Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Все, я на выход, не тормози.
Сбросив с себя наушники, я выбрался из кресла, но перед тем, как побежать к двери, все же не удержался и заглянул в монитор Бисквита. Его штурмовик уже не бежал по захламленному асфальту улицы, а летел над землей, нещадно выжигая реактивные заряды. Значит, через несколько секунд придет черед второй реперной точки событий — момент, когда все может пойти наперекосяк. Увы, досмотреть, что, как и куда пойдет, времени не было, так что я побежал к выходу и начал отпирать добрую полудюжину разномастных замков. Хорошо хоть, среди них не было запоров с идентификацией личности.
Успел вовремя, потому что, как только взлетел по бетонным ступенькам выхода из полуподвала, увидел идущего от машины Беню.
— Мы уже здесь, — скороговоркой выпалил я и, пробежав мимо Бенедиктуса, нырнул на задние сидение магокара.
Громадный орк с подозрением посмотрел туда, откуда я выскочил как ошпаренный, что-то буркнул себе под нос, но все же развернулся и, раскачиваясь, побрел обратно. Его неторопливость порадовала меня, потому что времени хватило как раз чтобы Бисквит через минуту нырнул в машину следом за мной. Разгон он взял такой, что чуть не расплющил меня о противоположную дверь.
— Ну как там? — тихо спросил я.
— Норм, — хрипом, заменяющим ему шепот, ответил орк. — Чекнул титана. Он шизанул полем. Затем чемоданов накидали. Поднырнул, и пуф-ф-ф.
Орк изобразил взрыв пальцами обеих рук и тут же заткнулся под недовольным взглядом Бенедиктуса. Похоже, пока мы тут ерундой маемся, у кого-то серьезные неприятности. И мы тоже вляпаемся в них по самое не балуйся. Впрочем, из на первый взгляд невразумительной вязанки слов я понял достаточно. Второй шар тоже ушел точно в лузу. Пока ошалевшие от удачи титаны противника пытались закидать наш командный пункт тяжелыми ракетами, Бисквит вычислил одного из них и, используя весь запас своих реактивных патронов, напрямую полетел к выбранной жертве. В тот момент он являл собой идеальную цель — как толстая утка над полем камыша. Но, опять же, соперники так увлеклись бомбежкой жирной цели, что превратившийся в ракету робот орка сумел завершит свой полет валькирии. Правда, в последний момент намеченная Бисквитом жертва все же среагировала и «шизанула» штурмовика силовым полем, не дав слиться с собой в страстном объятии. И тут Бу-булочка с Крутоном накидали на закрывшегося энергетическим куполом соперника тех самых «чемоданов», заставляя его менять позицию. А это снятие почти всех силовых щитов, так что робот Бисквита сумел войти в клинч с огромной тушей супертяжелого робота, а затем сделал то самое «пуф-ф».
— А как ЗКП? — одним губами обозначил я вопрос и получил в ответ не только увесистый кулак с торчащим вверх увенчанным черным когтем большим пальцем, но и широченную ухмылку во все два десятка крупных клыков.
Вообще шикарно! Они не сумели добить замаскированный объект, а когда он ушел из света, наши наверняка передвинули ЗКП на другое место. В итоге счет два — два, но размен светляка и титана на светляка и штурмовика равноценным не назовешь. Так что шансы у ребят были, а мы сделали все, что могли. Мысли тут же перепрыгнули на предстоящее дело, и предчувствия были не самые хорошие. Слишком уж озабоченным выглядел Бенедиктус. Очень хотелось спросить у него, что же произошло, но если этого не делает Бисквит, то и я лучше помолчу.
Отчасти озабоченность нашего водителя стала понятна, когда мы вылетели из Серого города и заскользили над Пепельной пустошью. Так теперь называлось пространство на север от бывшего аэропорта и до самой границы с кантоном Бо. Это, конечно, не размах родных оркских степей, но и тут они сумели устроиться практически как дома. Посносили все здания опустивших поселков и засеяли пространство отведенного им анклава своим аналогом ковыля. С этой травой у орков было связано что-то религиозное, поэтому шансов на выживание у земной растительности не было никаких. Так что сейчас мы летели над пространством, словно покрытым толстым слоем пыли. Но так лишь казалось из-за цвета травы и скорости нашего полета.
