Фантастические циклы романов. Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Тири раскачивалась с высоко поднятыми руками и что-то бормотала. Речитатив в исполнении глубокого, явно не девичьего голоса временами переходил в хохот. Волосы ведьмы развевались под напором ветра, которого тут не было и в помине.
– Тири! – заорал я. – Прекрати!
В ответ хаоситка только расхохоталась еще громче и ускорила речитатив.
Знание – сила! Следуя заветам сэра Френсиса Бэкона, с момента попадания в этот мир я старался ухватить любую информацию, до которой только мог дотянуться. Так что из больше прохожих на допросы уроков хаосита Орада я знал, что не ощущаемый другим ветер – это очень плохо, но все равно, пока над печатью хаоса не появились светящиеся линии, убить слишком наглого вторженца она не сможет. Ну разве что пару раз тряхнет, да и то легонько.
Выдернув из набедренных ножен скафандра кинжал, я шагнул вперед, успев крикнуть:
– Валун, никого ко мне не пускать! Вообще никого.
Почему я отдал приказ не приору, а центуриону? Да потому что во всем, что касается Тири, предсказать реакцию Утеса затруднительно.
Шаг внутрь нарисованной руны вызвал небольшие вспышки, и меня таки тряхнуло.
Ну ни фига ж себе легонько! Вернусь на остров – дам Ораду в репу за неточность информации. Скрутившая меня судорога едва не заставила упасть на колени, но мне удалось пересилить боль и двинуться дальше. Не помог даже так и не снятый скафандр. Хорошо хоть печать не такая уж большая. Три шага приблизили меня вплотную к ведьме. Я резко вцепился правой рукой в ворот ее закрытого платья и дернул на себя, всматриваясь в расширившиеся зрачки.
Когда-то я уже совершил ошибку, правильно прочитав чужой взгляд, но не сделав все, что было нужно. За это заплатили жизнью четыре неплохих парня. Если я ошибусь сейчас, умрет намного больше.
– Прекрати! – заорал я прямо в лицо Тири.
В ее глазах плясал первозданный хаос, а лицо исказила отвратительная гримаса.
– Тири, прошу тебя, – прошептал я, до хруста в костяшках сжимая сквозь перчатку скафандра рукоять кинжала.
За спиной бешено заревел Утес, но, судя по тому, что моя голова все еще на плечах, а не оторвана вместе со шлемом, Валун выполнил мой приказ.
– Прости, – шепнул я, отводя руку для удара, но в последний момент заметил, как изменились глаза Тири.
Хаос начал отпускать ее, и сквозь безумие пробились удивление и радость.
– Ты выбрался, – прошептала она почему-то растрескавшимися губами и начала оседать.
Хоть скафандр и сковывал мои движения, мне удалось подхватить падающую хаоситку и поднять ее на руки. Кинжал бессильно звякнул о каменный пол.
Осмотревшись, я увидел, как отвратительными кляксами опадают кровавые жгуты и то, как пятеро штурмовиков прижимают к полу бьющегося в приступе ярости Утеса.
– Можете отпустить его, – сказал я стоящему рядом Валуну.
Ветеран множества войн скептически хмыкнул, но все же кивнул подчиненным. Приор сорвался с места с явным намерением крушить и убивать, но застыл на третьем шаге, увидев протянутое ему хрупкое тельце.
– Отнеси ее в дом и охраняй, – строго сказал я, делая упор на последнем слове.
Это был триггер, который должен запустить в мозгу дикого нужную мне психоэмоциональную реакцию.
Сработало – посмотрев на меня белыми от злости глазами, Утес осторожно принял на руки Тири и шагнул в сторону ближайшего дома. Вокруг тут же образовалась защита из штурмовиков, так что гномы не посмели его остановить.
– Ну и кто объяснит мне, что вы здесь устроили? – хмуро спросил я как у Валуна, так и у появившегося словно чертик из табакерки Турбо.
– Ваш танк застрял, на него полезли ящеры, и она… – Префект замялся, пытаясь подобрать правильные слова.
– А ты на что? В табели о рангах ты стоишь выше архиятра и можешь отдавать приказы даже приору. Я кого тут за старшего оставил?
Прекратив давить на замкнувшегося гнома, я повернулся к центуриону:
– Валун, ну ты-то хоть мог вмешаться?
– Вождь, тогда мне слова ведьмы показались разумными.
Немного успокоившись под уверенным взглядом старого центуриона, я наконец-то сумел расслабиться.
 
