на затылке, но это не помешало моему лорду закончить. Он держал мой клитор губами, пока я не обмякла, позволяя чувствовать все до конца.
У меня в глазах потемнело. Не помню, как оказалась в руках Бена. Очнулась уже в его постели. Я сидела на краешке кровати, а Бен вытирал меня полотенцем. Закончив со мной, промокнул и свою кожу. Его все еще готовый на подвиги член оказался прямо около моего лица. Я взяла его в руку и коснулась губами головки.
— Кэти, это… — прошептал Бен, но не закончил, потому что подавился стоном.
Я взяла его в рот почти полностью, а потом заскользила обратно, сжимая крепко губами. Мне хотелось сделать для него все так же круто, как он старался для меня. Поглаживая пальцами яички, я снова и снова посасывала и отпускала, кружила языком по головке, сжимала ее губами, глубоко вдыхала, когда Бен погружался почти до горла.
— Кэти, я… — хрипло проговорил Бен, не закончив фразу.
Но я и так чувствовала, что он готов кончить. Головка набухла и с трудом помещалась во рту. Я сосредоточилась на дыхании и быстро проглотила струю. Бен отдышался и тоже сел на постель.
— Черт, голова кружится, сейчас отрублюсь, — признался он, падая на спину.
Через секунду Торнтон уже привлек меня к себе. Я вытянулась вдоль его тела. Наши ноги переплелись. Положив голову Бену на грудь, я спросила:
— Почему ты просто не трахнешь меня, Торнтон?
— Потому что тогда я точно тебя никуда не отпущу, — ответил Бен и, кажется, сразу уснул.
  
Глава 11. Вместе, врозь, вместе
 
Утром я проснулась от стонов Бена. Повернув голову и открыв глаза, я увидела, что он сидит на краю кровати, держится за голову и ноет. Не удержалась и засмеялась. Торнтон тут же обернулся.
— Полагаешь, это смешно, да? — огрызнулся он.
— Очень. Мой придурошный лорд такой умный, но пить пиво не умеет.
— Умею. Я даже не блевал вчера, — похвастался Бен.
— Возможно, именно поэтому утром так паршиво.
— Вот завелась на мою голову умная Морковка. Где ты была вчера, когда я прикончил третью пинту?
— Дома. Потому что ты меня вчера не взял с собой.
Бен улегся ко мне обратно, обнял.
— Поверь, тебе вряд ли бы понравилось.
Мне точно не нравится, что он решает за меня и ничего толком не говорит. Уклонившись от поцелуя, я встала с постели и ушла в ванную, а потом на кухню, чтобы сварить кофе.
Минут через пять ко мне присоединился Бен.
— Яйца? — не могу не удивиться я, видя, как Торнтон достает пяток и молоко.