 
По причине дефицита места племенам орков пришлось селиться близко друг от друга, и, даже не поднимаясь высоко над землей, можно было одновременно увидеть две группы шатров. В степях иного мира это было бы немыслимо. Там, чтобы попасть из одного поселения в другое, приходилось бежать целыми неделями. Бежать, потому что орки в своем мире так и не осилили верховую езду. Да и кто потащит на себе такую тушу? Впрочем, они и сами бегали так, что никакая лошадь не угонится. Плюс дичайшая выносливость, и проблема пересечения огромных пространств степи решалась без привлечения дополнительных ног.
Любой, кто увидит картинку снятого издали поселения орков, посчитает, что их жилища очень похожи на вигвамы североамериканских индейцев. На самом деле все даже близко не так. Когда мы подлетели к селению, стало понятно, что вигвамы эти будут побольше индейских. И дело даже не в том, что в них живут крупные орки. Все значительно масштабнее. Островерхие сооружения были одноэтажными лишь частично. Самый большой стоящий в центре селения вигвам имел как минимум пять рядов круглых отверстий, условно обозначавших этажи. Что интересно, они умудрялись строить все это, абсолютно не прибегая ни к дереву, ни к камню. Шаманы как-то то ли склеивали, то ли сращивали кости животных в гигантский каркас, а затем все это дело обшивалось шкурами и ими же разбивалось на отдельные помещения.
Бенедиктус посадил магокар у одного из окраинных вигвамов-переростков, имевших три ряда круглых проемов. Сегодня он не стал отсиживаться в машине и повел нас внутрь этого необычного строения. То, что он не ошибся адресом, было видно по паре десятков наземных машин у входа. Хватало здесь и жандармов разных рас. Оркские штурмовики в основном находились в оцеплении, одним своим видом сдерживая недовольную толпу соплеменников. Если честно, смотреть на рычащую темно-зеленую массу было страшновато, так что я поспешил следом за своими провожатыми. Надеюсь, что их расовая принадлежность убережет меня от растерзания и, возможно, даже поедания на какой-нибудь ритуальной пирушке.
Тьфу ты, после рассказов Бисквита о людоедстве чего только в голову не лезет!
Внутри мегавигвам выглядел еще интереснее. Пройдя коридор, стенами которому служил все тот же обтянутый шкурами костяной каркас, мы вышли в необычное помещение. Словно оказались внутри высоченного цилиндра. В паре десятков метров над головой виднелось ажурное плетение, через которое внутрь попадал солнечный свет. В стенах этого цилиндра виднелись закрытые шкурами входы в отдельные помещения, а вот лестниц, с помощью которых можно было добраться до верхних этажей, я нигде не заметил. Лишь торчали огрызки костяных балок, словно следы небрежности строителей. Через пару секунд стало понятно, что тут почем и зачем. Один из молодых орков, решивший перебраться в соседнее помещение на третьем этаже, просто спрыгнул вниз, но тут же вцепился в одну из таких балок и, работая длинными руками не хуже орангутанга, донес свое тяжелое тело до нужной точки. Если честно, я испытывал легкий шок, наблюдая орков, так сказать, в естественной среде обитания.
Уже давно привык, что живущие в Сером городе зеленокожие своими повадками мало чем отличаются от людей: носят ковбойскую одежду, откликаются на римские имена. И только сейчас понял, насколько они чужды нам, и даже сравнение с обезьянами было лишь спасательной соломинкой, в которую вцеплялся мой утопающий в непонятности разум.
Теперь-то до меня дошло, почему Бисквит так изгаляется в плане одежды. Так он, скорее всего, добивается максимального отличия от своих более диких родичей. А выглядели эти самые родственнички достаточно колоритно. Их зеленые тела прикрывали лишь кожаные набедренные повязки а-ля две шторочки на канатике да вязь татуировок и шрамирования.
Я смотрел на все это буквально открыв рот, слегка потерявшись во времени и пространстве, но неумолимый Бенедиктус не дал окончательно выпасть в осадок. Он как-то совсем уж заботливо подхватил меня под локоток и потащил за собой. Только после этого удалось встряхнуться, и спуск вниз я воспринял без очередного приступа шока. Впрочем, впечатлений все равно хватало.