Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

– Но, ваша милость, мои десятники… – возмутился сотник.
– Твои десятники будут подчиняться тому, на кого я укажу, причем беспрекословно, по-моему, именно это слово использовал герцог. – Видя, что сотник набычился, я надавил сильнее. – Не слышу?!
– Да, ваша милость, беспрекословно.
– Тогда слушаем дальше молча. Время уходит. Каждый из отрядов берет по улице и, двигаясь через город, пресекает любые проявления мародерства и насилия, от кого бы они ни исходили. Тех, кто окажет сопротивление, убивать на месте, остальных вязать. Все понятно?
Ответом на мой вопрос был неровный гул голосов. Я уже хотел прикрикнуть, но роль сержанта на себя взял Грифон, с детских лет приученный повелевать оруженосцами и простолюдинами.
– Барон задал вопрос, отвечать!
Теперь слово «да» слышалось отчетливо, хоть и было произнесено вразнобой.
– «Ящеры», разбирайте себе десятников – и вперед. Если пленников будет много, гоните их на центральную улицу, там буду я с основным отрядом. Вопросы? – спросил я у своей команды, и они ответили мне уверенным молчанием.
Мороф подвел Черныша и по моему приказу присоединился к группе Барсука, как самого большого разгильдяя в компании «ящеров».
Небольшая группа подчиненных Морофа собиралась в противоположную сторону – прочь из города. С ними уезжали Яна и Таня, которым совершенно нечего делать там, где летают шальные стрелы и все решает не хитрость, а грубая сила.
Перед тем как запрыгнуть в телегу, хтарка подошла ко мне.
– Ван, зачем тебе все это? – Она продолжали звать меня привычным именем, но всегда делала это очень тихо, одними губами, поэтому я не возмущался.
– Я «вскрыл» этот город и хочу хоть немного уменьшить принесенный вред.
– Совесть – это тяжелая ноша, – горько улыбнулась Яна, явно вспоминая что-то из своего прошлого.
– Возможно, ты права и когда-нибудь я смогу от нее избавиться, но пока не получается, – вернул я ей такую же улыбку, добавив в нее мягкости.
Яна неожиданно фыркнула и, приподнявшись на цыпочки, поцеловала меня в щеку. На моем лице неожиданно расплылась идиотская улыбка, которую я постарался скрыть быстро надетым шлемом. Уже в прорези полумаски я заметил, как разозлилась Таня.
Только этого мне не хватало, нужно поговорить с девочкой. Так уж сложилось, что у меня уже была дама сердца – по-другому и не скажешь, ведь теперь по императрице я могу только вздыхать. К тому же на границе ждала гражданская жена Уфила, также имелись две боевые подруги. Причем с последними иметь амурные дела я не собирался из соображения правил собственной безопасности. Если с Яной было все понятно – у нас назревала обычная дружба, то с Таней нужно все прояснить и сделать это как можно скорее.
«Будем разбираться прямо сейчас или займемся войной?» – всплыла из глубины язвительная мысль, и, мотнув головой как ретивый конь, я быстро вскочил в седло. Черныш, словно издеваясь, повторил мое движение и вынес седока из каменного мешка в осажденный город.
Чтобы попасть на главную улицу, нам пришлось немного попетлять между огромными бараками, которыми была застроена все окраина. Город хоть и являлся столицей герцогства, но вырос из обычного замка, и здесь по-прежнему сохранялась старая стратегия обороны. Все, кто не имел постоянной работы в городе, жили в окрестных деревнях, а во время осады бросали свои дома и прятались внутри стен. Пригорода как такового не было, что положительно сказывалось на обороноспособности города.
Стоит отдать должное новоиспеченному герцогу, он оказался предусмотрительным человеком и явно понимал, что именно является главным богатством феодала: у входа большей части бараков с беженцами обнаружились заградительные отряды. Бойцы вели себя спокойно, причиной тому был их преклонный возраст.
Увы, степенных революционеров на все бараки не хватило. Уже подъезжая к главной улице, мы увидели, что охраны у входа в очередной барк не наблюдается, а из помещения доносится многоголосый вопль.
– Сотник и одна десятка оруженосцев за мной, – крикнул я, спрыгивая с Черныша.
