Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Отказываться было неловко, поэтому я взял подарок и поблагодарил. Особых проблем с прежними жильцами не возникло. Супруги у молодого графа не было. Его любовницы-содержанки мне не приглянулись, хотя старались, поэтому были отправлены восвояси, а слугам вообще плевать, кого именно обслуживать, главное, чтобы вовремя платили.
Полуденное солнце припекало с непривычной для севера империи интенсивностью, и рядом с водоемом в голову приходили вполне логичные мысли и желания. Поэтому я, недолго думая, разделся и нырнул в кристально-прозрачный пруд с выложенным разноцветными камешками дном. Обалдевшие от подобного поведения золотые рыбки шарахнулись в стороны.
Вода была идеальной – чуть прохладная из-за бьющих со дна родников, но замерзнуть в ней было невозможно.
Немного понежившись в неглубоком пруду, я услышал тихое покашливание за спиной.
Служанка стояла возле невысокого бортика и с интересом рассматривала голого работодателя.
– Поставь кувшин на бортик.
Служанка повиновалась. Как только она отпустила ручку хрупкой посудины, я ухватил изящную ладошку и затащил девушку в пруд. Хрустальный смех, разлетевшийся над прудом, как брызги воды, подтвердил правильность моего поведения.
Эта девица стреляла в меня глазками уже второй день, а теперь, когда барон обозначил свой интерес, служанка впилась в мои губы долгим поцелуем. Вот так и живут богатые, причем в обоих мирах. Только на Земле зазевавшийся богатей мог поиметь неприятности в суде и попасть на деньги за сексуальные домогательства. Здесь же получался полный взаимный интерес – уже завтра девица, имени которой я пока не узнал, будет распоряжаться в замке графа как хозяйка, а еще если случится ребенок, то она вообще окажется «в шоколаде».
Нечто подобное происходило и в поместье Маран, только Уфила не была такой настырной.
Как очень часто бывает в подобных ситуациях, в самый важный момент появился «ломщик кайфа». Тихое покашливание служанки ласкало слух, а карканье Морофа прошлось по мозгу как наждачная бумага.
– Мороф, не хочу показаться самодуром, но ты очень не вовремя.
– Простите, барон, герцог требует вас к себе.
– Да чтоб к нему всю жизнь так приходили, – пожелал я своему сюзерену, но сделал это по-русски, чтобы не кормить лишние уши опасными словами.
Пока шел разговор, служанка добралась до другого берега пруда и выбралась на бортик. Мы с Морофом на несколько секунд зависли, наблюдая облепленную тонким платьем ладную фигурку. Девушка была одета не в уличный наряд с пышными юбками, а в домашнее подобие хитона, так что тонкая ткань, намокнув, мало что скрывала.
Оделся я быстро, да и в теплую погоду можно было не мудрить с одеждой. Этикет требовал от меня камзола, но мне было плевать на все этикеты. Так что я облачился в мужской вариант любимого Яной «мушкетерского» наряда – легкие брюки, высокие сапоги и свободную белую рубашку.
До дворца застоявшийся в конюшне Черныш домчал меня за пару минут и обиженно всхрапнул, когда я натянул поводья: ему бы еще скакать и скакать.
Запас хорошего настроения не позволил герцогу с ходу вогнать меня в меланхолию, в которой он сам, судя по всему, пребывал уже давно.
– Герд, что мне делать? Я скоро начну развешивать этих сволочей по деревьям, но затем получу революцию…
– А подавлять ее нечем, – продолжил я за герцога. – К тому же нужно отправить войско на поддержку императрице.
Герцог обреченно кивнул.
– Граф перед отъездом намекнул, что времени у меня не больше пары декад.
Я понимающе сгримасничал и уселся в мягкое кресло у столика с фруктами и кувшинчиками вина. Герцог сел напротив.
– А если вспомнить мой совет и разделить проблему?
– Что там делить?! – Сават вскочил, но, поняв, что выглядит нелепо, опустился обратно в кресло. – Герд, они хотят устроить в герцогстве все так, как в вольных городах на севере.
