Стать его даас (СИ)

— Кира, не делай ошибку. Поверь, я прав, — сказал Люмен непривычным голосом, вводя меня в заблуждение или наоборот убирая его.
Эта фраза вернула меня к реальности. Такое… родное лицо Ари снова стало враждебным. Я бы пошла, последовала за ним, снова приняла его отговорки и поверила. Казалось, я готова вновь наступать на одни и те же грабли, ведь в прошлый раз, в той деревне, когда мы убегали от громких криков, Арикан смог уговорить и склонить на свою сторону. Но на этот раз не получится. Люмен открыл глаза на многие вещи, ведь Арикан не изменится. Он — бесчувственная расчетливая машина, которая делает только задуманное.
— Нет, — убрала я его руку, отступая назад.
— Помнишь, просил не принимать решение во время сильных эмоций? — тихо спросил он, снова сократив между нами расстояние.
Я подняла голову, сжала челюсти, стараясь больше не плакать. Но слезы сами раз за разом образовывались, срываясь с моих глаз и быстро устремляясь вниз. Мне было больно, потому что предал, не выполнил обещание, рядом с ним никто не сможет чувствовать себя в безопасности. Арикан выбрал сторону, показал себя, больше не мой хороший монстр — зря когда-то поменяла мнение.
— Уходи, — покачала я головой.
— Не говори глупости.
Сзади усмехнулся Люмен, напоминая о своем присутствии.
— Уходи, пожалуйста. И не возвращайся.
Я помню взгляд Арикана, каким холодным стал, чуть ли не замораживая меня саму. Помню, как он отступил назад, меняясь в лице. Каждое движение его отдавалось болью в моей груди.
— Кира, иди ко мне, — позвал Люмен.
И я пошла, кинулась в его объятья, скрывая в них свои рыдания.
Слишком больно. Он не должен был так делать! Я ему верила…
Мои глаза открылись, снова наблюдая бескрайнюю синюю гладь, сидя возле того замка на горе в самой высокой части полша. Я помнила детально каждый день, проведенный с Ари, каждое его слово, движение, поступок. Он… снова стал для меня хорошим, как только наступила первая ночь после расставания. На него сложно злиться. Я тогда была не права, ведь обещала, что сама проконтролирую, чтобы он не причинил вред животным. Ари говорил, что именно я буду в безопасности, про зверей ничего подобного не упоминал. Да, стрела из лука была выпущена, но я обязана была находиться рядом, чтобы это предотвратить. Получается, именно мое обещание не выполнилось, а не его.
Люмен говорил, что Ари плохой, что не поменял своих стремлений, является для меня и животных угрозой. И я воспринимала все сказанное, соглашалась с ним, но где-то глубоко внутри оставалось тепло, что каждую ночь заставляет со слезами на глазах вспоминать Ари, желать снова почувствовать его объятья и выискивать падающую звезду, чтобы пустить время вспять.
Остальные дни оказались совершенно неинтересными. Там мы шли, разговаривали, планировали, искали крипсов, подготавливались к сегодняшнему дню, развивали мои способности. Много всего происходило, я пыталась продолжать восхищаться окружающим миром, но что-то было не так, мне не хватало небольшой частички. Я словно потеряла себя в день, когда попросила уйти своего монстра.
Ари никогда не простит. Как бы мне не хотелось все исправить — невозможно. Ведь понятно, что я сделала глупость, не послушалась, попросила покинуть меня, хоть он говорил, чтобы не заставляла его ничего делать таким способом. Вообще про эти просьбы Ари строго настрого запретил кому-либо рассказывать.
Море успокаивало. Сильный ветер быстро высушил слезы. Я продолжала сидеть, снова и снова погружалась в воспоминания того дня у речного озера, стараясь не переходить на следующие дни, кардинально изменившие отношение между нами. Крипсы мирно расположились у моих ног, больше смахивая на очень пушистую траву. И только Рири иногда напоминал о себе, перемещаясь с одной стороны шеи на вторую.
Раздался звук горна. Я повернула голову в его направлении.
— Просыпайтесь, — тихо прошептала маленьким пушистикам, которые сразу же зашевелились.
