Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

А вот самих ткачей за созерцанием этой красоты мы и просмотрели.
— Чтоб я сдох! — восхищенно выдохнул Барсук.
Блин, ну нельзя же говорить такие слова в подобных местах! Неудивительно, что бывшего «медведя» преследуют неприятности. Звук его голоса еще не успел отразиться от стен пещеры, как на голову зазевавшегося человека рухнула многоногая тень. Все произошло очень быстро, и если бы не зверские тренировки, на которых Шип гонял «ящеров» до полусмерти, мы бы окончательно попрощались с нашим товарищем.
Огромная, размером с упитанного кабана, туша паука ухватила Барсука и тут же метнулась вверх, но Сом оказался быстрее. Непостижимым для одетого в броню человека движением он оттолкнулся от ближайшей колонны и по изломанной траектории взлетел следом за пауком, уцепившись за ноги Барсука. Паук недовольно затрещал, и тут же с не меньшим недовольством затрещали наши иглометы. Увесисто стукнули арбалеты кронайцев. Вот теперь арахнид уже взвизгнул и рухнул на пол вместе с «ящерами».
— Отходим! — крикнул я, и отряд, захватив с собой Барсука, быстро втянулся в тоннель.
К нам тут же метнулись две многоногие тени, но, получив по нескольку болезненных уколов, отступили в темноту.
— Мэтр, что там? — спросил я у склонившегося над «ящером» целителя. Сом уже стянул с товарища шлем и верхнюю часть «чешуи», открыв всеобщему обозрению кровавое пятно на поддоспешнике чуть ниже груди.
— Все не так страшно, как могло бы быть, — затараторил целитель, продолжая водить руками над раной. Затем он быстро достал из сумки небольшой пузырек и, выдернув пробку, вылил содержимое в рот Барсука. — Внутренние органы не задеты. А противоядия у меня много благодаря нашему общению с «осьминогами». Этому молодому человеку очень везет: только на моей памяти он трижды проходил рядом со смертью. Правда, теперь в нем столько магических эликсиров, что впору начать исследования уникального случая передозировки и ее последствий.
— Карн, — позвал я кронайца, услышав в продолжающейся речи целителя самое главное. — Выдели двоих бойцов, пусть доставят Барсука и целителя наверх.
— А как мы без целителя? — усомнился моряк.
— Вот я и не хочу узнать, как мы обойдемся без целителя, если его сожрет паук. То, что он вообще здесь оказался, было моей ошибкой. — Немного подумав, я добавил: — Еж тоже уходит наверх.
— Но… — попытался возмутиться юноша.
— Заткнись, — тут же перебил его учитель, и ученик подчинился.
Дождавшись, когда уходящие повернули за поворот, а свет их ручных фонарей растворился во мраке тоннеля, я повернулся к оставшимся со мной бойцам.
— Дороги назад у нас нет, как и времени, так что будем прорываться. Впереди Шип и Змей, кронайцы по флангам. В тылу Грифон и Сом. Двигаемся очень быстро, потому что благодаря недальновидности вашего командира теперь у нас только долгоперезаряжающееся оружие.
— Э… — дождавшись паузы в моем монологе, вставил свое слово Урген. — Если мне будет позволено сказать, то, возможно, спешка не понадобится.
— Говори, — едва сдержав раздражение, позволил я.
— У нас есть кристалл из замка Госпожи Грозы.
— Думаешь, он нам поможет?
— А что мешает проверить? — обезоруживающе улыбнулся Урген.
— И то правда. Так, делаем все как сказал. Давай, проф, заводи свою шарманку.
Урген с минуту колдовал над артефактом, и кристалл в его руках засветился мягким светом. Где-то секунду все прислушивались к окружающему миру, но никаких световых или шумовых эффектов не дождались.
— Вперед.
Уже не так расслабленно, как в первый раз, мы вновь вошли в пещеру с колоннами. Все двигались на полусогнутых ногах, постоянно отслеживая каждый свой сектор. Продвижение немного тормозили Грифон и Сом, идущие едва ли не спиной вперед, но безопасность этого стоила.
Пещера оказалась обширнее, чем выглядела на первый взгляд. До противоположного края мы шли минут двадцать — и только там увидели первого паука. Точнее, их было четыре. С арахнидами явно не все было в порядке. Они дрожали всем телом и припадали к каменному полу. С каждым нашим шагом эта дрожь усиливалась, но пауки не отступали. И только когда лучи наших фонарей заплясали на стоящих у стен конструкциях, ситуация немного прояснилась.