 
Если честно, мне не особо хотелось лезть в свалку, но я неосмотрительно разогнал всех «ящеров» и остался наиболее защищенным бойцом в этом отряде. Так что пришлось разбираться самому. Благо воодушевленный примером рыцарь не стал чиниться и, громыхая железом, пошел за мной.
Внутри разворачивалась классическая картина – пятеро революционеров в разномастных кольчугах или вообще без оной удерживали толпу в полсотни селян с помощью выставленных вперед копий, а еще двое прямо на полу разрывали одежду на миловидной крестьянке.
– Прекратить! – заорал рыцарь, опережая мой вопль.
Его реакция была вполне понятна – ведь здесь «гуляли» его собратья по революционной борьбе, правда, не так обласканные герцогом, как он сам.
– Не мешай, сотник, – рыкнул бородатый мужик, срывающий одежду с девушки.
Это он, конечно, зря – оруженосцы моментально ощетинились мечами. Любители «сладенького», в отличие от главного насильника, еще не потеряли голову от вожделения, поэтому быстро побросали копья. К ним присоединился тот, кто помогал бородачу.
Толпа тут же качнулась к нам, и это было нехорошо.
– Держать толпу! – скомандовал я, и оруженосцы перенаправили острия клинков уже в сторону селян, – те быстро поняли свою ошибку и вновь отступили в глубь помещения.
А вот насильник, бросив свою жертву, ухватился за меч:
– Это мое право, город наш, и мы здесь хозяева. Друг, ты ведь такой же, как и мы, – обратился насильник к рыцарю, но понимания не нашел.
Закованная в довольно неплохие доспехи фигура шагнула вперед и одним ударом тяжелого меча снизу вверх легко вскрыла грудную клетку и череп несостоявшегося «друга». Похоже, сотник раньше был или незаконнорожденным отпрыском рыцаря, или опытным оруженосцем.
Если у меня и были опасения насчет взаимопонимания с рыцарем, то сейчас они испарились – мы точно сработаемся.
Следующий инцидент нас ждал уже на главном проспекте города. Бараки сменились двухэтажными домами, тесно прижавшимися друг к другу. В основном это были мастерские с надстроенными сверху жилыми помещениями для мастеров и их семей.
Везде взгляд натыкался на плотно закрытые ставни. Точечное вскрытие обороны города благотворно сказалось на целостности зданий и здоровье местных жителей. Как таковых уличных боев здесь не было. Гарнизон, как только осознал, что гвардейцы Савата уже в городе, сразу откатился в укрепленный герцогский замок. А жители остались без защиты. Вот эту защиту хоть в какой-то мере я и собирался им предоставить.
Шум доносился от добротного каменного дома, подпираемого с двух сторон зданиями чуть победнее.
– Сотник, – обратился я к рыцарю, и сообразительный парень все понял без уточнений.
– За мной! – Он махнул рукой своим подчиненным и в сопровождении десятка оруженосцев подъехал к огороженному невысоким заборчиком дворику. Остальные оруженосцы и люди Морофа остались охранять арестованных в бараке дебоширов.
Рыцарь спрыгнул с седла и, как снаряд от катапульты, влетел сначала во двор, а затем в проем вывороченной двери. Оруженосцы последовали за ним.
Из дома послышался грохот и треск мебели, а вот звона клинков не было.
Через минуту оруженосцы появились во дворе, выводя на свет божий четверых мародеров.
Я подъехал к ограде и сверху вниз посмотрел на бойцов революции.
– Что вы здесь забыли?
– На нас напали из дома, – тут же выступил вперед один из мародеров в покрытом ржавчиной шлеме. Бойкий на вид парняга явно никогда не лез за словом в карман. Говорил он уверенно и смотрел в глаза. Либо талантливо врет, либо говорит правду.
– Где обитатели дома? – повернулся я к выходящему на крыльцо рыцарю.
– Заперлись на втором этаже.
Толкнув Черныша коленями, я направил его во двор под закрытые ставнями окна второго этажа.
– Эй, там, на втором этаже. С вами говорит барон Маран, доверенное лицо герцога Увиера. Выходите из дома, обещаю справедливые разбирательства.