Надо было идти, выполнять последнюю часть плана, где от меня почти ничего не требовалось. Самое главное из заданий — усыпить стражу в замке. Этот пункт я сделала. Дальше Люмен обещал, что ничего особенного не предвидится и надо всего лишь проследить за происходящим из дальнего темного угла в том тронном зале.
 
Именно туда я и направилась в сопровождении А’или и маленьких крипсов. Мы, как и в прошлый раз, двигались медленно, осторожно, усыпляя попавшихся на пути стражников, сразу же оттаскивая в ближайшее укрытие, чтобы те не попадались никому на глаза.
В тронном зале находилось много людей. Я открыла маленькую дверь, заглянув внутрь только одним глазком. Возле нее стоял стражник. С ним было не трудно справиться. Самое сложное — подхватить во время падения и удержать, не издавая никаких звуков. После этого такой же процедуре подверглись еще трое. Одного пришлось оставить — им оказался Драмен. Он указал мне на еще одного стражника, а после одним только взглядом направил в самое укромное место в зале.
Помещение было большим, перед железным креслом уже стоял человек и говорил своим хорошо поставленным голосом. Его слова разносились по всей зале, пытаясь подобраться до ушей каждого, отложиться в голове и заставить кивать головой, соглашаясь со сказанным. Даже я, обратив внимание на несколько фраз, совершенно мне непонятных, начала воспринимать их как данность.
Он что-то говорил про светлое будущее, новую надежду, лучших из лучших. Но возле меня толпились маленькие пушистики, которые не хотели сидеть смирно и дожидаться своего часа. Мне пришлось отвлечься, мысленно попросить успокоиться.
Алеполи спряталась за одной из низких штор, что висели здесь на всех стенах. Из-за ее тела материал дыбился, показывал, что под ним кто-то есть. Но в этот угол проникало мало света, поэтому заметить меня и лисичку для остальных оказалось сложно.
Народ толпился с другой стороны тронного зала, где огромные двери были нараспашку. Возле каждой колонны, в шаге от возвышенности, стоял человек в бордовом плаще, опустив голову вниз.
Я старалась следить одновременно за происходящим и раз за разом пересчитывала крипсов. Они хоть и слушались, но уже не один раз показали, что могут в любой момент ринуться в бой.
Вдруг в шее снова почувствовалось щекотание. Я тихо хихикнула и пожала одним плечом. И только потом заметила, что Рири спрыгнул и направился вперед, в сторону железного кресла.
Окрик чуть не слетел с моих губ. Я вовремя прикрыла рот и позвала его мысленно, заставляя вернуться обратно и не делать глупостей. Мне пришлось присесть, чтобы взять малыша на руки.
Мой взгляд поднялся и в то же время я услышала, как тот мужчина в синем плаще с белым орнаментом на нем произнес полное имя Ари. Я увидела его, как откидывает свой капюшон, приклоняет колено, опускает голову.
Голос Ари разлился приятной мелодией по огромной комнате. Он что-то говорил по поводу вечной службы, подчинения, несения обязанностей. Но я не слушала.
Сердце просто остановилось. Вокруг больше никого не было. Даже Рири, что не хотел сидеть на одном месте, как прежде, стал не так важен. Это было настоящее наваждение. Я словно плыла вперед, на немой зов, о котором никто вокруг не знал. Даже сам Ари не подозревал.
Он говорил, а когда закончил, поднял голову, смотря прямо на того человека в синем плаще. Диалог продолжался, сердце не билось, а потом…
Ари посмотрел прямо мне в глаза, долго не отрываясь. Со всех сторон нахлынула звенящая тишина. Кровь отлила от каждой частички тела. Казалось, ноги больше не удержат, но те продолжали выполнять свою функцию.
В этом мире были только мы. Я не слышала и не видела больше ничего. Это оказалось сложнее. Только когда Ари резко встал, неожиданно достал из своих ножен кинжал и развернулся, взмахивая бордовым плащом, я глубоко вздохнула, вспоминая, что и так умею.
Начался настоящий хаос. Рири пропал, крипсы пищали возле меня, алеполи тоже вышла из укрытия. Я обернулась и поняла, что стою не в темном углу, а возле самого трона, совсем недалеко от высокого мужчины.