 
Это были металлические шесты — теряющийся в темноте ряд шестов, размещенных с трехметровым интервалом. Между шестами были натянуты паучьи нити, а среди путаницы этих нитей безвольно висели высохшие тела небольших, если сравнивать с тем, кто напал на нас, пауков. Иссохшая кожа этих пауков имела красноватый оттенок. Чуть дальше за шестами виднелась стена, у которой лежали груды белых рулонов вперемешку с телами пауков. Это было паучье кладбище, и только на трех, находящихся рядом промежутках нити не были спутаны, а сновавшие по этим нитям паучки выглядели очень даже живыми. Темно-красные брюшки и розоватые головы, из которых росли почти черные лапы, — красиво. Филигранные и монотонные движения пауков завораживали. Они сноровисто перебирали лапами, постепенно перемещаясь вверх и оставляя за собой сплошную белую поверхность. Паучий шелк!
— Это сколько же здесь шелка?! — выдохнул Сом, и я по-другому взглянул на груды рулонов.
Сотни? Нет, тысячи рулонов драгоценной ткани.
— Сом, ты что, заразился жадностью от Барсука? — спросил я, стряхивая вожделение.
— Простите, командир, но мой отец три месяца копил деньги, чтобы купить маме шелковый платок, а тут такое!
— Этих стреляем? — Казалось, Шип был единственным, кто не подсчитывал в голове стоимости сваленного в груды шелка.
Это, конечно, неразумно, но мне почему-то стало жаль пауков. Воины преодолевали страх и боль, они готовы были умереть, но не допустить нас к тем, кого защищали, — это вызывало уважение.
— Оставим их в покое, кристалл не подпустит пауков к нам, так что они не опасны. Проф?
— Да, их можно не опасаться, — ответил на мой вопрос Урген, и мне показалось, что ему тоже стало жаль этих жутких, но самоотверженных созданий.
— Идем по периметру, ищем проход дальше.
Как оказалось, мы немного промахнулись — проход, который вел в глубину горы, находился в центре зала. Но мы это выяснили, потратив на поиски еще полчаса.
Опять колодец! Сколько же можно?!
Похоже, скоро у меня начнется фобия в отношении вертикальных проходов и винтовых лестниц, но делать нечего.
Со стороны колодец заметить было трудно, потому что он не имел даже маленького бортика.
Пространство возле прохода вниз отличалось от общего зала. Когда мы приблизились, лучи фонарей выхватывали странные выбоины на полу. Часть из них словно выдолбили огромным молотом, а часть была выплавлена. Две ближайшие колонны тоже пострадали. Каменные листья на них оплыли, как воск у огня.
— Здесь был бой, — тихо сказал Урген, осматриваясь вокруг.
— И если повреждения не заделали, это был последний бой местного хозяина.
— Думаешь, работа Пожирателя?
— Не удивлюсь, если это так, главное — чтобы гость остался здесь. Всем внимание!
В колодец мы спускались по уже отработанной схеме — в двадцатиметровый провал был опущен большой фонарь, застывший по центру шестиметрового диаметра колодца. Опускать его по ходу нашего движения и соответственно оставлять сверху охрану было рискованно, потому что отгоняющий пауков кристалл двигался вниз вместе с профессором.
Так и знал, что мое слюнтяйство вылезет нам боком.
Дно колодца сразу показалось странным. Приблизившись, мы рассмотрели, что это груды ссохшихся паучьих тел, почти полностью заваливших нижний выход. Пока Шип и Змей разгребали подход, профессор осмотрел останки.
— Очень похоже, что здесь поработали артефактами. Помнишь молниеносные браслеты?
— Ага. — По телу невольно пробежала дрожь от воспоминаний.
— Можем идти, — подал голос Шип, и мы вслед за передовой двойкой нырнули в новый тоннель.
Чем дальше продвигались, тем больше находилось следов боя. Что интересно, никаких других останков, кроме паучьих, здесь не было. Похоже, демон Вихрь не только приспособил помещение бывшей ткацкой фабрики под свои нужды, но и пополнил свои войска бывшими «ткачами».