Действительно перебор. Меня оправдывало только перманентное нервное напряжение этого дня и врожденная неприязнь христианина к любым человеческим жертвам. Здесь к этому относились намного проще, хотя гномам действия Тири явно не понравились.
Из раздумий меня вырвал тонкий скулящий звук. Это дал о себе знать оклемавшийся хаосит.
– Заткнись! – раздраженно рявкнул я на несостоявшуюся жертву и кивнул Валуну: – Развяжите и уберите это с моих глаз. Всем отбой. Легионерам – разойтись по казармам! Провести проверку амуниции и оружие. Подготовиться к приему пищи.
Услышав не совсем уместные, но хорошо знакомые по мирной гарнизонной жизни команды, дикие быстро успокоились и расслабленно двинулись к переделанным под казармы домам.
Гномы тоже положительно отреагировали на смену обстановки и не стали мешать легионерам идти туда, куда им хочется. Начала рассасываться и толпа зевак. Зато ко мне устремились патриархи со свитой и Лурко Секира в сопровождении отряда соратников.
– Спокойствие, – решил я не дать разгореться, в общем-то, праведному гневу гномов. Быстро просчитав ситуацию, Турбо начал оперативно переводить. – в этом происшествии есть только моя вина, и я приношу свои искренние извинения. Более такого не повторится. Но нам сейчас нужно обсудить успех нашей совместной операции и то, как его развить.
– Какой успех?! – все же вклинился Меднобородый в мою пламенную речь. – Вы потеряли свою телегу, на которую потрачена куча золота.
– Во-первых, это не ваше золото, – перебил я распалившегося гнома. Как минимум меня порадовало молчание самих патриархов, а ведь двое из четырех могли возразить мне и без переводчика. – Во-вторых, эту, как вы сказали, телегу еще можно починить. А в-третьих, мы сумели утопить трех ящеров.
Я специально строил свою речь так, чтобы выдать победную информацию на самом пике. И ведь получилось! Гномы ошарашенно замолкли. Сомневаться в моих словах они не стали, потому что напыщенный вид вставшей рядом со мной троицы бородатых братьев говорил сам за себя.
– Значит, завтра вы сможете продолжить освобождение пещеры? – наконец-то подал голос патриарх Карубо Вардун.
– Нет, – отрицательно мотнул я головой, хотя этот жест из-за жесткого соединения шлема и воротника был едва заметен. – Мы продолжим как минимум через два десятка дней.
– Это невозможно! – вскрикнул Карубо, и другие патриархи поддержали его недовольным ворчанием. – Завтра, и ни днем позже.
– Ну что же, тогда я со свойственной мне щедростью передам вам все права на свои изобретения и спокойно покину эти гостеприимные пещеры. Жизнь моих воинов мне дороже, чем все «слезы» в сокровищнице вашего короля.
Турбо быстро перевел мои слова, и все окружавшие нас гномы напряженно притихли, не зная, как отреагировать на подобное заявление.
Нужно их дожимать.
– Я не пророк, но могу сказать, что будет дальше. В той пещере, – гномы невольно проследили за направлением моей руки, – очень скоро появится еще пара десятков сгоревших танков с трупами отважных воинов. И каждый экипаж будет платой за трех, максимум четырех ящеров. Сразу возникает вопрос – у вас остались воины для такого размена? А сейчас простите меня, уважаемые патриархи, но я сильно устал и боюсь, что могу упасть с обморок прямо у вас на глазах.
Быстро понявший намек Турбо и с секундной задержкой присоединившийся к нему мастер Гико помогли мне выбраться из скафандра. Концовку этого действа я помнил смутно, потому что вместе с напряжением меня покинули последние силы.
  
Глава 9
 
Наутро у меня болело все, от головы до гудевших ног. Решил отнестись к этому по-философски: болит, значит, еще жив. Разлеживаться было некогда, поэтому, постанывая, я поднялся с жесткой лежанки и окунулся в производственный водоворот.
Гномов пришлось ломать через коленку, сросшееся с консерватизмом врожденное упрямство поддавалось плохо. И все же мое яростное нежелание еще раз лезть в гости к ящерам без серьезной подготовки оказалось сильнее. В мастерских началось производство сразу трех танков новой конструкции. Теперь стрелковая башня там была только одна, зато появились по два крана и соответственно две лепестковые цистерны. Кроме этого имелась еще одна цистерна, которая питала водой целую сеть распылителей по всему корпусу. Для такого количества техники пришлось расширять и «предбанник». Под прикрытием брандспойтов каменщики начали строить защитную стену практически на выходе из тоннеля в следующую пещеру.