О том, какие порядки царят в городах на северном побережье хтарской степи, мне было неизвестно. Возможно, тамошняя политическая система была разумной, ведь производили же они такие чудные вещи, как моя «чешуя». Но сильно сомневаюсь, что местные «друзья» дозрели до демократии.
 
– Мне же они предлагают пост первого среди равных, – продолжал сокрушаться герцог.
– Так пошлите их подальше.
– Не могу, я надавал столько обещаний, что если откажусь, то погублю свою честь, а вдобавок получу бунт.
– А вот теперь давай займемся моим любимым разделением. – Я говорил жестко, расставляя приоритеты в нашем новом общении. На «тыканье» герцог не обратил внимания, так что я окончательно утвердился в роли ближайшего соратника. А в этом статусе главное не зарываться. – Ты обещал народу устраниться от власти и отказаться от титула?
– Нет, но я поклялся дать им свободу и землю.
– Вот и дай им все это.
– Ты издеваешься? – нехорошо прищурился герцог.
– Дай им свободу и землю, но не власть. Ведь этого ты не обещал?
– Вроде не было.
– Скажи, как жили люди на севере до прихода империи?
– Насколько помню, общинами.
– Вот верни эти общины. Пусть владеют землей, пусть решают, как им жить, выбирая старейшин, но при этом не забывают вовремя платить налоги. Ведь избавления от налогов ты не обещал?
– Не обещал, – немного оживился герцог.
– Вот поэтому дай народу то, что обещал: право на свою землю и право самим решать, как жить в родной деревне. С горожанами можно подождать, ведь в революционной армии их не так уж много.
– А владельцы земель?
– А владельцы земель, – в тон ответил я, – сейчас практически все вне закона и мало что смогут возразить.
Сават на минутку застыл, обдумывая сказанное мной, а затем взорвался движением и приказами. На голос сбежались секретари и охранники. Первые тут же сели писать указы, а вторые побежали за нужными герцогу людьми.
Глядя на всю эту суету, я «родил» еще одну идею.
– Ваша светлость, – официально обратился я к Савату, потому что в помещении находились посторонние.
– Слушаю вас, барон, – степенно ответил герцог, при этом улыбкой обозначив, что оценил мой такт. Правда, я прокололся с сидячим положением, впрочем, герцог тут же исправил ситуацию, присев в соседнее кресло.
– С теми, кто собрался в столице, мы разберемся быстро. Стоит селянам услышать о раздаче земли – они со всех ног побегут домой. Кстати, как вы планируете делить земельные наделы, я, честно говоря, мало разбираюсь в этих вещах?
– Да пусть берут сколько хотят и платят с распаханного поля. Для начала думаю поставить минимальный налог, – отмахнулся герцог, показывая, что во многих вопросах он даст мне сто очков форы. – По вашему вступлению, барон, я понял, что есть возможность предотвратить приход недовольных селян из дальних деревень.
– Есть. Нужно набрать молодых парней, которые умеют читать и скакать на лошади. Пусть писари размножат приказы, и глашатаи с этими копиями скачут во все концы. Только нужно почитать приказы вслух и вывесить в центре каждого селения.
– Что-то подобное делают в империи, только копий не оставляют. Дороговато получится.
– Думаю, в этом случае жадничать не стоит.
– Согласен, – кивнул герцог и подозвал к себе одного из писарей.
Скоро герцог и сам осознает преимущество пропаганды в информационной войне и не будет жалеть денег на писарей и пергамент. Возможно, в будущем мне стоить задуматься над печатными станками и бумагой, хотя понятия не имею, как все это сделать.
Расслабившийся герцог внезапно что-то вспомнил и отвлек меня от прогрессорских мечтаний.
– Да, я вспомнил, зачем тебя вызывал.
– Разве не посоветоваться?
– И это тоже, но у нас возникла еще одна проблема. Ты собрал в городской тюрьме почти сотню мародеров. Сегодня утром ко мне явились их товарищи и потребовали освободить арестантов. Сейчас они ждут у тюрьмы, так что отправляйся туда и реши эту проблему.
– Я?
– А кто? Ты убил кабана – тебе и снимать с него шкуру, – «порадовал» меня герцог местной поговоркой.